Прочитайте онлайн Иметь королеву | Глава 14 БЕРИ, НО ПОМНИ!

Читать книгу Иметь королеву
3116+2992
  • Автор:

Глава 14

БЕРИ, НО ПОМНИ!

Напирая грудью на багровые кирпичные стены, ветер тщетно пытался прорваться сквозь пуленепробиваемые стекла окон дома-крепости на окраине Мешхеда. Волокнистые тучи, похожие на крашеную шерсть тонкорунного барашка, то смыкались строем, то на минуту расцепляли крючковатые края, и тогда вечернее солнце ясно вырисовывало словно затушеванные черной краской близкие горы.

Узорчатая, обманчиво хрупкая дверь отворилась, и на ступени, веером сбегающие к дорожкам, из дома вышел Вартан, вооруженный короткоствольным автоматом. Он махнул рукой. С двух концов высокого забора появились еще два человека. Рация в руке Вартана сухо щелкнула, и он коротко произнес в черную сеточку микрофона несколько слов.

Дверь распахнулась во всю ширь.

Хозяин выходил на вечерний променад. Каждый раз в одно и то же время бывший совершал прогулку вокруг своего коттеджа. Он проходил по дорожкам сквозь заросли туи, по берегу овального искусственного пруда с берегами из розового мрамора, вдоль подножия миниатюрного горного хребта и далее — беседка, террариум, конюшня.

Все было сделано почти как там, в прежних владениях, некогда принадлежавших ему, а теперь под шумок приватизации, демократизации и прочей «хватизации» скупленных за бесценок, а то и взятых просто так другими, не «засвеченными» ранее мафиками.

Прогулки по саду, непременные, как вечерняя молитва, возвращали мысли Хозяина в привычное деловое русло и помогали сохранить равновесие и четкость суждений в оценке событий, так или иначе касающихся его интересов. Почему он предпочитал их другим видам отдыха — купанию в бассейне или массажу, — он не знал и знать не хотел. Он понимал, что есть вещи, не требующие обсуждений и понимания. Так надо, потому что так хорошо — и все. Сегодняшняя прогулка была особенной — после нее требовалось решить важную проблему, связанную с событиями на Камчатке. Там, вопреки прогнозам, все пошло наперекосяк, и стоило взять неверную ноту, как игра была бы проиграна.

Хозяин машинально достал из мешочка, протянутого ему Вартаном, корм и вытянул перед собой руку. На вершине ближнего дерева звонко зацокала белка, молнией скользнула по стволу и, взлетев по халату человека, пристроилась у него на ладони.

— Сегодня было сообщение от Шурахмета, Вартан? — спросил Хозяин, наблюдая за зверьком.

— Да, Хозяин, — почтительно склонил голову тот. — Короткое, без комментариев: «Объект куплен».

— Его объяснения?

— Не последовало.

— Я его не узнаю, — покачал головой Хозяин. — После потери группы он чересчур осторожничает. Все объяснения по поводу особой ситуации в Калчах меня не убедили. Связываться с непредсказуемыми субъектами, искать у них помощи — это неосмотрительно. Он что, уверен, что этот лакей не захочет после поимки нашего друга прибрать груз к своим липким от мытья жирных тарелок рукам?

— Утверждает, что смог купить адъютанта.

Хозяин поморщился:

— Глупости. На большую сумму всегда найдется еще большая.

— Он не уйдет от нас, Хозяин.

— Но может осложнить задачу. Его планы не изменились?

— Все по-прежнему. Источник сообщает, что в двухстах километрах к западу от Калчей оборудован пункт дозаправки вертолетов.

— Рассчитывает, что правительство России выполнит его идиотские требования, и он сможет уйти на материк? Жадный, глупый шакал. Его посадят на кол его же подчиненные при первом удобном случае. А потом уничтожат друг друга, и в итоге деньги вернутся законным владельцам. Не терплю любителей.

Белочка догрызла орехи и вопросительно посмотрела на Хозяина блестящими глазенками. Хозяин насыпал на ладонь еще немного лакомства.

— Хотя что ему оставалось делать после гибели группы? Только использовать подручные средства. Без объяснений, в темную. У адъютанта есть люди, пусть поручит им прочесать окрестности Калчей. Необходимый нам объект скрывается где-то неподалеку от части. В тайгу за грузом ему добираться не на чем. Значит, будет дожидаться, когда закончится поднятый мятежниками шум, чтобы на вертолете выйти на место. Есть какие-то особенности местности, которые различимы только с воздуха. Искать пешком в тайге через двадцать пять лет место, которое могло измениться до неузнаваемости — нелепо.

Дорожка свернула в сторону, и заросли туи остались позади. Белка чирикнула недовольно и серым комочком скатилась на землю. Из-за угла беседки появился берег украшенного цветущими лилиями пруда. В прозрачной глубине величаво двигались тени рыб. Вартан протянул Хозяину другой мешочек, и тот жестом сеятеля высыпал горсть семян в пруд. Вода закипела.

— Впервые в жизни я проявил мягкость, — сказал Хозяин, наблюдая, как выпрыгивают из воды плоские золотистые рыбы. — И еще раз убедился, что действовать надо только силой. Допустить объект на Камчатку и без промедления применить методы принуждения, а не ждать, когда он соизволит направиться к месту, где спрятан груз. Не успеем все сделать до того, как в часть нагрянут правительственные войска — и задача осложнится. Впервые я поступил неверно, а, Вартан?

— Вы поступили как всегда мудро, Хозяин, — с поклоном сказал телохранитель. — Мятеж в Калчах — слишком непредвиденное обстоятельство, сам Аллах не смог бы предугадать его.

Поверхность пруда вновь отразила нависшие над водой ветки ив. Рыбы ушли в сумрачную глубину.

Хозяин и не ожидал иного ответа. Сомневаться и возражать мог только он сам.

Они обогнули пруд и вошли в белоснежный овальный зал террариума. Мягко вспыхнули светильники, и за толстыми стеклами вдоль стен шевельнулись лианы, напоминающие изгибами разноцветные тела тех, кто с ними переплетался. Хозяин подошел к стеклу. Красавец сетчатый питон, пробуя окружающее пространство раздвоенным языком, медленно повернул узкую голову ему навстречу. Вартан открыл металлический ящик, стоящий в углу комнаты, и извлек из него клетку с сусликом. Звереныш, увидев змею, заметался по клетке и запищал.

Казавшийся сонным удав поймал жертву на лету и, упав на песок, уже сжимал полузадушенного суслика мускулистыми кольцами. Хозяин похлопал в ладоши. Они прошли вдоль стекол. Среднеазиатская кобра проводила их изумрудно-зелеными глазами, свесилась с ветки куфия. Угрожающе подняла хвост гремучая змея.

Они миновали террариум и вышли из зала с противоположной стороны. Из-за стены деревьев, среди которых исчезала дорожка, послышалось заливистое ржание — жеребец почувствовал приближение Хозяина и приветствовал его. Холеный, откормленный до шоколадного блеска, он казался выточенным из красного дерева. Мягкие ноздри раздулись, лаская теплым дыханием протянутую руку, и жеребец осторожно подобрал губами посыпанный крупной солью кусочек черного хлеба.

Прогулка закончилась. Хозяин потрепал вскинувшего голову жеребца по шее и пошел к коттеджу.

— Передай в Калчи, — сказал он резко, — пусть берут объект при первом удобном случае. И не церемонятся с ним.

В подвале по-прежнему с тихим шорохом распечатывали поступающие сообщения принтеры. Вартан подошел к старшему группы обработки информации:

— Что нового?

— Интересующий вас человек со скоростью около двухсот километров в час движется по направлению к Калчам. Вероятно, захватил вертолет.

— Почему к Калчам? — позволил себе удивиться Вартан.

Аналитик пожал плечами.

— В замкнутом пространстве кабины рация не может работать в непрерывном режиме — сядут аккумуляторы. Мы дистанционно включили ее на импульсный режим и можем отслеживать только маршрут. Но перед этим было выяснено, что объект вступил в огневой контакт с некоей группой, результатом чего и явился захват вертолета. И еще — он не один. С ним некий Дима.

— Тот самый якобы сын?

— Совершенно верно. Можно сделать вывод, что объект не открыл ему своей истинной цели поездки на Камчатку и вынужден был в целях конспирации согласиться на полет в Калчи.

Вартан удовлетворенно кивнул головой:

— Отлично. Передайте Шурахмету, чтобы после приземления вертолета их взяли. Посторонние меня не интересуют, а объект нужен живым. Все.

На сегодня дела были закончены. Вартан отдал последние указания охране, несколько раз объехал на машине вокруг высокого каменного забора, осматривая подступы к коттеджу, и по бетонному серпантину дороги стал приближаться к разгорающимся огням Мешхеда. Напряжение понемногу освобождало мышцы, легкая усталость туманила голову. Пятьдесят лет давали себя знать. Как ни тренируй тело, физиологические процессы не остановить. Тем более что двадцать пять из них отданы Хозяину, а это очень не просто — постоянно быть в напряжении, знать, что ты — собака, знающая и ценящая превыше всего команду «фас». Не принадлежать себе, не верить никому, не бояться ничего, не любить никого — и повиноваться до такой степени, что за четверть века почти забыть, каков же ты на самом деле. И иначе нельзя. Хозяин сразу увидит ложь, фальшь в глазах, голосе, даже мыслях. Как он сумел почувствовать ее в ответе Вартана — «кого ты больше любишь». Дьявол — вот кто он. И зря не верит Вартану. Любовь к дочке и любовь к Хозяину — разные вещи. Небо и море. Звезды и солнце. Как сравнить несравнимое, но одинаково прекрасное? Но все же, если Хозяин скажет: «Выбирай — я или твоя дочь», — сможет сделать выбор Вартан или нет?

Ему внезапно стало плохо, будто в мозг плеснули кипящим маслом. Усилием воли Вартан прогнал страшные мысли. Вот так и ломается хитроумная электроника, когда пытается выполнить два взаимоисключающих действия.

«Нет, — убежденно подумал Вартан, — Хозяин строг, но мудр, и делать что-то, что могло бы заставить поднять руку верного раба на своего повелителя, он бы не стал. Ему нужны такие люди как Вартан».

Дорога шла под гору, и Вартан выключил двигатель, упиваясь шелестом ветра в лобовое стекло. Поворот — и машина полетела к двухэтажному «не стыдному» дому. Слава Аллаху, он зарабатывает достаточно, чтобы обеспечить себе и дочке безбедную жизнь.

Вартан свернул к обочине, чтобы объехать стоящую на краю улицы машину, и, по привычке бросив цепкий взгляд в кузов кабриолета, ударил по тормозам. В следующую секунду он уже бежал к красному «шевроле», на заднем сиденье которого отбивалась от лапающего ее сытенького плешивого иранца молодая девчонка. Все было как на татами: хлопок в ладоши, удивленно поднятый подбородок толстяка, удар ладонью по горлу — чтобы не сломать гортань, а только лишить возможности сопротивляться — и следующий, уже в полную силу, по рукоятке ручного тормоза. Машина, постепенно разгоняясь, тронулась под уклон. Выхваченная из кабриолета девчонка бросилась на шею Вартана.

— Папка, ты меня спас! Эта свинья стала требовать, чтобы я заплатила за то, что он подвез меня из клуба. Фу, какой он противный! Как кусок сала!

— У тебя не было денег?

— Были, только ему не деньги были нужны.

— Где твоя машина? — строго спросил Вартан.

— Одолжила Фатиме. Она с другом решила прокатиться за город.

— Где ее машина?

— Сломалась. Ну папа, не сердись.

— Каждый твой необдуманный поступок забирает год моей жизни. Ты хочешь, чтобы я раньше времени покинул этот мир и оставил тебя одну?

— Ну папа…

— Неделю назад ты вернулась домой под утро — видите ли, ездили купаться в горном озере. Три дня назад ты привела едва знакомого парня в наш дом.

— Ну папа…

— А этот парень оказался наркоманом.

— Ну… папа, ты серьезно?

— Серьезнее некуда. И вообще, твои друзья… знаешь, ты могла бы выбрать себе компанию и поприличнее.

Дочка дернула плечиком.

— Они обычные ребята, не лучше и не хуже остальных.

— Не перечь отцу! — вскипел Вартан. — Марш домой!

Обиженно опустив глаза, дочка направилась в дом. Вартан загнал машину в гараж, включил сигнализацию и присел на скамью перед входом.

«Растет ребенок, — подумал он, наблюдая, как на кустах появляются мягкие световые пятна — дочь включила свет. — Свой мир, свои взгляды. Хорошо, слушается пока. Семнадцать лет — трудный возраст. А может, зря я ворчу на нее? О Аллах! Зачем ты ушла так рано от меня, любимая! Сумею ли я вырастить без тебя этот хрупкий стебелек?!»

Он вздохнул, нахмурил брови — пусть видит, что отец сердится — и пошел в дом.

На втором этаже звучала музыка. Вартан поднялся по ступеням и направился в комнату дочери.

Дверь перед ним распахнулась. Гульнара в длинном вечернем платье стояла у входа в комнату и держала поднос с бокалом на длинной ножке, бутылкой «Мартини» и горкой сладостей.

— Папуля, ты устал сегодня, да! — невинно сказала она. — Отдохни, папуленька, а я налью тебе бокал вина и расскажу интересную историю — как Шахерезада султану. Проходите, мой повелитель!

Вартан насупился еще больше, надул щеки, но не выдержал — выпустил улыбку из-под распушенных усов. Гульнара радостно засмеялась, бросила поднос со всем его содержимым на пол и кинулась Вартану на шею.

— Ты — лиса, — убежденно сказал Вартан, глядя в черносливовые глаза дочери. — Хитрая, пройдошная и коварная. Ты используешь своего отца как хочешь. Ты хоть понимаешь, что я живу только для тебя и все, что я делаю — тоже только для тебя. Я столько повидал в жизни, что останься я один — и мне не потащить весь этот груз. Ты помогаешь мне жить. Береги себя — хотя бы для своего отца.

— Я слабенькая, — вздохнула дочь. — Я ни одну твою гирю поднять не могу.

— Ты делаешь сильным меня, — сказал Вартан. — И этого достаточно для нас двоих. Ну все. Убери этот бешбармак с пола и — спать.

Засыпал он, как и просыпался, быстро, готовый, как пловец, увидевший приближающийся шквал, мгновенно выскочить на берег бодрствования.

Так было и сейчас — не успел телефонный аппарат допеть первую трель, а Вартан уже держал трубку в напрягшейся ладони.

— Вам необходимо приехать, — нейтрально произнесли в трубку.

Обратная дорога к коттеджу-крепости заняла еще меньше времени, чем дорога домой. Угрожающе кренясь на поворотах, машина летела сквозь ночь. Вартан торопился — Хозяин не любил ждать.

Бегом поднявшись к кабинету, Вартан осторожно постучал в дверь.

— Ты заставляешь себя ждать, — была первая фраза Хозяина.

Он стоял у темного окна, и его спокойный голос не мог обмануть телохранителя. За долгие годы Вартан хорошо изучил своего покровителя и чувствовал — тот взбешен.

— Они упустили его, — все таким же спокойным голосом сказал Хозяин. — Пытались взять — две попытки — и обе впустую. Затем объект обнаружил маяк и сам вышел на связь. Это был самый удобный момент, чтобы еще раз попытаться захватить его. А этот сын шакала, позабыв мой приказ, вступил в переговоры и был обведен вокруг пальца, как последний болван. Он договорился с объектом о встрече, наивно полагая, что тот преподнесет ему груз ценой в два с половиной миллиарда долларов на блюдечке. Это не глупость, этому объяснение одно — предательство. Ты знаешь, как я поступаю с предателями, Вартан?

— Да, Хозяин.

— Ты немедленно вылетишь на Камчатку. Все необходимое получишь сейчас же. Маршрут, документы, оружие выберешь сам. Ты опытный боец, не мне тебя учить. Ты убьешь отступника и найдешь груз. Ты сделаешь это?

— Да, Хозяин.

— Я верю тебе. А когда вернешься, получишь награду. Щедрую.

— Мне ничего не надо, Хозяин. Высшая награда для меня — отдать за вас свою ничтожную жизнь.

— Жизнь? — Хозяин резко обернулся, подошел к телохранителю, и Вартан увидел его безумное лицо. — Нет, мне твоя жизнь ни к чему. Награда будет иной. Жизнь твоей дочери, Вартан. Ты помнишь наш разговор о том, кого ты больше любишь — меня или ее? Вот и посмотрим.

Вартан задохнулся, словно на шею ему набросили волосяную удавку. Он открыл враз пересохшие губы и упал на колени:

— Именем Аллаха, Хозяин… Заклинаю вас… Все, что угодно, только…

Хозяин мрачно смотрел на раба сверху вниз. Скривил в мертвой гримасе рот.

— Она в надежном месте. С ней ничего не случится. Пока… Иди.

Спотыкаясь на ступенях, Вартан вышел во дворик и без сил прислонился к перилам. Звезды гасли в свете приближающегося утра. Вот и свершилось то, чего он боялся больше всего в жизни. Возможно, и жизнь его Гульнары так же вот погаснет в скором времени. Тогда — пулю в висок, чтобы не сойти с ума.

Вартан понемногу справился с головокружением и, восстанавливая над собой контроль, пошел в подвал готовиться к предстоящей поездке. Выбирая оружие и документы, он односложно изложил неразговорчивому исполнителю свои требования. Получив деньги и билет на самолет Тегеран — Токио, он быстро зашагал к выходу. Чувство беспомощности, охватившее его, постепенно уступало место злобе, злоба перерастала в непреодолимое желание мести всем и вся. Когда он тронул машину, жажда мести обрела конкретные очертания и стала холодной решимостью сделать все возможное, чтобы сломать стену, которую воздвиг поперек его жизни тот, которому он верил, которого боготворил и который теперь стал его злейшим врагом.

Проезжая мимо своего дома, Вартан по всем правилам проверился. Наблюдения за ним не было. Решили, что ни к чему — он и так в клетке. Что ж, меньше будет хлопот с ними. На всякий случай он все же поставил автомобиль подальше от дома и, скользнув в заросли роз, перелез через забор. Сигнализация была отключена. На что-то еще надеясь, Вартан вбежал на второй этаж и распахнул комнату Гульнары. Пусто. «Она в надежном месте…» Вартан до боли сжал зубы, но тут же подавил нахлынувшее отчаяние. Надо действовать. Он прошел в свою комнату, отодвинул в сторону стол и, вскрыв щит в паркете, извлек из-под него металлический ящик. Достал из него миниатюрный видеомагнитофон. Подключив аппарат к телевизору, Вартан перемотал ленту и включил аппарат на воспроизведение. Квадратор разделил засветивший экран на четыре ровные части — по числу установленных в доме видеокамер. Дорога перед домом. Гараж. Холл. Его комната. Видеодетектор засек на дороге приближающуюся к дому автомашину, и по его сигналу видеомагнитофон включился на запись. Так, в руках первого сканер — нащупывает код отключения сигнализации. Открывают дверь в дом. Они в холле.

В комнате Гульнары видеокамеры не было, поэтому, потеряв движущиеся объекты, видеодетектор выключил запись. И сразу следующие кадры — двое несут по холлу что-то завернутое в одеяло. Снова двор, машина отъезжают. Все.

Вартан отмотал ленту назад и, когда похитители вышли из машины, переключил увеличение на максимум. Номера, конечно, липовые. Но лица не спрячешь. Двое были ему неизвестны. А вот третий… Не зря он тренировал память. Рашид-шах — встретились полгода назад по общему делу. Волк серьезный. Держит склад оружия в предгорьях Копетдага. Конечно, Гульнару могли увезти и в другое место, но пока реально одно — наведаться в их логово.

Вартан выключил видеомагнитофон, сунул видеокассету в дорожную сумку и на минуту задумался. Потом обошел комнаты, собирая в дорогу то, что могло пригодиться в пути. Перед тем как навсегда покинуть жилище, по чужому — русскому — обычаю присел на краешек кресла. Нет, отступать он не будет. И дом покидать не жалко. Зачем ему дом, если не будет Гульнары?

Выезжая из Мешхеда, Вартан притормозил у заправки. Молодой парень проверил зажигание, давление в шинах и ткнул клювом в отверстие бензобака, искоса посмотрев на длинноволосого, светлоглазого клиента. Судя по внешнему виду — богатый иранец. Едет в гости. А может, путешествует. Вартан сунул ему в ладонь пару долларов и тронул автомобиль.

Отъехав, Вартан выбросил парик и контактные линзы в придорожную канаву и снова стал самим собой. Первая «путанка», пусть и не самая хитрая, была сделана. Его здесь не было.

Машина набрала скорость, держа курс на север.

Рашид-шах, чувствуя, как по телу сладкими волнами от горячей воды катится тепло, раскуривал кальян. Вторая жена была уже немолодой и не красивой, но мыть своему повелителю ноги она умела, как никакая из женщин. Нагревала воду, чтобы та была в меру горячей и ласковой, делала настои, после которых ступни долго горели, будто ноги были поставлены на живую горячую собаку.

После вкусного плова Рашид-шах вспоминал о хорошо выполненном приказании Хозяина, и от этого ему становилось еще приятнее. Все прошло быстро и легко. Сонная девчонка не успела даже пикнуть. А хороша! Газель! Чем это прогневал Хозяина Вартан? Впрочем, какая разница. Похоже, любимец выходит из числа таковых, если Аллах будет милостив к Рашид-шаху, то место рядом с повелителем займет он. От такого предположения Рашид-шах едва не замурлыкал и решил, что прекрасно проведенный день должен плавно перейти в такую же прекрасную ночь.

Вторая жена закончила обтирать мужу ноги, и Рашид-шах отложил мундштук.

— Иди. Пришли ко мне Азизу.

Жена, непрерывно кланяясь, скрылась за пологом. Рашид-шах прошел в угол комнаты и опустился на подушки. Огонь у камина освещал бордово-красные узорчатые ковры на стенах, приятно грея и возбуждая. Умелица Азиза доведет это чувство до совершенства. Она умеет.

Полог качнулся, и в комнату с поклоном вошла женщина в парандже.

— Сделай так, чтобы я поднялся в небеса, Азиза, — сказал Рашид-шах и закрыл глаза.

Фигура в парандже приблизилась к ложу. Женщина развязала пояс на халате Рашид-шаха, наклонилась над ним, и тот почувствовал, как у него перехватило дыхание. Но не от жарких губ любимицы, а оттого, что жесткий плетеный поясок туго затянулся у него на шее. Рашид-шах успел вскинуть руки к горлу, прохрипеть что-то полузадушенно, но, увидев темное усатое лицо над собой, задохнулся от ужаса…

Пенящаяся бурунами вода горной речки в свете звезд казалась белой. Подтащив неподвижное тело к каменистому берегу, Вартан макнул Рашид-шаха головой в ледяную воду.

Потом, не дожидаясь, когда тот окончательно придет в себя, залепил ему пощечину. Рашид-шах открыл бессмысленно блуждающие глаза. Вартан подсветил себе фонариком лицо. Сказал коротко:

— Узнаешь? Отвечать быстро.

Рашид-шах узнал. И вздрогнул, как от удара.

— Так. Хорошо. Где она?

— Кто? — спросил Рашид-шах и снова вздрогнул — теперь уже от удара кулаком.

— Моя дочь. Где?

Рашид-шах, медленно соображая, изменился в лице.

— Хозяин… приказал… — и, вытаращив глаза, с ужасом произнес: — Ты пришел против воли Хозяина? Ты мертвец, Вартан!

— Моя жизнь тебя не касается, шакал, — сказал Вартан, и в его руке появился белый, как вода в речке, кинжал. — Я спрашиваю тебя последний раз, а потом буду отрезать кусочки от твоего поганого тела. Ты знаешь — я это умею.

— Наверху, — прошептал Рашид-шах, закатывая в сторону гор белые от ужаса глаза. — В пещере с оружием. Ты против Хозяина?

— Охрана есть?

— Двое. Ты против…

— Назови имена.

Рашид-шах, заикаясь, пролепетал имена сообщников. Вартан вспомнил. Пешки. Если со времени его последней встречи с ними их ничему не научили, что вероятнее всего, то особых проблем не будет.

— Веди, — тряхнул он Рашид-шаха за ворот. — И молчи. У меня больше нет хозяина.

Руки Рашид-шаха пришлось развязать. Карабкаясь вдоль русла реки, Рашид-шах то и дело оглядывался на темную фигуру, неотступно следующую за ним, но попыток к бегству или сопротивлению не предпринимал. О способностях Вартана он знал хорошо.

Пещера открылась за поворотом горной тропы узкой черной щелью в скале. Прижав Рашид-шаха к скальной стене, Вартан прошептал ему на ухо, для убедительности прижав кинжал к ягодицам:

— Ты сделаешь все, как я сказал. Ведь ты же не хочешь, чтобы в подлунном мире стало два Рашид-шаха — из двух половинок, холодных, как этот камень.

Рашид-шах усиленно затряс головой в знак того, что все сделает как надо. Они осторожно приблизились ко входу в пещеру. Рашид-шах, отодвинув неприметный камень, сунул руку в углубление под ним, поковырялся там и сказал:

— Сигнализация. Я ее выключил.

Они вошли в пещеру. Вартан вплотную прижался к Рашид-шаху, чтобы в случае необходимости лишить того свободы маневра. В пещере было тихо, царила полнейшая темнота, и она казалась пустой. Они прошли с десяток метров, свернули в боковое ответвление, и впереди забрезжил матово-белый свет. Вартан приставил кинжал к горлу Рашид-шаха, а второй рукой извлек из-за пазухи и просунул ему под мышку длинноствольный пистолет с набалдашником-глушаком. Они прошли не более двух десятков шагов, и ход расширился. Впереди открывался большой, созданный в незапамятные времена горными духами, зал. Те, кто выбрал это место для своих тайных дел, срубили сосульки сталактитов, а колонны сталагмитов сделали из него лабиринт со множеством перегородок и ниш, заполненных стеллажами с ящиками. Из глубины пещеры слышалось неясное бормотание. Вартан с пленником прошел мимо ряда отсеков и увидел сидящего на корточках бородатого охранника в чалме. Полузакрыв глаза, тот меланхолично перебирал четки и нараспев бубнил молитву. Второй склонился над пластиковым столом со стоящей на нем радиостанцией. Они умерли быстро и безболезненно, почти одновременно, уткнувшись лицами в потертый ковер и бумаги на столе. Рашид-шах жил чуть дольше — до тех пор, пока Вартан не увидел в темном углу отсека кровать с пристегнутой к ней ремнями Гульнарой. Вартан послушал ее дыхание, приподнял веки, всмотрелся в расширенные зрачки. Потом отстегнул ремни и нашел на локтевом сгибе два красных пятнышка. Снотворное или наркотик — определять было некогда. Предстоял путь назад, и даже хорошо, что дочь не сможет невольно помешать ему. Вартан совсем не был уверен, что Рашид-шах и эти двое знали о всех ступенях электронной охраны склада. Вполне возможно, сейчас в долине кто-то получил сигнал о том, что в пещеру проник посторонний. Вартан быстро прошел мимо стеллажей, читая надписи на ящиках, вскрыл один из них — в нем находились миниатюрные остроклювые ракеты. Взял одну и привязал себе поперек груди. Потом взвалил расслабленное тело Гульнары на спину и ремнями, которыми она была пристегнута к кровати, укрепил ее руки и туловище так, чтобы иметь свободу действий.

Напоследок Вартан подошел к ящику с запалами для гранат.

— Кушай, дорогой, — ласково сказал он и сунул в щель между гранатами «шоколадку» в пестрой обертке.

Волнение его прошло. Теперь дочь была с ним, и никто не сможет сделать ей плохо.

Вартан прошел больше половины пути вдоль реки и уже было решил, что его домыслы о второй ступени сигнализации беспочвенны, как вдруг в мерный шум бьющейся между камней воды вплелся ритмичный тукающий звук. Бежать было бесполезно — с воздуха они будут обнаружены мгновенно. Вартан опустился на колени за большим, влажным от водяных брызг, камнем и отвязал с груди ракету. Через минуту из-за вершины скалы появилось темное пятно. Геликоптер, легкий как бабочка, шил русло реки поперечными стежками. При наличии на борту инфракрасного оборудования он наверняка мог служить прекрасным наводчиком для погони. Вартан замер с ракетой на плече, и когда геликоптер после очередного зигзага завис чуть в стороне от беглецов, нажал на пусковую скобу. Раздался хлопок, и тукающий звук исчез. Рассыпаясь в воздухе, геликоптер рухнул в реку.

Вартан не обманывал себя. Геликоптер — не настоящий боевой вертолет, таких ночных разведчиков у Хозяина могло быть несколько. Необходимо было немедленно уходить в долину. Хоть по воздуху, хоть по воде — но только не медленным пешим ходом. Вартан посмотрел на реку и еще раз подумал — хорошо, что Гульнара не очнулась. Он отстегнул ремни, прижал дочку лицом к себе и снова привязал ее как можно крепче. Потом подошел к воде, зажал Гульнаре ноздри и, поглубже вдохнув сырой воздух, стал вентилировать ее легкие.

С той стороны, откуда они шли, снова возникли посторонние звуки. Раздумывать о том, новый это разведчик или просто падение камня, не было времени. В последний раз вдохнув воздух в легкие Гульнары, Вартан зажал ей лицо ладонью и прыгнул в реку.

Их вертело и кувыркало как мяч. Несколько раз Вартана сильно ударило о камни, но боли он не почувствовал. Боль, шрамы и изнеможение будут потом, а сейчас он сам был похож на катящийся по порогам камень — крепкий, бесчувственный, немой. В те короткие секунды, когда бешеный поток выбрасывал их на поверхность, полузадохнувшийся Вартан, едва успев схватить холодными губами глоток воздуха, тут же прижимался ко рту Гульнары, выдыхая этот глоток вместе с частичкой своей жизни в легкие дочери.

Река широким плавным языком вынесла их в долину. Вартан, стараясь не потерять сознание, выполз на песчаный берег и едва не заплакал, услышав возле своего лица невнятный шепот:

— Пап, мне холодно.

Через четыре часа они подъезжали к иранской границе, где проходила известная Вартану горная тропа на ту сторону. Когда машина, мелькнув задними колесами, исчезла в пропасти, Гульнара, еще до конца не пришедшая в себя, спросила:

— Куда мы едем, папа?

Вартан подумал и ответил:

— Очень далеко, дочка. Туда, где он нас никогда не достанет.