Прочитайте онлайн Иллюзия вины | Глава 2

Читать книгу Иллюзия вины
2816+5277
  • Автор:

Глава 2

Добравшись до ресторана «Пикассо», мы осмотрели заведение со всех сторон и с каждого угла. То же самое мы сделали внутри помещения и опросили чуть ли не половину сотрудников.

Глупо было надеяться на что-то, имея на руках столь незначительные «улики» — умом я это понимал и знал, что шансы на успех невелики. Но увидев, как сотрудники ресторана уныло пожимают плечами, и, услышав, как эти же люди на любой мой вопрос начинают мычать, не говоря ничего конкретного, я впал в отчаяние. Пока мы ехали к ресторану, я успел неплохо изучить дело, к тому же у меня в голове имелась информация, поведанная отцом и Райаном, и потому я довольно хорошо представлял себе, насколько плохо обстоят дела.

Это меня выводило из себя, выбивало почву из-под ног. Мы уже потратили столько времени, столько сил психологических и физических, потеряли столько людей. Жители попросту начинают опасаться выходить на улицы, а ситуация только ухудшается. И все это я понимал, прочитав лишь отчеты и прослушав сказку от парочки людей. Потеря памяти, скорее всего, обернулась для меня спасением, так как, помни я все в деталях, ощущая и понимая, сколько сил я уже потратил на это дело, сколько пережил… не знаю, быть может, я бы не выдержал.

Нам дали 72 часа на то, чтобы добиться хоть каких-то результатов, и наше время стремительно истекало. Понятия не имею, что нас ожидало в случае полного провала, в случае, если мы не справимся, если не поймаем к концу третьего дня ни Хауэра, ни кого-то еще… ладно, я знаю, что ожидало нас, наш отдел, моего отца, но я даже думать об этом не хотел. Я должен был сдохнуть, но не допустить подобного провала, потому как провал в нашем случае был бы хуже смерти.

Временные рамки, установленные для нас директором Миллером, в каком-то смысле стимулировали и помогали мыслить. Ты знаешь, что у тебя есть дедлайн, в который ты должен уложиться, и потому начинаешь обдумывать все возможные варианты, все исходы, ты думаешь о таких вещах, о каких даже не вспомнил бы, не имей ты временных рамок. Это все хорошо, это помогает находить нестандартные решения, но необходимо и оставаться предельно сконцентрированным, чтобы извлечь из временных рамок выгоду.

В моих условиях это было сделать не так просто. Понимая, что время от меня убегает, я начинал паниковать. Я начинал метаться от идеи к идее, не зная, за какую из них лучше ухватиться. Я никак не мог решить, куда нам следует направиться в следующий момент, стоит ли нам проверить то или это, стоит ли поговорить с тем человеком или с этим. Моя голова начинала разрываться от такого количества мыслей, к тому же мне даже мыслить было тяжело — двенадцать часов назад я, черт возьми, только вышел из комы!

У меня не болела моя раненная правая нога, нет. У меня болело все тело — целиком, как единое целое. Готов поклясться, что у меня даже мозг болел и в подтверждение тому, он мне время от времени выдавал полную несуразицу. Временами, у меня в глазах все сияло, а иногда разум, словно затуманивался, и я был неспособен отличить дерево от фонарного столба. Я закрывал глаза, надеясь, что когда открою их, все вновь станет на свои места, но вместо этого видел образы знакомых мне людей, видел кровь, видел и чувствовал чужую боль, у меня в голове всплывали совсем непонятные мне сцены. Казалось, я вижу нечто такое, что пережил в последнее время, но в то же время я ничего не понимал из увиденного.

Это было ужасно, но как я ни пытался, я не мог избавиться от всего этого. Я лишь знал одно — я должен раскрыть дело серийного убийцы. Это было что-то глубоко внутри моего разума, что-то такое, что говорило мне: «ты должен, не кто-то другой, а именно ты». Это чувство, возможно, интуиция — единственное, что держало меня на ногах и заставляло идти дальше.

Все еще находясь в ресторане «Пикассо» и слушая мычания девушки администратора по имени Лорен вместе с дюжиной официантов, я размышлял, как мне поступить. Ничего дельного они сказать не могли и, поглядев на фотографию Виктора Хауэра, уверенно сказали, что не видели его, потому я решил пойти ва-банк.

— Ладно, понятно, — утомленно обратился я к Лорен, — но возможно, вы видели другого человека…

Администратором была довольно привлекательная девушка лет тридцати в зеленой униформе ресторана и рыжими волосами, собранными в хвостик на затылке. Увидев, что я не собираюсь отпускать ее после довольно продолжительной беседы, на секунду на ее лице промелькнуло недовольство, но тут же она собралась и по-актерски заинтересованно захлопала ресницами.

— Кого? — поинтересовалась она.

— Райан, — я посмотрел на своего скучающего у барной стойки напарника, — я не помню, как выглядит Штайблих, а ты хорошо помнишь, опиши его внешность.

Райан сразу же широко раскрыл глаза и развел руками, готовясь что-то возразить, но я не предоставил ему такого шанса.

— Просто сделай это, прошу тебя.

— Ладно, — безнадежно вздохнул он и подошел поближе к администратору, — вы… не видели тут у себя такого… довольно необычного на вид мужчину… возрастом немного более шестидесяти лет? Он выше меня, очень худой, на голове у него немного седых волос… он мог быть в сером или коричневом пальто… никто на ум не приходит?

— Мм… нет, — неуверенно произнесла Лорен, — да и наши клиенты в основном люди среднего возраста. Простите, но у нас за день проходит столько людей…

— Я, возможно, видел его, — отозвался молодой невысокий парень официант, — пару дней назад я обслуживал одного мужчину, похожего на того, кого вы описали… но… я его смутно помню… во всяком случае, похож…

— Вы по какой-то еще причине вспомнили его? — спросил я официанта.

— Нет… не сказал бы… он просто мне запомнился. Он поужинал у нас и, кажется, заказал кое-какую еду с собой.

— А вы не помните его голоса? — спросил Райан. — Он не показался вам необычным… или каким-то особенным?

— Мм… нет, вроде нет… хотя может и было что-то. Простите, но я не слишком хорошо его запомнил. Просто по вашему описанию вспомнил похожего мужчину.

— Когда это было? — спросил я. — Вы можете точно вспомнить день и время?

— Это было в этот вторник… около девяти часов вечера… точнее не скажу.

— Понятно, — я записал себе эту информацию в смартфон, — больше никто не видел человека, описанного агентом Фоксом?

Все переглянулись, но никто ничего не ответил.

— Хорошо, — вздохнул я, — что ж, спасибо всем, что уделили нам время.

Мы попрощались и направились к машине.

Весь путь до машины Райан терпеливо ждал, но стоило нам забраться в салон, он сразу же набросился на меня с вопросами:

— Ты реально подозреваешь Штайблиха? Ну ты же его даже не помнишь! Сначала Хауэр, которого ты на картинках видел, теперь Штайблих, которого ты вообще не помнишь! Кто дальше будет?! Я?!

— Во-первых, вы мне о Штайблихе рассказали все достаточно точно… ну кроме внешности, но спасибо, теперь я представляю, как он выглядит. А во-вторых, мои подозрения куда более адекватные, чем идиотские твои.

Райан прищурился, попытался что-то сказать, затем почесал свою слегка отросшую щетину и безнадежно хлопнув руками по коленям, так ничего и не ответил.

— Если бы я помнил Штайблиха по личным наблюдениям, это еще можно было бы назвать предвзятым отношением к нему, — начал рассуждать я вслух, — но я знаю его лишь по тому, что прочитал о нем, по тому, что от вас услышал. Это даже лучше. Только лишь на основе этой информации я чувствую, что здесь что-то не так. Считай, что это помогает мне… более трезво мыслить.

— Да… как же, очень трезво.

— Хватит болтать, заводи — поехали, у нас еще есть, что посетить этой ночью.

Поздней ночью мы продолжили свой путь к следующему в нашем списке месту под названием «Пита Пэн». Это было заведение, на мой взгляд, противоположное ресторану, который мы недавно посетили, потому как здесь готовили фастфуд.

Но, несмотря на различия в меню, ситуация с выяснением подробностей практически не изменилась. Точнее все же изменилась, но незначительно и в худшую сторону. Понятное дело, что в «Пита Пэн» никто не встречал ни подозрительных личностей, ни нетипично больших заказов, но помимо этого никто ничего не смог сказать ни на фотографию Хауэра, ни на описание внешности Дитера Штайблиха. Мы покинули «Пита Пэн» ни с чем.

Забравшись в машину после вновь потраченного впустую времени, я посмотрел на часы. Они показывали 0:32 ночи. Мы с Райаном тихо просидели несколько секунд, после чего тот зевнул и прервал молчание:

— Ну что, так и будем слоняться по городу? Всего-то двадцать два места осталось посетить… и хорошо, если мы найдем еще хоть одно работающее в такое время.

— У нас выбор невелик… или у тебя есть предложения получше?

Райан только пожал плечами.

Я взял несколько флаеров, оставленных убийцей, и покрутил их в руках. Следом я отыскал очередное заведение, работающее в столь поздний час, но тут у меня в кармане пиджака завибрировал смартфон. Поглядев на экран, я увидел номер Кевина Андерсона.

— Да? — ответил я.

— Нейтан, как у вас там дела?

— Никак.

— Я так и думал. Но, может, я вам добавлю веселья. Появилась интересная информация…

— Подожди, переключу на громкую связь, — я перевел звук на динамики внутри машины, так, чтобы Райан тоже мог слышать Андерсона. — Что там?

— У нас появилась крайне интересная информация по Хауэру, — раздался голос Андерсона в машине, — если помнишь, я тебе несколько часов назад говорил, что Самптер проверяет кое-какую информацию о Хауэре…

— Помню.

— Так вот Самптер проводил конфиденциальную встречу сразу с несколькими свидетелями-завсегдатаями одного знакомого нам с тобой ночного клуба. Эти свидетели утверждают, что видели человека очень похожего на Хауэра возле ночного клуба «Дикость» и даже внутри него.

— «Дикость»? — удивленно переспросил я. — Тот самый на 28-й улице, где мы накрывали Хоскинсов?!

— Он самый.

— Черт, надеюсь, нам туда не придется соваться вновь.

— Боюсь, что придется.

— А что там? — спросил Райан.

— Ну… скажем так, там теперь не рады федеральным агентам, — ответил я. — Долгая история… сейчас не об этом. Кевин, и что, ты веришь этой информации?

— Не на все сто процентов, но это однозначно любопытно и стоит проверить. Было бы хорошо, если бы вы туда съездили, но я так же собираюсь установить там слежку, так как по имеющейся информации, Хауэра видели там дважды — вчерашней ночью и сегодня.

— Похоже он тоже там завсегдатай.

— Похоже, только я вот не знаю, кого в твоем отделе послать на слежку. Для меня конечно не проблема подключить людей из своего отдела, тем более что ловля беглецов, находящихся в федеральном розыске, не совсем работа твоего отдела…

— Не дергай пока своих людей. Я знаю, кого послать на слежку, а своих ребят береги для отягчающих обстоятельств. Ты с Робертом уже говорил по поводу Джейкоба?

— Еще нет. Он недавно только прилетел… не в настроении.

— Понятно, но поговори с ним. Я сейчас разбужу Джейкоба и поручу ему наблюдение, заодно и радостную весть сообщу. И мы сейчас направляемся в «Дикость».

— Не боишься туда соваться один? — скептически спросил Кевин.

— Ну… у меня есть Райан, — я посмотрел на своего напарника, — его там не знают.

— Все равно соваться туда одному из нас равносильно самоубийству.

— Я и не собираюсь, я для начала хочу просто понаблюдать.

— Не рискуй понапрасну. Сообщи, если что-то обнаружите.

— Непременно.

Кевин прервал связь, а я поймал на себе недоумевающий взгляд Райана.

— Что не так с этим клубом? — подозрительно спросил он.

— Пару лет назад мы сильно навредили владельцам клуба, когда накрывали там партию наркотиков. Это был семейный бизнес семьи Хоскинсов. Нам удалось посадить отца семейства — Фрэнка Хоскинса и его старшего сына — Тобина Хоскинса. К сожалению, на младшенького — Брэндана — у нас было мало улик и нам не удалось его связать с семейкой. Таким образом, он выкрутился из всего этого, стал полноправным владельцем «Дикости» и продолжил дело родственников… но теперь этот подонок ведет дела настолько осторожно, что мы его уже второй год не можем ни в чем уличить. И, черт возьми, знаем наверняка, чем он там промышляет, периодически ведем наблюдение, есть даже информация, что он торгует оружием… но он заметает все следы идеально.

— Скользкий тип, очевидно.

— Мягко сказано. После того как мы арестовали его брата с отцом, он поклялся мне, что любого федерального агента, пересекшего порог их клуба, он лично пристрелит и спрячет тело по кускам так, что его никто никогда не найдет и… он опять выйдет сухим из воды. Мы как-то пока не решались проверять, сдержит ли он свое слово.

— А нельзя их там всех накрыть было и перестрелять?

— Нельзя… мы тогда сделали все, что могли… а сейчас он только трепится языком, а этого мало, чтобы устраивать облавы. Но я ему верю, никто из наших туда не суется… а меня он знает в лицо. Поэтому, если мы решимся туда пойти… ты пойдешь как минимум впереди меня.

— Весело у вас…

— Угу. Но, может, нам повезет в этот раз. Если Хауэр ведет с ним какие-то дела, то, возможно, нам удастся накрыть обоих, — я вздохнул и поглядел на экран навигатора. — Поехали уже — клуб находится далеко, хоть бы за час добраться.

Райан завел машину и повел ее к клубу «Дикость», а я отыскал в телефонной книге номер Джейкоба, посмотрел на часы и нажал кнопку вызова. После нескольких гудков сонный голос Джейкоба мне все же ответил:

— Да… сэр?

— Доброй ночи, Джейкоб. Прости что разбудил, но нужна твоя помощь.

— Да что уж там, сэр, не в первой.

— У меня для тебя две новости: хорошая и плохая.

— Ох как… а можете мне их сообщить так, чтобы было интересно?

— Хм, — усмехнулся я, — ну тогда наверно стоит начать с хорошей: в течение 24 часов ты официально сможешь называть себя «специальный агент Броуди».

— О… эм… вы… серьезно? — на той стороне послышался какой-то грохот.

— Абсолютно. Не хочу тебе лгать: ситуация сейчас обязывает и новое звание ты получил по большей части, потому что нам нужен кто-то, кто будет выполнять серьезную работу, но и я бы не стал рекомендовать тебя в спецагенты, не будь я уверен в тебе.

— Эм… ну… спасибо, сэр, неожиданно. А плохая новость…?

— Одевайся, у тебя серьезная работа. Нужно чтобы ты организовал слежку за клубом «Дикость».

— «Дикость»?! Это тот самый, где…

— Да, он самый, но не волнуйся, внутрь ты не пойдешь. За тобой только наблюдение. У нас есть информация, что Виктор Хауэр его неоднократно посещал и нам нужно знать, если он там появится вновь. Мы с агентом Фоксом сейчас едем туда же, посмотрим что там да как, но, скорее всего, снаружи мы ничего не найдем и потому оставим тебя наблюдать за клубом, а сами займемся другими делами.

— Понятно, сэр. Уже одеваюсь, буду там примерно через час.

— Джейкоб, слежка дело нудное и часто очень длительное. Возможно, тебе там придется просидеть не один день. Поэтому, возьми себе кого-нибудь в напарники. Вон, хоть Джемму. Это может затянуться.

— Да, сэр, я все понял. Только один вопрос…

— Да?

— Вас что уже выписали из больницы?

— У них не было выбора, — усмехнулся я, — впрочем, как и у меня.

— Понятно, — угрюмо произнес Джейкоб.

— Ну все, будем ждать тебя у клуба.

Путь до клуба с подходящим ему названием «Дикость» занял у нас чуть менее часа. В Нью-Йорке царила глубокая ночь и движение на дорогах заметно поредело, благодаря чему мы добрались до клуба на юге Манхэттена довольно быстро. По моей просьбе Райан остановил машину на безопасном расстоянии от синей неоновой вывески «Дикость» и заглушил мотор.

Ночной клуб был настолько велик, что занимал целых два нижних этажа высокого жилого здания. Не знаю, каково было жильцам иметь таких соседей под собой, но возле клуба стояла вполне себе спокойная обстановка и поблизости едва можно было заметить какого-нибудь случайного прохожего.

У входа, прямо под пульсирующей неоновой вывеской клуба стояли двое громил Брэндана Хоскина — владельца клуба с аллергией на федеральных агентов. Оба вышибалы были в пиджаках и своими квадратными лицами выражали весь смысл пословицы «сила есть — ума не надо». Находясь примерно в десяти метрах от ночного клуба, мы могли ощущать всем телом звуковые вибрации, доносящиеся из недр здания, спровоцированные разрывными битами клубной музыки. Вглядываясь в приоткрытый вход между двумя вышибалами, в мелькающие огни внутри клуба и вслушиваясь в доносящуюся из глубин здания музыку, могло показаться, что это врата в ад. Однако у меня таких иллюзий не было, я знал на собственном опыте, что внутренняя среда действительно может обернуться для меня адом.

Просидев около минуты, наблюдая за клубом из машины, мы заметили парочку потенциальных посетителей в лице двух парней, пытающихся попасть внутрь заведения и превращающихся в посетителей реальных после вручения одному из охранников пачки банкнот.

— Ты мне не объяснишь кое-что? — прервал молчаливое наблюдение Райан.

— Нет, если мы пойдем внутрь, то на шлюх у тебя времени не будет.

— Очень смешно. Я о другом. Что ты… делал в Лос-Анджелесе весь прошлый месяц?

— Где?! — поразился я, услышав столь конфиденциальную информацию о своей жизни.

— В Лос-Анджелесе.

— Откуда ты знаешь, где я был? — я машинально сжал в руках трость.

— Эм… ты сам сказал… когда… ну перед тем как тебя железобетонными плитами накрыло.

— Я?! С чего бы я стал о таком говорить?

— Ну ладно, не говорил, но косвенно подтвердил, что был там. Эм… Дэвид тогда это тоже слышал… и тоже удивился.

— Это не ответ на мой вопрос. Откуда ты знаешь, что я недавно был в Лос-Анджелесе?

— Черт, ну хорошо, — сдался Райан. — Перед тем как приехать сюда, я наводил некоторые справки. Ты сам в тот день кричал, что убийца профессионал, что это должен быть кто-то из наших и прочее бла-бла-бла. У меня были те же мысли еще в Лос-Анджелесе и потому я… проверял всех, кого знаю.

— И меня, значит, проверил?

— Тебя в первую очередь, — самодовольно усмехнулся Райан.

— Предположим. Но ты не мог так просто узнать, где я был. Официально, я посещал Миннесоту. У тебя нет такого уровня доступа, чтобы знать, где я был.

— Доступа нет, а информация есть. Так что ты там делал?

— Это не твое дело.

— Это мое дело, когда речь идет о поиске серийного убийцы.

— Ты это серьезно? Ты держишь меня в списке подозреваемых?!

— Просто хочу заполнить этот пробел. Ты же нечем противозаконным не занимался ведь? Окажись ты на моем месте, ты бы разве не хотел обо мне знать то же самое?

Я замялся, не желая раскрывать подобную информацию, но в какой-то момент понял, что в этом нет ничего столь уж задевающего меня. Да и прав был Райан, я же ведь то же самое сделал бы… проверил бы его. Только почему-то я этого не сделал. Или сделал, но забыл об этом.

— Я был, — тихо произнес я, — на могиле своей матери.

— Она… похоронена в Лос-Анджелесе? Чего так далеко?

— Потому что у нее там семья… другая. И в сентябре как раз была годовщина ее смерти… пять лет.

— А зачем было скрывать эту информацию от остальных?

— Мне нужно было это скрыть только от своего отца…

— Хм, понятно, — хмуро произнес Райан, — ладно, подробности мне не интересны, вычеркиваю тебя из списка подозреваемых.

Мы молча просидели еще около пяти минут, наблюдая, как легонько моросящий дождь постепенно усиливается и загоняет вышибал Хоскинса под небольшой козырек «Дикости». Прошло еще несколько секунд и у меня в пиджаке завибрировал смартфон. Я посмотрел на экран и сразу переключил звук на динамики машины.

— Нейтан, где вы? — раздался серьезный обеспокоенный голос Кевина Андерсона на всю машину.

— Скучаем у «Дикости».

— По 14-й улице в районе Юнион-сквер две полицейские машины преследуют Хауэра. Двое очевидцев заметили его в этом районе и сообщили в полицию, что видели человека, лицо которого сейчас крутят по всем новостям. Как только полиция прибыла на место, Хауэр сразу же начал палить по ним и бросился в бега.

— Давай быстро туда! — скомандовал я Райану, который и без моей команды, уже завел машину. — Мы уже едем, Кевин.

— Отлично. Высылаю вам на помощь еще пару машин из быстрого реагирования, так же подключаю своих людей, попробуем организовать на пути у Хауэра несколько дорожных блокад. Нейтан, это наш шанс, нельзя его упустить!

С визгом шин наш джип сорвался с места.