Прочитайте онлайн Иметь королеву | Глава 3 ЭТОГО — ПЕРВЫМ!

Читать книгу Иметь королеву
3116+2994
  • Автор:

Глава 3

ЭТОГО — ПЕРВЫМ!

Наутро Владимир проснулся от стука в дверь. Колотили, видимо, уже долго, потому что после глухого «бух-бух-бух» кулаком сразу же раздались трескучие удары в дверь ботинком. Потом знакомый голос завопил:

— Брат, спать не время! Самолет через час, а до аэродрома путь неблизкий!

Всклокоченный Владимир, мотаясь из стороны в сторону, шарахнулся к двери. В приоткрытую щель просунулась бородатая физиономия Игоря.

— Прощения прошу, брат. Пора вставать, если вы не передумали лететь с нами.

Заверив, что через пятнадцать минут он будет готов, Владимир снова бухнулся в кровать. Он не выспался — сказывалась разница во времени.

«Семь часов разницы, — зачем-то подсчитывал он, — семь утра здесь, а в Чернявинске тогда… семь да минус семь… Ноль часов!!!» Это открытие — что бывает ноль часов — так поразило Владимира, что он снова испуганно вскочил и бросился приводить себя в порядок. От холодной воды, бритья, жгучего, бьющего по мозгам одеколона сонная одурь и неприятный звон в голове постепенно прошли.

Вулканологи стояли рядом с потрепанным «пазиком» и беседовали. Игорь что-то рассказывал высокому Андрею и девушкам, через слово вставляя «брат» и «сестра». Пятый вулканолог — молодой, с прищуром и цепким взглядом Леонид — копался в огромной сумке. Какой-то странной помеси — будто японца с индианкой — он единственный относился к Владимиру чуть настороженно. Еще в самолете Владимир ловил на себе его изучающий взгляд. Сначала это немного смущало, а потом Владимир мысленно сказал себе: «Я не доллар, чтоб всем нравиться», — и перестал обращать на Леху внимание.

— Долго спите, Володя, — с улыбкой сказала подруга Лины Татьяна. — Наверное, разница во времени сказывается?

— Да, вы правы, — отвел взгляд Владимир, — здесь семь, а у нас в Чернявинске — ноль.

— Вот и Линочка от недосыпа страдает, — вздохнула Татьяна. — Вроде и разница четыре часа, а как действует на организм.

Лина засмеялась, Игорь ухмыльнулся в бороду, и Владимир понял, что все про всех в этой компании знают и относятся к вещам подобного рода нормально. Большая семья — три мужа и две жены. Дружба и секс — хороший цемент для компаний, а любовь, которая предполагает собственность и право одного человека на другого, подходит для двоих.

Они побросали вещи в автобус, и через полчаса вихляний по сопкам выкатили к серому типовому зданию аэровокзала. Бледный от ночного бдения офицер и два солдата пограничника зашли в салон, попинали для проформы гору тюков и ящики с оборудованием и удалились. Автобус выехал на край взлетного поля, и Владимир, увидев, на чем придется лететь, громко расхохотался. Все разом поглядели на него.

— Вот они, плоды сексуальных излишеств, — сказал Игорь. — Лина, что ты сделала с человеком?

— В таком самолете я в семьдесят первом году летел в армию, — отсмеявшись, сказал Владимир. — Вот уж не думал, что еще раз придется.

— Что вы смеетесь? — обиделся за «ЛИ-2» подошедший летчик. — Машина в технически исправном состоянии. Выбрасывать ее, что ли?

— Да нет, — сказал Владимир, — просто думал, что их давно уже списали.

— В ней запчастей знаешь сколько? Еще на четыре таких хватит. «ЛИ-2» это как «ГАЗ-21», вечная.

— Все это замечательно, — задумчиво сказал Игорь, — но вопрос в том, почему «ЛИ-2»? Заплачено было, насколько я помню, за «АН»?

— А вы не со мной разбирайтесь, — махнул рукой летчик. — Мое дело маленькое — отвез, привез. Ну так полетели, или к начальству пойдете?

Игорь помолчал мгновение.

— Всякий может обидеть бедного вулканолога, — буркнул он сердито. — Грузимся.

Бывают в жизни странные мгновения, когда происходящие события не просто напоминают что-то знакомое, а кажутся прямым повторением пройденного. В такие моменты память дает сбой, кажется, что время движется не по спирали, а по кругу, в какой-то точке соприкасаясь с прошлым. Так случилось и сейчас. Взревели моторы — как тогда. Наклонился к иллюминатору Андрей — в точности как высокий призывник в такой же светлой куртке. Покачнулся и завалился на бок рюкзак, и Леонид быстрым движением вернул его на место. Все в точности как четверть века назад. Владимир украдкой потер лоб. Нет, годы не вернешь. Залысины на лбу подсказали, что ему не девятнадцать.

— Голова болит? — наклонилась к нему Лина.

— Нет, все в порядке. Вспомнил прошлое, оглянулся назад, удивился, как быстро проходит жизнь.

За гулом двигателей плохо разбирались слова, и Лина села к нему поближе.

— Смотрю на то, что не меняется, — сказал Владимир и показал в иллюминатор. Самолет, накренив крылья, огибал Авачинскую сопку.

— Эту красавицу ты знаешь. А вон та гора как называется?

Лина пожала плечами.

— Это Корякская сопка. Следом за ней по курсу будет вулкан Козельский, потом отроги Восточного хребта.

Самолет набрал высоту и лег на курс.

Андрей разлегся на полу, положив под голову рюкзак, и задремал. Леонид задумчиво смотрел на висящие под крыльями облака. Игорь вынул из кармана библию и углубился в чтение.

— Он когда-то хотел быть священником, — сказала Лина. — А потом во время автомобильной аварии погибла его дочь. И он счел, что не может принять сан с кровью на руках.

Она перехватила недоуменный взгляд Владимира.

— Он был за рулем машины, в которой они ехали. А как вон та речка называется?

Самолет усердно молотил винтами воздух. Бежало время. Менялся ландшафт внизу, и Владимир рассказывал Лине о горах, реках, ледниках, проплывающих под ними. Местность была незнакома ему — во время поисковых работ в армии они летали в другой район, но лежка на полу в обнимку с картой пошла на пользу. В любой отрезок пути он мог, не задумываясь, сказать, где они пролетают и что будет дальше по курсу.

— Скоро будем на месте, — сказал Владимир Лине, когда внизу появились горы хребта Тумрок. — Через полчаса максимум.

— Смотри, кажется, встречают.

Лина ткнула пальцем в иллюминатор. Из-за развороченной взрывом в незапамятные времена громады вулкана навстречу «ЛИ-2» параллельным курсом стремительно приближалась маленькая блестящая черточка. Через пару минут самолеты встретились на мгновение и тотчас разошлись. Владимир успел заметить скошенные крылья и красную звезду на хвостовом оперении.

— Истребитель. На Питер пошел.

— На Питер, говоришь? Что-то не похоже, — процедил сквозь зубы Леонид и прижался щекой к иллюминатору.

Владимир посмотрел в ту же сторону. Белоснежный инверсионный след по широкой дуге уходил вверх и приближался к ним.

Дверь в кабину пилотов открылась и к ним вышел встревоженный летчик.

— Велят возвращаться, — закричал он, показывая в иллюминатор, — говорят, что в Калчи нельзя, аэропорт закрыт!

— Но почему? — возмущенно развел руки Игорь. — Что случилось? Погода прекрасная. И при чем тут истребитель? Вы сами-то аэропорт запрашивали? Мы столько средств ухлопали на эту экспедицию — и на тебе!

Летчик ушел в кабину. Короткий мощный рев на мгновение даванул по барабанным перепонкам. «ЛИ-2» основательно тряхнуло — истребитель промчался совсем рядом.

Летчик выскочил из кабины — с круглыми глазами и открытым ртом.

— Аэропорт в Калчах не отвечает. Я послушал их переговоры с истребителем. Они приказывают в случае неподчинения сбить нас.

— Что?!

Все вскочили, будто по дюралевым лавочкам прошел ток. Игорь шагнул вперед и, взяв летчика за лацканы кителя, упер в перегородку.

— Это не шутка идиота? — спросил он не очень громко, но таким голосом, что услышали все.

— Да какая там шутка! — задавленно закричал летчик. — Говорю же, сбить нас хотят. Так прямо открытым текстом и лупят.

— Сережа, — раздался из кабины встревоженный голос второго пилота, — этот хмырь на боевой заходит!

— Разворачивай самолет, летим в Питер, — скомандовал Игорь. — Быстро, не спи!

— Горючего мало. На полпути, не больше. А там горы кругом. Разобьемся.

— Сажай здесь.

— Где «здесь», твою мать! — задергался летчик. — На деревья, что ли?!

— Быстро к штурвалу, — рявкнул Игорь. — Снижай самолет до бреющего.

Звук от двигателей «ЛИ-2» перешел на более низкие ноты. Сердце у Владимира подкатило к горлу. Самолет проваливался к расстилающейся под ним тайге.

Они сели на пол вдоль фюзеляжа. Лавочки опустили и защелкнули крючками — чтобы не пораниться при ударе. Рюкзаки и тюки Андрей побросал перед ними — вдоль поперечной перегородки, отделяющей самолет от летчиков. Владимир прижал к себе Лину.

— Чертовщина какая-то! — сказал он. — Что такое могло произойти в Калчах? Сбить пассажирский самолет потому, что он не может изменить курс? Неужели они пойдут на это?

— Сбили южнокорейский «боинг», собьют и нас. Ноги держи полусогнутыми, вот так. Руки прижми к бокам. Сгруппируйся. С парашютом прыгал когда-нибудь?

— Нет. А тебе что, приходилось?

— Давно, — сказала, помолчав, Лина.

Самолет шел на бреющем полете. Внизу, в нескольких сотнях метров, мелькали ручьи, невысокие холмы, стайки каменных берез. Игорь подошел к Леониду и что-то сказал ему. Тот кивнул головой, покинул свое место и сел у Владимира за спиной. «Бух-бух-бух», — раздалось снаружи, и самолет трижды в такт звукам дернулся. По правому крылу будто кто-то постучал гигантским кулаком.

«Совсем как Игорь ко мне в номер», — мелькнула у Владимира дурацкая мысль.

Оконечность правого крыла превратилась в лохмотья. Вспыхнул на мгновение и тотчас погас сорванный набегающим потоком воздуха оранжевый огненный цветок. Самолет накренился. Из кабины летчиков раздались крики. Игорь махнул остальным рукой — сидите! — и исчез в кабине.

До отказа выпустив закрылки на правом крыле, пилоты старались удержать «ЛИ-2» на курсе. Похоже, на самом деле этот видавший виды самолет был чем-то вроде воздушного «ГАЗ-21». Неуверенно плавая, как опавший лист, он тем не менее не сваливался в штопор.

Деревья замелькали совсем близко. Это было очень похоже на полет на вертолете во время поисковых работ, когда «МИ-4» несется в двадцати метрах над землей, распугивая треском винтов попадающихся на его пути медведей.

В иллюминатор было видно, как впереди замаячило пятно безлесой равнины. Самолет опустился почти до верхушек деревьев, и тут в хвостовом оперении раздался взрыв, перешедший в треск.

Самолет резко клюнул носом и нырнул вниз. Что-то тяжелое ударило Владимира по затылку, и яркие солнечные лучи, бьющие в иллюминатор, вдруг потемнели. Он успел подумать: «Так вот какой он — черный свет», — и упал на бок…

Владимир открыл глаза. Было очень тихо и щекотно — что-то ползло у него по щеке. Кучевое, плотно слепленное облако проплывало по полуденному небу. Владимир дотронулся до щеки ватной, будто чужой ладонью и, тупо посмотрев на светло-зеленую гусеницу, выронил ее за воротник расстегнутой рубашки.

От движения сразу заныло в голове. Боль распространялась от затылка, и он вспомнил, как что-то тяжелое, наверное, ящик с оборудованием, ударило его перед самым падением самолета.

Над ним склонилось знакомое лицо.

— Ожил? — сказала Лина. — Хорошо. Чувствуешь себя как?

— Нормально. Голова только побаливает. Слабость…

— Сейчас я тебя приободрю.

Лина достала из кармашка шприц, всадила тонкую иглу прямо сквозь одежду Владимиру в бедро. Он почувствовал, как жаркая волна поднимается по телу. Головная боль прошла. Он оттолкнулся локтем от земли и сел.

Метрах в ста от них догорал «ЛИ-2». Искореженный самолет с задранным хвостом напомнил Владимиру фильмы о Великой Отечественной. Воздушные бои, черные полосы дыма от горящих «мессеров» и «хейнкелей», остатки вражеской техники.

Немного в стороне вулканологи складывали в кучу разбросанные вьюки и ящики. Их число заметно поуменьшилось. К ним подошел Игорь.

— Ну как, все нормально?

— В порядке. Как остальные?

— Из наших все живы. Легкие ушибы и все такое. Вот только летчики…

— Что?

— Оба погибли. Во время удара о землю. Я едва успел выскочить из кабины. Часть оборудования сгорела. Ну да черт с ним. Не до того сейчас.

— Что делать будем? — спросил Владимир.

— Соберемся в кучку, подумаем. Сначала надо определиться, где мы находимся.

— Моя сумка цела?! — вскинулся Владимир. — У меня там карта есть.

— Целехонька. Вон она.

К ним подошли остальные.

— Ну и рожа у тебя, Шарапов, — через силу засмеялся Владимир, увидев физиономию Андрея.

— Что? — удивился Андрей. — Какой Шарапов?

— Ты что, фильм не смотрел? — удивился в свою очередь Владимир. — Вся страна эту прихватушку знает.

— А он тоже головой ударился, — сказал Игорь, — вот память и отшибло.

Они сели на пригорке, оперившемся молодой травкой, и немного помолчали.

— Ну, какие будут предложения? — спросил Игорь. — Только попрошу опираться на реалии. А они таковы: связи нет, продуктов самый минимум, куда идти — неизвестно. Есть оружие — пара ижевок, патроны. И все, слава Богу, живы и без травм. Только без фантазий и коротко.

Владимир смотрел на черную с проседью бороду Игоря и удивлялся тому, как изменился «священник». Где это мягко-любовное «брат» и теплый взгляд карих глаз? Игорь не спрашивал, не отвечал — он отдавал команды и принимал решения.

— Можно вернуться, — нерешительно предложил Андрей. — Оборудование, естественно, придется бросить. Возьмем только оружие, боеприпасы и продукты.

— Ты хоть представляешь, что это такое — пройти триста километров по тайге, сопкам и болотам? И попутно перевалить через Восточный хребет?

— Ну… не знаю.

— Мне кажется, надо остаться здесь, — решительно сказала Татьяна, — и ждать. За нами должны прилететь. Ведь не иголка в стоге сена — самолет пропал.

— Сколько ждать? Неделю? Месяц?

— Я думаю, недолго. Через день-два нас начнут искать.

— Из Питера? Для них мы улетели — и сели. Мы уже в Калчах, понимаешь? Этот идиот летун… прошу прощения, о мертвых или хорошо, или… В общем, он ничего не сообщил в Питер о сложившейся ситуации. Да и не до этого было.

— Тогда нас начнут искать из Калчей, — подал голос Леонид.

— Кому мы там нужны? Для них мы уже мертвецы. Ведь приказ сбить «ЛИ-2» был оттуда.

— А вы что думаете, Володя? — Игорь повернулся к нему.

— Я думаю, у нас один путь — в Калчи. Там не только военная часть, где, похоже, командир, отдающий приказ сбить пассажирский самолет, сошел с ума. Калчи — большой поселок. Нам нужны продовольствие, информация. Все это только там.

— Приятно слышать разумные слова, — сказал Игорь. — Признаться, я и сам склоняюсь к такому варианту. Но нужно знать, куда и сколько нам идти?

— У меня есть карта. Я сейчас.

Владимир, покачиваясь, пошел к груде тюков. Взял свою сумку, которая стояла с краю, и вытащил пакет с картой. В темной глубине сумки сверкнул футляр с авторучкой. Владимир подумал секунду и сунул его в карман. Потом осмотрел металлоискатель. Похоже, прибор не пострадал, по крайней мере, внешний осмотр не выявил повреждений. «Пригодится ли он мне?» — впервые с сомнением подумал Владимир. Тщательно продуманная операция срывалась по странным, непонятным причинам.

Он развернул карту, и все наклонились над ней.

— Мы находимся вот здесь, — показал Владимир точку на карте, — это Шивелуч. Вон он — за спиной. Слева хребет Кумроч, напротив скальный массив высотой в полторы тысячи метров. До Калчей тридцать километров. Это если по прямой, через сопки, тайгу и скалы. Но лучше, я считаю, взять левее, вот сюда. Тогда мы выйдем через два дня к реке Камчатка. Калчи — на другом ее берегу. Вот такое мое предложение.

Игорь оглядел вулканологов.

— Кто еще хочет сказать?

— По-моему, разумно, — сказал Леонид. — В любом случае надо идти до обжитых мест. Нечего тут ждать у моря погоды.

— Ну что, брат, — обратился Игорь к Владимиру, — вверяем свои судьбы в твои руки. Веди.

— Надо бы летчиков похоронить сначала, — сказал Владимир.

— Летчиков? К сожалению, от них мало что осталось, брат. Они сгорели вместе с самолетом. Вытащить их тела не было никакой возможности.

Игорь снова стал «священником» с добрым взглядом и мягким голосом.

Владимиру стало неприятно. Барахло свое, значит, успели вытащить, а тех, кто спас их от гибели, забыли.

Они стали разбирать тюки. Всю поклажу им, конечно, было не унести. Взяли по легкому рюкзачку с самым необходимым, продукты, двустволки. Остальное сложили в кучу, накрыли брезентовым пологом и края его прибили к земле сломанными на части алюминиевыми стойками от какого-то прибора.

— От медведей не спасет, — сказал Владимир. — Эти твари любопытные. Обязательно внутрь залезут.

— Здесь что, медведи водятся? — испуганно округлила глаза Татьяна.

— Да уж побольше, чем людей.

Из разломанного ящика они соорудили костер и молча пообедали разогретыми консервами. Настроение у них было не то чтобы подавленное, а скорее настороженное — как у разведчика, крадущегося ночью во вражеском лагере.

— Ну что, вперед, брат, — сказал Игорь, затоптав костер, — в путь-дорогу.

— Сейчас, — сказал Владимир, — сориентируюсь.

Он забрался на верхушку холма, который метров на двадцать возвышался над окружающей равниной, и огляделся.

Равнина была не такой уж и большой. С северо-востока ее отгораживала от Шивелуча гряда невысоких сопок, поросших редким лесом, на юго-западе местность понижалась и уходила к горизонту, где белел в дымке Срединный хребет, чьи отроги забирались далеко к югу. В том направлении, куда им надо было двигаться, ничего примечательного — сопки, каменные березы и цветущие кусты жимолости.

Вулканологи вытянулись в цепочку и двинулись навстречу неизвестности.

Камчатская тайга не похожа на сибирскую. Если где-нибудь в районе Красноярска запросто можно заблудиться, зайдя на километр-другой в лес, а вид столетних кедров и иссиня-черных гигантских елей наводит на мысль о собственном ничтожестве, то камчатская тайга более низкоросла и плешива. Здесь нет высоченных деревьев, и если на юге полуострова встречаются смешанные леса, то в средней части преобладают березы, а северная Камчатка и вовсе безлеса — вечная мерзлота съедает корни. Но трижды неправ будет тот, кто подумает, что по камчатской тайге легче идти, чем по сибирской. Завязанные узлами каменные березы и кедровый стланник переплетаются с кустарником, и продраться сквозь такие заросли — задача не из легких.

И все же шли они слаженно и быстро. Наверное, потому, что не было среди них ни больных, ни раненых — синяки да ссадины не в счет, — а Татьяна с Линой по части физической подготовки могли дать сто очков форы любому городскому хлюпику. За два часа пути им дважды встречались медведи. Один раз из рощи, похожей издалека на шкуру барана, покрашенную в зеленый цвет, выломился пестрый линялый двухлеток, пробежал сдуру к людям метров двадцать и вдруг резко, словно уперся лобастой головой в стенку, остановился. Леонид сдернул с плеча ружье, но Владимир остановил его:

— Не надо, он не подойдет.

Медведь привстал на задние лапы, пошевелил губами, покрутил носом — видно было, что умирает от любопытства. Владимир бросил в его сторону сломанную ветку, и медведь нехотя поплелся прочь, тряся облезлыми шерстяными боками. Во второй раз дорогу им пересекла медвежья семья — две взрослых особи и медвежонок. Не обращая внимания на людей, они вломились в заросли кедрача и исчезли из виду. К середине второго дня путь группе преградила двуглавая гора. Это была даже не сопка, а перевал. Камень громоздился на камне, зацепившись друг за друга самым немыслимым образом. Казалось — тронь глыбу пальцем, и вся головоломка из гранита тут же развалится.

Последние несколько десятков метров они карабкались полчаса. А когда достигли седловины, Владимир просипел — на радостный крик не хватило воздуха:

— Вот она… дорога!

Серая неброская ленточка укатанной земли, изогнувшись у подножия, уходила в тайгу. Лина со стоном выдохнула:

— Как же приятно наконец-то увидеть хоть что-то сделанное человеческими руками. То есть ногами.

— А за поворотом должна быть река Камчатка, — сказал Владимир.

— Искупаемся, — мечтательно произнесла Татьяна.

Владимир улыбнулся:

— В ней температура воды выше плюс восьми не поднимается. Она же по вечной мерзлоте течет. Слышал, находились смельчаки, залезали и в такую воду, только не все назад выплывали.

Они быстро спустились вниз. Непривычно было ощутить подошвами кроссовок не пружинистую листву, а твердую поверхность настоящей дороги.

— Везет! — сожмурился от солнечных лучей Андрей. — Живы, здоровы, как в сказке.

— Не к добру, — сказал Леонид. — Сколько себя помню — вся жизнь как у зебры.

— Есть такое, — согласился Игорь. — Знаешь шуточку — везет как утопленнику?

— Ладно вам каркать, — нахмурилась Лина. — До темноты еще далеко, надо пройти максимум возможного.

— Тихо! — сказал вдруг Игорь. — Слышите?

Глухой булькающий звук донесся с той стороны дороги, куда они собрались идти.

— Катер.

— Вертолет, — сказали одновременно Игорь и Владимир.

— Какая разница, — настороженно сказала Лина. — Ни то ни другое нам ни к чему.

— Здравствуйте, — удивился Владимир. — Это почему же?

— Самолет, вертолет — не люблю летающих насекомых. Кусаются. Больно.

— Но ведь не думаешь ты, что и тут какой-то подвох. Перестань, у тебя уже вырабатывается комплекс.

В небе над тайгой со стороны Калчей появилась маленькая точка.

— Точно, вертолет. Не надо бы нам светиться.

— Курильщики, вы что? — изумился Владимир. — Тащились двое суток через тайгу к людям — и их же боимся.

Он вышел на середину дороги и замахал над головой рюкзаком.

«МИ-8», со свистом рассекая воздух винтами, пронесся над ними.

— Не заметил, — с облегчением сказал Игорь. — Ты, брат, слушайся большинства. Ребята дело говорят.

Впервые он поставил особняком Владимира и остальных. В его голосе Владимиру послышалось… нет, не угроза, а предостережение.

— Ну ладно, — пожал плечами Владимир. — Подчиняюсь.

Свистящий звук турбин «МИ-8» висел над тайгой. Казалось, металлическая стрекоза, раздумывая, улетать или остаться, затаилась где-то неподалеку. Прошла минута-другая, и вертолет снова появился над вулканологами. На этот раз он летел гораздо медленнее, словно разглядывая стоящих на дороге людей. Потом решительно приподнял сверкающий круг хвостового винта и, набирая скорость, умчался в сторону, откуда появился.

— Заметил, похоже, — определил Игорь. — Какие будут предложения?

— Предложение одно, — хмуро сказал Владимир, которому все меньше нравились эти игры, — я пошел, а вы за мной. Не надо играть в шпионов.

Он решительно набросил рюкзак на плечо и зашагал, поднимая облачка пыли, к реке. Игорь сделал знак, и вулканологи двинулись следом.

«Запуганные какие-то, — думал Владимир. — Неприятно, конечно, когда в тебя бьют из автоматической пушки, но чтобы каждого куста бояться!..»

— Не сердись, брат. — Его догнал Игорь. — Мы люди штатские, не привыкшие к военным действиям. Впервые на Камчатке, летели, извини за каламбур, как на крыльях, хотели увидеть мечту вулканологов — Калчевскую, а тут…

Игорь оборвал фразу и схватил Владимира за рукав. Из-за поворота метрах в трехстах от них выворачивала группа людей в зеленой армейской форме. Они шли быстрым походным шагом, и клубящаяся пыль по обеим сторонам колонны напоминала движение паровоза.

Вулканологов заметили. Колонна чуть замедлила движение, потом, видимо, по команде, разом рассыпалась. Срывая с плеч автоматы, зеленые фигурки устремились навстречу «курильщикам».

— Уходим, — скомандовал Игорь. — Этого — первым.

Владимир не сразу понял, кого он подразумевает под «этим». Только ощутив болезненный толчок в спину каким-то предметом и услышав: «Не понял? Вперед, быстро!» — догадался, что «этот» — он сам.

Владимир оглянулся, собираясь возмутиться, но все возражения застряли у него в горле. На него бешеными глазами смотрела Лина, а предметом, секунду назад приложившимся ему между лопаток, был короткоствольный автомат.