Прочитайте онлайн Иллюзия вины | Глава 3

Читать книгу Иллюзия вины
2816+5298
  • Автор:

Глава 3

На лифте я спустился в подвальное помещение здания Бюро и прошел по небольшому тусклому коридору до места, где временно хранились десятки трупов.

Морг ФБР — место особенное. Просто так попасть на стол судмедэксперта невозможно — это место нужно сначала заслужить, как бы ужасно это не звучало. Здесь почти не бывает тел людей, умерших своей смертью или от типичных болезней, такое возможно лишь за редким исключением. Все тела, находящиеся в нашем морге обязательно имеют некую свою особенность. Это может быть как что-то совсем банальное вроде пулевых или ножевых ранений, так и что-то невероятно изощренное и до ужаса мерзкое вроде изувеченных тел, поставляемых нашим серийным убийцей. Суть в том, что большинству клиентов этого морга кто-то обязательно помогает умереть.

И потому морг является самым непопулярным местом у всех работников Бюро. Исключений тут нет — никто не хочет спускаться в подвал и любоваться на покойников, одновременно вдыхая все возможные ароматы смерти. Конечно же, в морге соблюдается идеальная чистота и стерильность, но со временем смерть все равно навсегда въедается в эти стены и с этим уже ничего не поделаешь. Тем не менее, сотрудники Бюро спускаются сюда и довольно часто — того требует наша работа. Поначалу этого как-то сторонишься, чувствуешь жуткий дискомфорт, неприязнь, находясь в помещении, где тебя окружают десятки трупов. Все покойники надежно скрыты в своих ячейках и не мозолят глаза, но это не особо облегчает посещение морга, ты все равно понимаешь, что тебя окружают десятки трупов. Понемногу к такому привыкаешь и уже перестаешь придавать умершим какое-то значение, они становятся для тебя… ничем. Ты уже не воспринимаешь их как личностей, они становятся для тебя просто телами.

С чем тяжело мириться любому, посещающему это место, так это с непосредственным осмотром некого конкретного тела. Рассматривать вблизи изувеченные тела всегда доставляет мало удовольствия, и хотя рано или поздно начинаешь привыкать к такому, кое-что все равно остается неизменным. Перед каждым осмотром очередного покойника ты всегда подсознательно готовишься к тому, что в ближайшие несколько минут будешь ощущать разного рода негативные эмоции. У каждого на то могут быть свои причины. Кому-то в первую очередь неприятен сам вид покойника, кто-то не переносит жуткого запаха, но есть чувство, которое испытывают все — страх перед смертью. Находясь тут, ты смотришь в лицо смерти, видишь ее подлинный облик, осознаешь, что причин у смерти может быть миллион, но конец всегда один и он уродлив. Проходит еще какое-то время и ты понимаешь, что однажды смерть настигнет и тебя. И теперь ты хорошо себе представляешь, на что это будет похоже.

Исключения в этом заведении составляют лишь судмедэксперты — уникальнейшие и умнейшие люди, которые глубоко изуродованы своей работой внутри. Они видят смерть везде и повсюду. Каждый день и каждый час. Как бы это странно не звучало, но смерть становится частью их жизни. Они начинают видеть жизнь по-своему — через смерть. Эта работа полностью меняет людей, делает их по-настоящему особенными. В какой-то момент своей жизни любой судмедэксперт начинает осознавать, что он уже не тот человек, каким был когда-то и начинает лгать окружающим. Лгать исключительно во благо, чтобы казаться таким же, как все. В этот момент такой человек надевает маску, которую носит всю оставшуюся жизнь. Каждый выбирает что-то свое: кто-то становится циником и прикрывается черным юмором, кто-то просто отстраняется от всего и делает вид, что его ничто не заботит, а кто-то и вовсе по-настоящему перестает что-либо чувствовать. Если вам когда-нибудь захочется поговорить о смысле жизни, то найдите себе судмедэксперта и вы узнаете от него столько нового, что после такого жить вам перехочется.

Я дошел до нужной мне темно-зеленой двери с окошком и заглянул в него. Под тусклым светом в так называемом «предбаннике» морга я заметил Джулиана Гриффитса, неуклюже стягивающего с себя испачканную кровью рабочую одежду.

Предбанник морга представлял собой маленькую комнату с большой раковиной для мытья рук, парой лавочек для комфортного переодевания и несколькими железными шкафчиками, где хранились самые разнообразные медицинские инструменты наряду с необходимой экипировкой. На противоположном конце комнаты располагалась еще одна зеленая дверь с маленьким окошком, в котором можно было разглядеть непосредственно морг, заполненный десятками железных ячеек с трупами.

Я толкнул дверь и прошел к Гриффитсу.

— О, агент Стиллер, — сразу заметил меня Джулиан, стаскивая с себя окровавленную перчатку, — а я как раз закончил с телом мисс Вергарес.

— Вы так быстро провели вскрытие? — немного удивился я.

— Вскрытие? — изумился он. — По-моему, тело было вскрыто задолго до нас. Свою часть я выполнил. Двум судмедэкспертам незачем корпеть над одним телом, только мешать друг другу будем. Господин Штайблих попросил у меня разрешения самому еще поработать с телом, — он кивнул на окошко двери, где виднелся высокий силуэт Штайблиха, копающегося во внутренностях Люси.

— И как вам Штайблих? — я подошел к окошку и понаблюдал за плавно передвигающимся вокруг тела Штайблихом.

— Странный тип, — Джулиан начал тщательно вымывать свои руки в железной раковине, — но дело он свое знает мастерски. Я вновь почувствовал себя интерном рядом с ним.

— В каком смысле странный? — я пропустил все остальные впечатления Джулиана мимо ушей.

— Холоден и неприступен как труп моей жены в гробу, — усмехнулся он.

— Джулиан, — я посмотрел в его беззаботные глаза, — как вы можете так говорить о своей жене…

— Все мы смертны, сэр, — вздохнул он, — ей уже, к сожалению, ничем не поможешь.

Я только отчаянно покачал головой и вновь перевел взгляд на Штайблиха.

— У меня еще есть работа, — собираясь уходить, сказал Джулиан, — если будут какие вопросы по мисс Вергарес, уверен, Штайблих вам все разъяснит.

— Не сомневаюсь.

Гриффитс покинул помещение, а я толкнул следующую дверь и прошел в морг, где над телом Люси нависал Дитер Штайблих. Войдя в морг, я сразу ощутил мерзкую прохладу и характерный запах мертвечины. Внутри всегда было достаточно темно и прохладно. Температура здесь постоянно поддерживалась низкой, чтобы замедлить процесс разложения трупов, а небольшие лампы под потолком освещали только отдельные участки просторного помещения, давая увидеть лишь очертания морга. Основной свет исходил от ламп на рабочих столах и всегда был сконцентрирован непосредственно на телах.

Слегка согнувшись над стальным блестящим столом с телом, Штайблих, облаченный в белый халат и светло-зеленые окровавленные перчатки, то и дело ловко сменял в своих руках различные колющие и режущие предметы, поочередно втыкая их в тело Люси. Словно дирижер, он резко и в тот же момент очень плавно менял один инструмент на другой и тут же вонзал его в беззащитное тело Люси. Казалось, будто весь его разум находился где-то там, глубоко в этом теле. Он был полностью погружен в свою работу.

Штайблих не мог не услышать скрип, издаваемый дверью, когда я входил внутрь, да и наверняка уже успел заметить краем глаза мое присутствие, но никакой реакции на мое появление от него не исходило. Странное поведение Штайблиха меня уже совсем перестало удивлять и я решил воспользоваться моментом. Я немного постоял у него за спиной, завороженно наблюдая за его работой, а затем подошел чуть ближе и рассмотрел тело Люси.

Я вдруг понял, что смотреть на изуродованный труп Люсинды Вергарес мне было по-настоящему страшно. Гораздо страшнее, чем было в первый раз, когда я увидел ее тело на улице. Причина тому была очевидна. Я видел перед собой лишь хаос и никакого порядка. Стоило убрать с тела Люси все так называемые «украшения» едой и оно тут же меняло свой облик. На деле оказалось, что убийца действительно украшал своих жертв едой, он будто пытался замаскировать жесточайшие увечья. Умело разложенная еда и правда позволяла смотреть на тело с куда меньшим отвращением. В этом явно был смысл, убийца наверняка так же, как и любой другой человек испытывал отвращение к изуродованным телам и потому он пытался как-то скрыть результаты своих деяний. Это совершал либо человек с глубоким внутренним противоречием, либо за каждое убийство были ответственны два совершенно разных человека.

Не в силах более смотреть на тело Люси, я перевел свой взгляд на Штайблиха и спросил:

— Вы уже можете сказать что-то полезное по телу?

— Полезное? — спросил высоким голосом Штайблих, не отрываясь от тела. — Зависит от того, что для вас может быть полезным, агент Стиллер.

— Волосы в желудке обнаружили? — конкретизировал я.

— Нет, ни одного.

— Хм… А следы от электрошокера?

— Имеются. Можете сами в этом убедиться, — он оторвался от осмотра той части, где у Люси когда-то был живот и подошел к ее голове.

Я следом приблизился к телу и уставился на лицо Люси.

— Вот, — Штайблих приподнял ее голову и показал мне две темные точки на обратной стороне шеи, — в точности, как и у остальных жертв, у мисс Вергарес на затылке имеются отметины от электрошокера.

— Вижу, — я убедился в подлинности отметин и отошел на безопасное расстояние от стола. — Что-нибудь еще необычное?

— Могу вам перечислить все необычное, что мне удалось обнаружить на теле, агент Стиллер, но вы не услышите ничего нового, — ответил Штайблих, вновь погружаясь руками в тело Люси. — Почерк убийства идентичен тому, что вы видели на предыдущих телах. Могу отменить только более аккуратную работу лезвием в районе живота. С каждый убийством порезы становится более ровными.

— Хотите сказать, что убийца учится?

— Возможно.

— То есть ранее убийце не доводилось так резать тела? Он этому научился, уже используя своих жертв?

— Я не могу вам ответить на этот вопрос, агент Стиллер. То, что я наблюдаю с первого по шестое убийство за исключением случая господина Новика, указывает на то, что убийца занимался этим впервые. Но я не могу этого знать наверняка, возможно, убийца намеренно ведет себя так.

— В смысле, намеренно? Вводит нас в заблуждение?

— Его мотивы мне не известны, но я точно знаю, что профессионалу ничто не мешает вести себя как непрофессионал.

— Ваше заключение можно интерпретировать как то, что убийца просто морочит нам голову, — я зашел с другой стороны стола и осторожно еще раз осмотрел тело.

— Как вам будет угодно, агент Стиллер. Вы — следователь, вам решать, на что указывает конкретный факт или улика. Я лишь поставляю вам эти улики и называю конкретные факты.

Не найдя что ответить на это, я только молчаливо посмотрел на Штайблиха.

— А что вы можете сказать о ее весе? — спросил я после небольшой паузы.

— Восемьдесят девять килограмм. При ее росте в 164 сантиметра, это достаточно большой вес. Мисс Вергарес подходит по этим параметрам в качестве жертвы серийного убийцы.

— Но ведь она гораздо легче предыдущих жертв. Доселе наименьшим весом обладала Асэль Лэндсбери — 110 килограмм. На мой взгляд, Люсинда со своими 89 килограммами сильно выделяется на фоне остальных жертв.

— Это на ваш взгляд выделяется, а убийца считает иначе. Забудьте о цифрах, агент Стиллер и посмотрите своими глазами. Все шесть жертв имели ярко выраженные проблемы с лишним весом и мисс Вергарес не исключение. Убийца не взвешивает каждую из своих жертв перед убийством, он лишь смотрит на них глазами.

— Вы так говорите, будто знаете, о чем он думает.

— Я не могу этого знать.

— Тогда почему вы…

Мой вопрос прервал, вибрирующий в кармане смартфон. Я достал его и посмотрел на экран, а затем перевел взгляд на копающегося во внутренностях Люси Штайблиха. Держа в руке вибрирующий смартфон, я подумал еще секунду и сказал:

— Что ж, не буду вас больше отвлекать от работы. Если найдете на теле что-то новое, сразу же сообщите мне.

— Непременно, — кивнул Штайблих, не отрываясь от работы.

Я вышел из морга и ответил на звонок.

— Да, Джейкоб?

— Сэр, я нашел несколько строительных площадок в городе, где в данный момент используется прозрачный бетон, — ответил Джейкоб.

— Отлично. Много таких мест?

— Много, но я считаю, что достойны внимания лишь пять строек.

— Превосходно. Джейкоб, не хочешь прокатиться?