Прочитайте онлайн Французский связной | Глава 16

Читать книгу Французский связной
2716+1966
  • Автор:

Глава 16

К утру четверга оставалось ровно шестнадцать часов до момента, когда операция, которую так мучительно разрабатывали Эдди Игэн и Сонни Гроссо, должна была уйти из Бюро по борьбе с наркотиками. Разработанная на этот день стратегия была простой, но выполнять её следовало очень тщательно. Нужно было точно установить тот момент, когда Петси покинет свой дом в Бруклине; но когда будет установлено, что он направился по скоростной дороге Гованус, наружное наблюдение следовало свести к минимуму. Вместо этого на важном перекрестке, где основной поток машин либо ныряет в тоннель Бруклин-Беттери, либо поворачивает направо и продолжает движение по скоростной дороге Бруклин-Куинс, следовало поставить на обочине полицейскую машину без опознавательных знаков с поднятым капотом.

Если бы Петси выбрал тоннель, что было маловероятно, то информация об этом была бы передана вперед и детективы стали бы поджидать его в конце Манхэттена, чтобы сопровождать уже от этого места. Если же Петси останется на скоростной дороге, то офицеру в "застрявшей" автомашине следовало пристроиться за ним и сообщить на базу, где тот свернет – на Бруклинском мосту, на Манхэттенском мосту или поедет дальше до Вильямсбурга.

Для максимальной надежности намечалось оставить одну машину возле закусочной Петси, а вторую возле дома его родителей на Седьмой улице в Бруклине. В Манхэттене радиофицированные машины должны были перекрывать выходы с каждого моста со стороны Бруклина. Одна машина должна была патрулировать район "Пайк-слип", специально наблюдая за автомастерской Энтони. Еще одна машина должна прикрывала отель "Рузвельт" на тот случай, если в последний момент Фрэнк Уотерс внесет какие-то изменения. Остальные наблюдатели закрыли участок между Восемьдесят первой улицей и Ист Энд авеню. Вновь ввели в действие пост наблюдения в мастерской столяра-краснодеревщика на третьем этаже здания по другую сторону Ист Энд авеню напротив дома 45, и в нем засели Сонни Гроссо, Винни Хоукс, сержант Джек Флеминг и Уотерс.

В приказах подчеркивалось: не нажимать. Петси следовало вести на свободном поводке. Если встреча состоится, то весьма вероятно, что она будет последней, и нельзя чрезмерным усердием спугнуть Петси или его сообщников до того, как удастся проследить обмен. Тогда и только тогда можно начинать действовать. На этот раз нужна полная уверенность. Сомнения могут привести к провалу.

В первом полицейском участке другие детективы, занимавшиеся наркотиками тоже уже расходились по местам. Встретились смены, работавшие с полуночи до восьми и заступавшие на дневное дежурство. Закончив все формальности, Игэн с Гонсалесом подъехали по Саут-стрит, чтобы под Бруклинским мостом ожидать первых сообщений о передвижениях Петси. От этого места им было удобно добраться до любого из трех мостов в нижней части города. Игэн хотел сам проследить за Петси, вне зависимости от того, какой маршрут тот выберет. Петси был его подопечным.

Примерно в восемь сорок пять тревожно захрипело радио: Петси вышел из дома, сел в голубой "олдсмобиль" и поехал по скоростной дороге Гованус, направляясь к северу. Игэн с Гонсалесом напряженно вслушивались. Петси миновал въезд в тоннель и поехал дальше к северу, в сторону Бруклинского моста.

– Вот так-то, дружище! – воскликнул Игэн, обращаясь к молодому агенту. Он запустил мотор и двинулся вверх по Пирл-стрит в сторону Чемберс, а потом на запад к официальной автостоянке вдоль здания муниципалитета напротив городской ратуши. Это был прекрасный наблюдательный пункт. Весь транспорт, движущийся с Бруклинского моста, должен был проезжать мимо, и более того, машины, направляющиеся на восток с тем, чтобы свернуть на Ист Ривер – драйв, должны были разворачиваться непосредственно перед автостоянкой.

Меньше чем через десять минут Игэн узнал маленький голубой "олдсмобиль", съезжающий со спуска и направляющийся мимо здания муниципалитета к Ист Ривер-драйв. Они с Гонсалесом двинулись следом, агент наклонился вперед, связываясь по радио. Игэн держал свою машину так, чтобы наблюдение было как можно менее заметным. Все, что сейчас было нужно – это установить место, где Петси свернет со скоростной дороги. Если бы он повернул на Сорок вторую улицу, то наиболее вероятной его целью станет отель "Рузвельт", тогда они поднимут по тревоге большую часть людей, размещенных вокруг Ист Энд авеню, чтобы те переместились в центр города. Единственной альтернативой, которую они не могли предусмотреть, была возможность встречи совершенно в другом месте, поэтому Игэн с Гонсалезом старались не терять Петси из виду.

Объект двигался спокойно, видимо не подозревая, что за ним следят. Хотя небо затянули облака и день был сырой и холодный, но утренний туман рассеялся и движение оказалось достаточно скромным, чтобы без особого труда наблюдать за голубым автомобилем. Подъезжая к Сорок второй улице Гонсалес приказал по радио всем машинам приготовиться, но Петси не свернул, а поехал дальше.

– Все в порядке, он проехал мимо, – сообщил агент. – Следующий съезд у Шестьдесят первой улицы.

Он повесил микрофон на крючок и в этот момент приемник пронзительно проверещал:

– Вы сказали, что он поворачивает на Шестьдесят первую улицу, да?

Гонсалес раздраженно посмотрел на Игэна и снова потянулся за микрофоном.

– Разве я говорю с акцентом? – грустно спросил он.

Игэн расхохотался.

– Нет... Это все чертов передатчик. Вчера вечером его весь раскрутили, я совсем забыл.

– Повторяю, – отчеканил агент в микрофон, – объект не повернул, повторяю, не повернул, просто съезд на Шестьдесят первую улицу – это следующий съезд, который рекомендуется держать под наблюдением. Понятно?

Ответом ему был гул голосов; наконец один прорвался поверх других:

– У вас очень слабый сигнал. Если он доберется туда, прежде чем мы его увидим, могут возникнуть неприятности...

Гонсалес беспощадно выдохнул:

– Десять-четыре.

Игэн покачал головой.

– Черт возьми!

Его глаза внимательно следили за маленьким "олдсмобилем", двигавшемся примерно четвертью мили впереди.

– Он принимает влево. Похоже, собирается свернуть на шестьдесят первую. Да, он поворачивает! Сообщай всем!

– Шестьдесят первая, шестьдесят первая! – закричал агент, прижимая микрофон ко рту. – Объект съезжает со скоростной дороги на шестьдесят первую! Поняли?

– Шестьдесят первая. Десять-четыре.

Гонсалес и Игэн улыбнулись друг другу. Но они все ещё не могли себе позволить потерять Петси. Еще не было абсолютной уверенности, что Восемьдесят первая улица и Ист Энд авеню – точное место встречи, она могла состояться в любой точке этого района. Но Игэн хотел проследить за ним до конца.

Он подвел "конвейр" к съезду на Шестьдесят первую улицу и в этот момент приемник объявил:

– Объект сворачивает в верхнюю часть города к Йорк...

– Наконец-то эта штука заработала нормально, – с радостью прокомментировал Гонсалес.

– Да, это уже что-то... Ну, Луи, похоже, наша версия оказалась верной.

В девять тридцать четыре детектива, расположившиеся в мастерской краснодеревщика на Ист Энд авеню, были поражены, увидев, как перед домом 45 на другой стороне улицы материализовались двое из трех исчезнувших лягушатников – Франсуа Барбье и Жан Морен.

Ни Сонни, ни Уотерс, Хоукс или Флеминг не видели, как появились французы; у них не было ни малейшего представления о том, откуда они появились и вместе или врозь. Детективы внимательно следили за передвижениями Петси Фуке по Манхэттену города и умоляли рацию Эдди Игэна продержаться до конца. То один, то другой подходили к окну, чтобы взглянуть на улицу внизу, и только получив сигнал, подтверждающий, что Петси движется на север по Йорк авеню и находится уже в непосредственной близости, переключили все свое внимание на здание на другой стороне улицы. Неожиданно к их смущению оказалось, что лягушатники номер два и номер три уже там.

– Эти птички появляются исчезают, как фокусники, – удивился Уотерс, а Сонни бросился к рации, чтобы поднять по тревоге всех находящихся поблизости.

Повсюду на Ист Энд авеню и всех прилегающих улицах от Семьдесят девятой до Восемьдесят шестой, и к западу вплоть до Второй авеню находились наблюдатели. Четверо в мастерской краснодеревщика не знали наверняка, где находились эти агенты, и что весьма существенно, как они выглядели. Слишком много людей было поставлено на ноги и размещено в непосредственной близости от дома 45, и все они были замаскированы самым различным образом: это были подручные на стройке, клерки в офисах и магазинах, землекопы компании "Кон Эдисон", папаши, прогуливающиеся с детскими колясками, торговцы, ходившие от дома к дому. Некоторые находились в автомашинах, расположенных в ключевых точках, где они могли быстро связаться по радио с "прохожими". Пара агентов даже водила специальные такси неподалеку.

Со своей стороны Сонни, облаченный в толстый шерстяной пиджак, широкие брюки и грубые башмаки, заранее договорился с владельцем лавки прохладительных напитков, что, если понадобится, сможет позаимствовать его велосипед с тележкой. Уотерс в своем деловом костюме мог сойти за кого угодно.

Их работа, как они постоянно себе напоминали, заключалась в том, чтобы наблюдать. Они не должны были вмешиваться, пока не возникли бы основания для ареста – вроде обмена подозрительными предметами.

Барбье и Морен простояли около дома 45 около пятнадцати минут, разговаривая и время от времени поглядывая вдоль улицы. Сонни следил за ними в полевой бинокль. Оба были в черных пальто, темных костюмах, белых рубашках и неярких галстуках; на Морене была серая шляпа, у Барбье шляпы не было, его густые темные волосы трепало ветром. Было совершено ясно, что они ждут кого-то – кого же кроме Петси?

От Игэна больше ничего не было слышно; последним поступило сообщение, что Петси движется к северу по Йорк авеню. Потом радио прохрипело:

– Объект движется по Ист Энд авеню от семьдесят девятой улицы, причем движется медленно.

Все сгрудились у окна и теперь увидели машину Петси. Приблизившись к Восемьдесят первой улице, он немного поколебался, а потом сделал широкий левый поворот. На другой стороне улицы Барбье схватил Морена за руку и оба посмотрели на противоположный угол; Барбье махнул рукой, но "олдсмобиль" исчез из поля зрения.

– Объект направился на запад по Восемьдесят первой улице, – сообщил кто-то по радио.

– А кто там за ним наблюдает? – спросил другой голос. Ответом стали искаженные шумы в динамике. Уотерс схватил микрофон:

– Кто-нибудь скажет, что он следует за ним?

Через несколько секунд отозвался голос:

– Я вижу, как он выполняет правый поворот на Йорк авеню. Есть там кто-то?

– О, черт возьми! – прорычал Сонни.

– Посмотрите-ка! – вдруг отозвался от окна Винни Хоукс.

Оба француза направились к углу, за которым скрылся автомобиль Петси. На полпути остановились, перекинулись парой слов, Морен повернулся и торопливо зашагал в сторону дома 45, где нырнул в гараж. Барбье продолжал идти по противоположной стороне. Он дошел до угла и взглянул вдоль Восемьдесят первой улицы. Потом медленно пошел в другую сторону, направляясь к Восемьдесят второй улице и держась так близко к зданиям, что за ним невозможно было наблюдать из окон.

– Наверно кому-то было бы лучше спуститься вниз, прежде чем они рассеются как дым, – предложил Джек Флеминг.

Сонни и Уотерс помчались вниз по лестнице. Барбье остановился перед соседним жилым домом, прислонился к стене и посмотрел на дом 45. Уотерс направился к Восемьдесят первой улице, Сонни нырнул в соседнюю лавчонку, через минуту появился со свертком в коричневой бумаге и положил его в корзинку трехколесного велосипеда. Затем, делая вид, что не замечает человека в черном, стоящего в полусотне метров, Сонни оседлал велосипед и покатил по Ист Энд авеню. Добрался он только до Восемьдесят третьей улицы, а там скрылся за стоявшим грузовиком и снова начал внимательно наблюдать за улицей.

В это время Уотерс добрался до Восемьдесят первой улицы, но не увидел никого или ничего, что можно было бы связать с французами. Тогда он осторожно заглянул за угол и удостоверился, что лягушатник номер два по-прежнему стоит у соседнего жилого дома. Уотерс подождал на самом углу. Через несколько минут лягушатник номер три вышел из гаража на другой стороне улицы. Теперь он держал в руках голубой чемодан точно такого же типа, как тот, что Жан Жеан принес на встречу с Петси неделю назад. Уотерса заинтересовало, появится ли сегодня лягушатник номер один.

Морен пересек улицу и присоединился к Барбье. Они немного поговорили, а потом зашагали в сторону Восемьдесят второй улицы. Уотерс последовал за ними. В дальнем конце улицы он заметил Сонни, возвращающегося на своем велосипеде. Французы повернули на Восемьдесят вторую. Когда Уотерс добрался до угла, Сонни свернул следом и нажимал на педали, толкая неуклюжий велосипед в гору.

В середине квартала между Ист Энд и Йорк авеню во втором ряду стоял небольшой голубой автомобиль. Когда Барбье и Морен с ним поравнялись, водитель наклонился и открыл дверцу с правой стороны, а когда он снова выпрямился, Уотерс узнал Петси. Когда французы садились в машину, Сонни как раз проезжал мимо на велосипеде. Морен по-прежнему держал в руках синий чемодан. "Олдсмобиль" миновал Уотерса и направился вниз к Ист Энд авеню. В машине было только трое. Где же Жеан? Уотерс и Сонни видели, как голубой автомобиль повернул на Ист Энд авеню и направился в верхнюю часть города.

Сзади на углу Восемьдесят второй и Йорк авеню в "конвейре" сидели Эдди Игэн и Луис Гонсалес; они все видели. Потом голос в динамике прокричал, что "олдсмобиль" снова свернул налево на Восемьдесят третью и движется на запад. Игэн передвинулся к соседнему перекрестку и увидел справа голубой автомобиль. Подчиняясь какому-то неожиданному порыву, Игэн свернул налево в Восемьдесят третью улицу и двинулся на запад. Они уже почти доехали до Первой авеню, когда Гонсалес, наблюдавший в зеркало заднего вида, сказал, что "олдсмобиль" пересек Йорк авеню и движется по Восемьдесят третьей.

Игэн повернул в верхнюю часть города по Первой авеню и сбросил газ. Светофор на углу Восемьдесят четвертой улицы переключился на зеленый и он остановился на углу Восемьдесят пятой. "Олдсмобиль" с Петси и двумя французами ещё не появился в зеркале заднего вида.

Радиоприемник что-то смущенно забормотал.

– Где они теперь?

– Кто-нибудь следит за ними?

– Неужели никто их не видит?

– Луи, попробуй ещё раз, – буркнул Игэн. – Скажи, где мы находимся.

Агент прокричал что-то в микрофон, а потом начал напряженно прислушиваться. Из ответов он понял, что их не услышали. Гонсалес нахмурился и посмотрел на Игэна. Детектив покачал головой и сурово покосился на неработающую рацию.

– Черт бы её побрал!

Внезапно Гонсалес соскользнул с сидения и скорчился на полу.

– Только не оглядывайся!

– Что случилось? – Игэн замер, глядя прямо перед собой.

– Это они! Буквально рядом с тобой! Ждут переключения светофора. Послушай, это все твое ирландское счастье! Теперь в машине все – и главный лягушатник тоже!

– Жеан? – Игэну понадобилось напрячь силы, чтобы не обернуться.

– Должно быть, его подобрали где-то между Йорк и Первой авеню.

– Они тронулись.

Светофор переключился и "олдсмобиль" двинулся в верхнюю часть города. Игэн схватил микрофон.

– Это Игэн. Кто-нибудь наблюдает за ними? – В его голосе звучало отчаяние. – Они движутся на север по Первой авеню. Кто-нибудь следит за ними? – Он нажал на переключатель и в динамике послышались голоса – все спрашивали друг друга, видит ли кто-либо "олдсмобиль".

– Кто-нибудь слышит меня? – умоляюще прокричал Игэн.

Голубой автомобиль перед ними свернул на 86-ю стрит.

– Ну, Луи, похоже, нам придется действовать на свой страх и риск. – Он нажал газ и "конвейр" рванулся вперед. Повернув на углу Восемьдесят шестой улицы, они увидели, что "олдсмобиль" ещё раз поворачивает направо и направляется вниз по Йорк авеню.

– Давай попытаемся, – сказал детектив Гонсалесу. – Продолжай передавать, возможно, кто-нибудь услышит.

Пока агент продолжал говорить по радио, Игэн разрывался между наблюдением за голубым автомобилем и попытками заглянуть в боковые улицы, чтобы увидеть кого-нибудь, кто мог бы помочь им. Невероятно, но при таком множестве людей, контролировавших сравнительно небольшое пространство, преступникам удалось отделаться от слежки и может быть спокойно скрыться, если бы не ирландское счастье Игэна. Радиоканалы были заполнены взволнованными и смущенными голосами.

"Олдсмобиль" остановился на северном углу Восемьдесят второй. Из него вышел только лягушатник два – Барбье. Автомобиль отъехал, а Барбье пересек Йорк авеню и пошел на восток к реке. Гонсалес буквально кричал в микрофон, но по-прежнему не было никаких признаков, что кто-то их слышит.

Несколько минут спустя "олдсмобиль" снова прижался к бровке. Немного погодя на тротуар вышел лягушатник-три. Синего чемодана с Мореном больше не было. Он подождал на углу, пока Петси стоял на красный свет, а когда машина двинулась дальше, Морен зашагал на запад.

– Как нам сейчас бы пригодился ещё один парень, – с горечью буркнул Игэн. – Если никого из наших нет поблизости, мы можем больше никогда не увидеть эту птичку! Черт бы его побрал! – Он с досадой ударил по рулю.

Гонсалес снова повторил свое сообщение. Но из переговоров, доносившейся из динамика, ясно было, что их никто не слышит и никто кроме них не видит Морена.

– А вот снова появился лягушатник-два! – ворвался в машину возбужденный голос Сонни. – Он один, пересекает Ист Энд и движется в сторону Сорок пятой... Подходит к какому-то парню, который там ждал. Где же Петси и другой лягушатник? Кто-нибудь смотрит за ними?

Игэн выхватил микрофон.

– Туча? Это Телескоп! Я за ними слежу! Ты меня слышишь? Я смотрю за парнем из Бруклина, с ним вместе лягушатник-один! Туча, ты меня слышишь?

– Лягушатник-два и парень садятся в машину, которую вывели из гаража! – воскликнул Сонни, явно не слыша умоляющего голоса напарника. – Это черный "бьюик"-седан, я сказал бы, шестьдесят... Эй! у него иностранные номера! Восемнадцать-эль-ю-семьдесят пять, повторяю, один-восемь-эль-ю-семь-пять... – Неожиданно передача стала совсем неразборчивой, многочисленные голоса забивали друг друга.

Игэну и Гонсалесу оставалось только продолжать следить за Петси и Жеаном. Во всяком случае, подумал про себя Игэн, именно они сегодня ключевые фигуры. И самое важное – синий чемодан по-прежнему в машине... К этому времени голубой "олдсмобиль" миновал Семидесятую улицу. Перед пересечением с Шестьдесят третьей улицей Петси свернул к бровке и остановился. Пока они сидели в машине и ещё несколько минут разговаривали, Гонсалес отчаянно пытался добиться хоть какого-то отклика на свои призывы. Потом дверца "олдсмобиля" распахнулась и появился лягушатник-один. В руках у него была черная сумка, вроде кожаной сумки для инструментов, с которой накануне видели Петси. Жеан захлопнул дверцу, поклонился Петси, коснувшись кончиками пальцев шляпы, величественно выпрямился и исчез за углом.

– О, Боже! – взвыл Игэн в двух кварталах позади него. – Вот уходит главный и с ним, готов поклясться, все деньги в этой черной сумке! Иисус, Мария, Иосиф! – Он стукнул кулаком по рации.

– А теперь уезжает и Петси, – добавил Гонсалес. – Поворачивает на Шестьдесят третью улицу и направляется в нижнюю часть города. Что же нам делать? Жеан уходит с добычей, но возможно, у Петси все ещё остается чемодан с грузом наркотиков!

Игэн покачал головой.

– У нас нет выбора. Нужно следовать за Петси. – Он прибавил газу и поехал вниз по Йорк авеню в сторону Шестьдесят третьей улицы. – Мне чертовски не хочется упускать француза, но наркотики остались у Петси. Мы прихватим хотя бы его.

– Телескоп! Если ты меня слышишь, немедленно возвращайся на Ист Энд! – прозвучал пронзительный голос Сонни.

Игэн беспомощно заорал в бесполезный микрофон:

– Сонни, я не могу! Мы с Луи преследуем Петси! Синий чемодан все ещё у него в машине!

– Телескоп, если ты меня слышишь, приезжай сюда! Мы захватили двух французов!

– Не может быть! – прорычал детектив. – Они не могли их захватить! Они повязали не тех парней! Черт подери!

– Похоже, у них там возникли проблемы, – задумчиво сказал Гонсалес.

– Плевать я хотел на них! – рявкнул Игэн. – Что мы должны делать, отпустить Петси? Только из-за того, что они запаниковали?

– Но, может быть, им нужна помощь? – продолжал настаивать агент.

Игэн посмотрел на него, крушение всех надежд исказило его лицо. Тяжело вздохнув, он буркнул: "Ладно" и круто развернул "конвейр" обратно.

"Олдсмобиль" Петси, набирая скорость, мчался в другую сторону.

Детективы, наблюдавшие из мастерской краснодеревщика за домом 45, были вне себя, сначала не веря происходящему, затем в ярости от пережитого унижения, и наконец, как предположил находившийся вдали от них Игэн, в полной панике от понимания, что все пропало. Когда машина Петси с двумя французами направилась к северу по Ист-энд, Сонни С Уокером вернулись на командный пункт, где Хоукс и Флеминг сообщили, что "олдсмобиль" заметили на Восемьдесят третьей улице, движущимся на запад. И после этого – ничего. На каждом перекрестке, а то и между ними, на всем пути до Второй авеню находились детективы на велосипедах и пешком, и тем не менее объекты наблюдения каким-то совершенно необъяснимым способом сумели проскользнуть незамеченными!

Но реально они понимали, что ничего таинственного нет. Подобные исчезновения случались и в других случаях казалось бы абсолютно надежно организованной слежки. Эффективность её зависит от бдительности сотрудников и точной передачи информации о передвижениях объекта.

Но в это время может произойти любое непредвиденное событие: команда наблюдателей, расположенная вдоль трассы, может отвлечься не больше чем на несколько секунд, но этого вполне достаточно, чтобы машина, которую они прежде никогда не видели, проскользнула мимо. Или просто по невезению пеший детектив менял позицию или переговаривался с движущейся машиной именно в тот момент, когда Петси и французы проскользнули мимо. Во всяком случае, когда цепочка оказывалась разорванной в одном месте, то трудности начинали стремительно нарастать и детективы, расположенные дальше во всех направлениях вдоль возможных линий движения, также могли пропустить машину. Когда общая схема нарушалась, они не знали, в какую сторону смотреть, и в такой ситуации частенько не замечали даже очевидных вещей.

С каждой минутой ситуация становилась все более унизительной: ведь у них в сетях было трое из четверых главных подозреваемых, существовала вероятность захвата четвертого – и неожиданно вся шайка исчезла. А потом уже после десяти забормотало радио:

– Возвращается лягушатник-два! Идет один вдоль Восемьдесят второй улицы в сторону Ист Энд...

Все снова сгрудились возле окна. Несколько минут спустя они заметили прогуливающегося в ожидании перед входом в дом 45 довольно симпатичного мужчину в черном кожаном пальто; но, если не считать замечания Флеминга, что парень имеет явно "иностранный" вид, особого внимания его присутствие не вызвало. Но тут на углу Восемьдесят второй улицы появился Барбье и направился прямо через авеню к иностранцу.

– Еще один! – воскликнул Уотерс, наводя на них бинокль. – Кто это такой, черт возьми? До этого я его никогда не видел. Примерно пять футов, десять дюймов, лет сорок. – Уотерс начал передавать по радио описание нового персонажа на базу и патрулирующим пешим детективам. – Крепкого сложения, красивая голова, темные волосы.

Потом Барбье достал из кармана пальто клочок бумаги и передал его собеседнику. Уотерс сказал, что это похоже на билетный корешок или гаражную квитанцию. Новый персонаж шагнул к воротам гаража. Немного погодя появился негр – механик, взял билет или бланк и опустил шлагбаум.

– Мне это не нравится, – заметил Уотерс. – Они собираются выводить машину. Барбье намерен уехать. Мы не можем позволить ему снова исчезнуть!

– Давай посмотрим, – выдохнул у него за плечом Сонни. Из темноты гаража показались неясные очертания большого неуклюжего автомобиля. Они продолжали смотреть, Сонни схватил микрофон и начал описывать происходящее.

Барбье и незнакомец забрались в седан, причем последний сел за руль.

– Фрэнк! – закричал Сонни. – Это иностранный "бьюик"! Вспомни историю с канадским!

– Боже мой, давайте быстрее на улицу! – заорал Уотерс. – Там может быть груз!

Они вдвоем бросились вниз по лестнице, но когда выскочили на тротуар, "бьюик" уже развернулся и направился в верхнюю часть города. Белый "олдсмобиль" Уотерса стоял на углу Восемьдесят первой улицы, повернутый в сторону нижней части города. Они влетели в него и прежде чем дверцы захлопнулись, агент запустил мотор, и тут же круто развернул машину. В этот момент "бьюик" уже миновал Восемьдесят третью улицу и набирал скорость.

– Нам их не достать... – Замечание Сонни прозвучало полуутвердительно, полувопросительно.

– Посмотрим, что получится, – неопределенно хмыкнул Уотерс.

– Они уходят, – нервничал Сонни. – Они проехали на красный свет.

– Барбье оглядывается. Смотри, он говорит второму, чтобы тот прибавил ходу.

"Бьюик" опять попал на красный, но вместо того, чтобы затормозить, большой седан проскочил перекресток и помчался дальше по Ист Энд.

– Смотри! – закричал Уотерс.

– Они пытаются скрыться! Должно быть, в машине что-то есть!

– Барбье по-прежнему следит за нами.

Уотерс нажал на газ.

– Сможем мы их догнать?

– Не знаю.

– Если мы будем так ползти, они уйдут...

– Мне бы не хотелось... О, черт, пора действовать!

Резко прибавив ходу, "олдсмобиль" с ревом пролетел красные огни светофоров на Восемьдесят четвертой и Восемьдесят пятой улицах и быстро догнал "бьюик". Они миновали Восемьдесят шестую и Восемьдесят седьмую улицы, Барбье казался все более взволнованным по мере того, как белый автомобиль сокращал разрыв. Когда они пересекали Восемьдесят восьмую улицу, заднее левое крыло "бьюика" мелькнуло перед самым носом "олдсмобиля". Теперь Уотерс изо всех сил жал на сигнал, требуя, чтобы остальные машины сторонились. Сонни высунулся из окна и взмахом руки потребовал остановиться. "Бьюик" резко сбросил скорость и Уотерс, взвизгнув тормозами, остановился рядом.

Сонни уже схватил микрофон.

– Телескоп! Если ты меня слышишь, немедленно возвращайся на Ист-энд! Мы захватили двух французов!

Только выскочив из машины и блокировав "бьюик" с обеих сторон с пистолетами наготове, они поняли, что события развертываются перед самой резиденцией мэра. Водитель казался испуганным и что-то бормотал по-французски. Его спутник Барбье мрачно смотрел на детективов.

– Все в порядке, спокойно, – сказал Сонни. – Предъявите ваши документы. Документы!

Детектив достал собственный бумажник и раскрыл его. Водитель сунул руку во внутренний карман пиджака – Сонни направил на него дуло пистолета 38 калибра – медленно достал бумажник и протянул его.

– Нет, раскройте и положите вон туда, – Сонни показал на полочку у приборной доски. Уотерс жестом приказал Барбье сделать тоже самое. Возле них начали собираться машины и появилось несколько полицейских.

– Жак Анжельвен, – с трудом прочитал Сонни в одной из бумаг, которые водитель нервно достал из бумажника, все они были написаны по-французски. – Похоже, этот тип работает во Франции на телевидении. Он даже собрал газетные вырезки о себе.

– А из этих бумаг следует, что наш друг Барбье, – заметил Уотерс, – вовсе и не Барбье. В паспорте сказано, что его зовут Скалия, Франсуа Скалия.

Скалия удивленно посмотрел на агента.

– Вы меня знаете?

– И он ещё спрашивает! – воскликнул Уотерс.

– Я плохо говорю по-английски, – хрипло буркнул француз. – Но, пардон, откуда вы меня знаете?

– Мы много про тебя знаем, приятель, – сказал Сонни, наклоняясь к противоположному окну. – И ты знаешь, почему.

Скалия торопливо заговорил п-французски, обращаясь к Анжельвену. Затем повернулся к Сонни:

– Мы из Франции. Почему вы нас остановили? Мы арестованы?

Сонни покосился на Уотерса, который торопливо осматривал внутренность автомобиля. У них не было ордера на обыск автомобиля, они не имели права обыскивать подозреваемых; если сделать это без ордера, это может обесценить улики и сделать их непригодными для суда. Уотерс с мрачным лицом покачал головой.

– Вы проехали на красный свет двух светофоров, – сказал Сонни. – Мы должны задержать вас и допросить.

– Мы бы хотели получить переводчика, – потребовал Скалья.

– Да, конечно...

Вот такую невеселую сцену увидели Эдди Игэн и Луис Гонсалес, подъехав к толпе федеральных агентов и полицейских, сбежавшихся со всех сторон. Игэн выскочил из машины в толпу, окружавшую "бьюик", и пробился к Сонни.

– Что случилось? – закричал он. – У вас все в порядке?

– Эдди! – Сонни взял его под руку, отвел от "бьюика" и рассказал, что произошло.

– Так, и что же вам удалось выяснить? – с беспокойством спросил Игэн.

Физиономия Сонни помрачнела.

– Ничего.

– Ничего? Ты оторвал меня от Петси ради ничего?

– Что ты хочешь сказать? Ты следил за Петси?

Уотерс присоединился к ним.

– И не только за Петси, но и за всеми остальными, – заявил Игэн. – Я едва не схватил лягушатника-один.

– Это чепуха, – насмешливо фыркнул Уотерс. – С Петси было только двое французов.

– Когда вы их потеряли, они подобрали Жеана. И все четверо собрались вместе. Я пытался сообщить тебе об этом, но передатчик отказал.

– Но где же вы были? – Сонни широко раскрыл глаза.

Игэн кратко описал, как преследовал машину Петси и какое отчаяние его охватило, когда он наблюдал, как преступники один за другим безнаказанно уходят.

– Я видел, как упорхнула эта птичка, – сказал он, кивком указывая на Скалию, – а потом ушел Морен и наконец Жеан, и меня это просто убивало, но по крайней мере оставался Петси с чемоданом лягушатника в машине. И тут ты поднял крик, словно тебя насилуют, и мне пришлось упустить Петси. Я заслужил премию дурака года! – Он раздраженно сплюнул в водосточную канаву.

– Но как мы могли знать?.. – жалобно сказал Сонни.

– Не знаю. Я не знаю, как такое множество федеральных агентов и полицейских умудрилось их упустить. Ладно, – Игэн посмотрел на часы, было 10 часов двадцать минут, – что толку стоять здесь и ругаться... Я намерен найти Петси.

– Где? – спросил Уотерс.

– Не знаю, но я найду его и арестую. Теперь может быть поздно, но я намерен использовать ордера на арест ещё до конца дня, это я вам гарантирую.

– А нам что делать? – взмолился Сонни.

Игэн посмотрел на толпу, окружавшую "бьюик", и повернулся к агенту Уотерсу.

– Попробуйте им объяснить, что это нормально, когда семнадцать полицейских останавливают машину за проезд на красный свет.

Когда Игэн и Гонсалес забрались в "конвейр", Гроссо и Уотерс затолкали французов в машину Уотерса, поставили охрану возле "бьюика", а Анжельвена и Скалию отвезли обратно к дому 45. К этому времени лейтенант Хоукс организовал в гараже временную штаб-квартиру.

– Вам нужен переводчик? – спросил сержант Флеминг.

И Анжельвен, и Скалия утвердительно кивнули.

Флеминг, Гроссо и агент Уотерс отошли в сторону и устроили небольшую конференцию с Хоуксом. Лейтенант строго покачал головой.

– Не знаю, как быть. Мы задержали двух французских граждан и у нас на них ничего нет. Могут быть неприятности.

– Мы ещё не трясли машину, – заметил агент Уотерс.

– Если мы сделаем это без ордера на обыск, то ещё глубже сядем в лужу, – проворчал Хоукс. – Но давайте попытаемся задержать их как можно дольше.

Уотерс кивнул.

– Я позвоню в наш офис и попрошу прислать переводчика.

– Скажи ему, чтобы не спешил, – предупредил Хоукс.

– Конечно, – кивнул Уотерс, поднимая трубку.

Он связался с федеральным Бюро и разыскал агента Мартина Ф. Пера, переводчика с французского.

– А теперь послушай, как сюда добираться. – Уотерс описал дорогу, по которой следовало двигаться переводчику и которая проходила через нижнюю часть Манхэттена, через Бруклин до Ямайки, потом обратно через Куинс мимо аэропорта Лагуардия и потом снова через нижнюю часть города. – Если заблудишься, то позвони нам, и мы объясним тебе новую дорогу, – посоветовал в конце разговора Уотерс. Стоявший рядом Сонни только мрачно усмехался.

– Замечательно, – сплюнул Уотерс, вешая трубку. Потом устало вздохнул. – Я как чувствовал, что не стоит брать этих парней.

– Что ты хочешь сказать? – рявкнул Сонни. – Ты же сам кричал, что бы мы их взяли!

– Ни черта я не говорил, – возразил Уотерс. – Это вы хотели их взять.

– Ладно, хватит! Давайте попытаемся как-нибудь выпутаться, – сердито вмешался Хоукс.

В это время Луис Гонсалес и Игэн ехали в нижнюю часть города по Ист Ривер драйв. Игэн был зол, но ещё сохранял надежду. Прежде чем сдаться, они хотели перебрать все мыслимые варианты. Теперь у Петси оказалось пятнадцать или двадцать минут форы, этого времени было вполне достаточно, чтобы избавиться от груза. Единственной надеждой оставалось, что Петси, обнаружив отсутствие преследования, не станет торопиться избавляться от товара. Но надежда была весьма слабой, особенно если учесть предполагаемый размер сделки.

Игэн решил, что начнут они с гостиницы "Пайк Слип". Именно туда должен пойти человек, когда ему покажется, что дела идут отлично и можно немного расслабиться. А кроме того, это было сравнительно недалеко от всех трех мостов в Бруклин. Если Петси не окажется у Блера или где-либо поблизости, придется отправляться в Бруклин и там проверить все подряд, воспользовавшись ордерами на обыск и арест.

Примерно в десять сорок пять утра они свернули с Ист Ривер драйв на Гранд-стрит и, маневрируя по узким боковым улочкам, вывели "конвейр" на Саут-стрит и двинулись к гостинице. Днем это была совершенно другая улица: пирсы забиты грузовиками и большими трейлерами, прижавшимися вплотную к платформам; их массивные кузова почти вдвое сузили широкую улицу. Ночью это было жуткое и мрачное место, молчаливые пирсы, скрывавшиеся под широким виадуком, отбрасывали глубокие тени. Этот участок реки выглядел таким же зловещим, как какой-нибудь фантастический варварский берег. Днем же над оживленной суетой господствовал запах рыбы.

Игэн притормозил; гостиница была сразу за углом и он осторожно повернул.

Гонсалес рот раскрыл от изумления.

– Вы сделаете меня верующим человеком!

Перед гостиницей стоял Петси и болтал с барменшей Инес. Рядом стоял голубой "олдсмобиль".

Игэн не смог сдержать усмешку, проезжая мимо.

– Сукин сын! – злорадством буркнул он. – Вот сукин сын!

Через два квартала он остановил машину и бросил Гонсалесу:

– Не оглядывайся, я вижу его в зеркале.

– Думаешь, товар все ещё у него?

– Он мог его спрятать где угодно. Если сейчас его взять и ничего не найти, останется только смириться с поражением. Все, что мы можем сделать, – следить за ним в надежде, что он сам нас наведет. В этом деле мы постоянно как на качелях: то вверх, то вниз, то вверх, то вниз, – с некоторым удивлением заметил Игэн.

Не прошло и минуты, как Петси забрался в машину, помахал рукой девице, оставшейся на крыльце, и направился по Пайк-стрит в сторону Восточного Бродвея. Еще пара минут, и мы снова его потеряли бы, – подумал Игэн.

Они последовали за Петси на Манхэттенский мост, потом дальше в Бруклин. Гонсалес продолжал передавать сообщения по радио в напрасной надежде, что электронные боги смилуются и оно вдруг заработает. Впопыхах они опять забыли сменить рацию, а теперь уже не было времени.

Петси ехал домой. Игэн поворачивал за угол на Двенадцатую авеню в тот момент, когда Петси свернул на Шестьдесят седьмую улицу. Детектив снова попытался воспользоваться рацией.

– Говорит Телескоп. Если кто-то слышит меня, я сижу на хвосте у Петси, который едет домой. Кто-нибудь меня слышит?

Ответа не было.

– Худо дело, Луи. Слушай, вот гараж на Шестьдесят восьмой улице. Почему бы тебе не заскочить туда и не позвонить на базу – рассказать, где мы? А я посмотрю, как будут развиваться события?

– Хорошо. – Гонсалес выскользнул из машины и побежал к перекрестку.

Через какой-то миг Игэн понял, что Петси не вышел из машины. Та стояла на подъездной дорожке, перегораживая тротуар. И тут Игэн увидел Барбару Фуке в новой шубе, спустившуюся по ступенькам. Детектив глянул вдоль Двенадцатой авеню, пытаясь обнаружить Гонсалеса, но тот уже завернул за угол на Шестьдесят восьмую улицу. Петси сдал назад двинулся на восток по Шестьдесят седьмой улице. Выбора у Игэна не оставалось: он продолжил преследование в одиночку.

Петси вновь выехал на скоростную дорогу и направился к северу. Игэн держался почти вплотную, стараясь не упустить его. Голубой компакт, не покидая Бруклина, двигался в сторону Третьей авеню и Шестнадцатой улицы. Он ехал к родителям!

Петси нашел место в нескольких метрах от входа в дом. Игэн увидел его и Барбару выходящими из машины. У Петси в руках не было синего чемодана, который два часа назад положил в машину лягушатник-три. Либо он его где-то припрятал за те двадцать минут, что оставался без наблюдения, либо чемодан все ещё был в машине. Игэн остановился на противоположной стороне у пожарного гидранта.

Прошло пятнадцать минут, потом двадцать, детектив раздраженно ерзал на сиденьи. Нетерпение подталкивало его вскрыть машину Петси. Он мог забрать героин, если тот ещё оставался там, и ворваться в дом, затеяв схватку один на один. Но правила игры требовали, чтобы задержание и арест осуществлялись не менее чем двумя детективами, чтобы всегда был свидетель. В то же время беспокойство подталкивало его к телефону – он видел стеклянную будку телефона-автомата возле гаража на углу Четвертой авеню. Но благоразумие подсказало не спускать глаз с машины и дома, пока Петси чего-нибудь не предпримет.

И он увидел Петси, выходящего из дома, но не с крыльца, а из подвала. Теперь на нем была рубашка с короткими рукавами. Он подошел к машине и, прежде чем отпереть её, глянул в обе стороны вдоль улицы. Затем, согнувшись, заглянул за сиденье, и когда выпрямился, в руках у него оказался синий чемодан. Петси запер левую дверцу, вновь огляделся вокруг и скрылся в подвале.

Побагровев от возбуждения, Игэн выскочил из машины и бросился к телефонной будке. Продолжая наблюдать за домом, он торопливо набрал номер.

– Это Игэн. Что у вас происходит?

– Все мечутся как сумасшедшие, пытаясь хоть что-то спасти, – ответил телефонист.

– А французы?

– Чисты. Ничего нет.

– А где все? Все ещё на Ист Энд?

– Да. Устроили временную штаб-квартиру в гараже. А где вы? Звонил Луис Гонсалес, а потом звонил снова и сказал...

– Петси уезжал и я не мог ждать. Я возле дома старика Фуке на Седьмой улице в Бруклине. Нужна помощь. Срочно пришлите сюда несколько парней! И я хочу поговорить с Винни Хоуксом, дайте номер!

Из дома Фуке никто не выходил. Игэн набрал номер гаража на Ист Энд авеню и коротко доложился лейтенанту Хоуксу, умоляя начальника срочно отправить ему подкрепление. И чтобы прихватили новую рацию. Потом спросил:

– Как дела у Сонни и Уотерса?

– Боюсь, придется посадить их в клетки, – сухо бросил Хоукс. – Они передрались, как пара котов, выясняя, кто виноват в задержании французов.

– Скажите им, чтобы не выцарапали глаза. Я ещё могу спасти их шкуры.

– Позаботься о своей собственной.

Игэн вернулся к машине. На часах была четверть первого. Бледные лучи солнца пытались пробиться сквозь грязно-серые тучи. На Седьмой улице все было тихо; во всем квартале всего несколько прохожих. Игэн сидел на правом переднем сидении, опершись подбородком на локоть, и наблюдал за домом и маленьким голубым "олдсмобилем", стоявшим у бровки. Пальцы его играли с застежкой кобуры, висевшей на бедре.

За следующих двадцать пять минут по кварталу проехало немало машин, но в только в двенадцать сорок Игэн заметил знакомую. В ней сидели детектив Дик Олетта и агент Арти Флюр. Игэн усмехнулся, перегнулся через сидение и, прижавшись носом к стеклу, скорчил им рожу. Олетта заметил его и широко улыбнулся в ответ. Флюр притормозил, но Игэн жестом приказал проехать дальше. Потом сам вышел из машины и пошел к ним, оглядываясь через каждые несколько шагов.

Флюр пристроился на углу. Когда Игэн забрался на заднее сидение, Олетта поздоровался с ним и спросил:

– Кажется, выдался довольно трудный день?

– Не спрашивай, – вздохнул Игэн. – Просто черт знает что. Вы знаете, что у меня полетела рация? Просто сумасшедший дом!

– Ну, теперь твои беды позади, – улыбнулся Флюр. – Мы привезли тебе новую.

– Прекрасно! – Игэн выгнулся, чтобы внимательно посмотреть через заднее окно. Потом повернулся к детективам.

– Хотя я не сказал бы, что все наши проблемы позади. – И пересказал им результат своих наблюдений и подозрений.

– Так во что мы играем? – спросил Олетта. – Может, просто пойти и схватить его за шиворот?

– Я уже думал об этом, – сказал Игэн. – Но лучше подождать, пока Петси не появится снова. Мне бы хотелось убедиться, что чемодан по-прежнему с ним. Если да, – мы разделимся и вы сядете ему на хвост. Если он выйдет без чемодана, тогда мы его возьмем. Хорошо бы иметь поблизости на всякий случай нескольких парней. Никогда не знаешь, как дело обернется.

– Внимание! – предупредил Флюр, глядя назад на Седьмую авеню. – Петси с Барбарой выходят.

Все трое пригнулись, внимательно наблюдая за супружеской четой. Синего чемодана с Петси не было.

– Парни, вы приехали как раз вовремя! – воскликнул Игэн. – Послушай, Арти, мы позволим им подъехать сюда, тогда вы вдвоем их возьмете, а я вернусь в дом. Но прежде нужно забрать из машины ордера на обыск и арест. Дайте мне рацию, вдруг понадобится...

Флюр протянул ему плоский серый прямоугольный передатчик. Все они быстро нырнули вниз, чтобы скрыться от Петси, чей голубой компакт покатил к углу.

Игэн подождал, пока "олдсмобиль" не свернул за угол, потом помчался к своей машине. За его спиной взвизгнули шины автомобиля Флюра, который последовал за четой Фуке. Детектив нащупал ключи, открыл отделение для перчаток и начал перебирать мятую пачку лежавших там документов. Потом нетерпеливо фыркнул и сунул всю пачку в карман. С рацией в одной руке и пистолетом в другой он зашагал через улицу.