Прочитайте онлайн Инстинкт бойца | Глава 18 Нестандартная ситуация

Читать книгу Инстинкт бойца
3916+2891
  • Автор:

Глава 18

Нестандартная ситуация

55

Москва, 19 декабря, 16.40

Судьба Николая Постнова сделала резкий поворот. После короткого разговора с шефом он принял решение о срочном переходе на новую работу. Недавно ему предложили место юрисконсульта в крупной коммерческой фирме. Были и другие предложения от знакомых, на которые раньше Николай Григорьевич отвечал не просто отказом, а лениво-пренебрежительным несогласием - так велела протокольная форма сложившегося имиджа. Теперь пришлось позвонить самому и получить подтверждение, что место по-прежнему свободно. Да, он покидал аппарат Совбеза, но все его связи оставались при нем.

Николай Григорьевич уходил не по российским стандартам, а по канонам зарубежных фирм, укладывая вещи в картонную коробку, так, будто его снимали на камеру. Лицо его было соответствующим - лицом усталого человека, сделавшего все, что только возможно.

Постное вышел в пустующую приемную, водрузил коробку на стол секретарши, которую отпустил по такому случаю, закрыл дверь кабинета. Пройдя коридором, вышел на улицу и уложил вещи в багажник "Пежо". Машина его была серебристого цвета, и Постнов называл ее на манер гоночных "Мерседесов" - "Серебряной стрелой".

"Серебряная стрела" тронулась с места. За ней последовала неприметная "Ауди-100". В машине Постнова из динамиков магнитолы лился загадочный голос Брайана Ферри, исполнявший хит "Девушка моего лучшего друга". В салоне "Ауди" было тихо. Водитель и пассажир на переднем сиденье хранили молчанье.

Водитель, 28-летний капитан ГРУ Сергей Агронский, "вел" "Пежо" аккуратно, пропустив вперед две легковые машины. Пассажир, капитан Дмитрий Степнов, ровесник Агронского, держал на коленях "вальтер ПП" с мощными 9-миллиметровыми патронами "ультра", прикрыв его полой кашемирового пальто. Оба ждали подходящего случая, который им и представился через несколько перекрестков.

"Серебряная стрела" вынуждена была остановиться на красный свет. В своем ряду машин, ожидающих зеленого огня светофора, она была первой. К этому моменту Агронский мастерски перестроился в левый ряд и остановил "Ауди" рядом с "Пежо".

Иномарки стояли бок о бок. Приятели в "Ауди" смотрели только вперед, мысленно отсчитывая, когда произойдет переключение светофора. Когда, по мнению Степнова, осталось четыре-пять секунд, он нажал клавишу, опуская стекло со своей стороны, и взвел курок пистолета.

- Посигналь ему, - попросил он напарника, продолжая смотреть перед собой.

Сергей Агронский нажал на клаксон и включил передачу, удерживая машину на выжатом сцеплении.

Они разом повернулись друг к другу - специальный агент ГРУ и его жертва. Взгляды их пересеклись лишь на мгновение. Степнов произвел четыре быстрых и точных выстрела, и "Ауди" рванулся вперед, оставляя позади себя труп в серебристом "Пежо".

Специальные агенты Игоря Ленца работали быстро, хладнокровно и без "излишеств".

***

В это время в центральном здании ГРУ майор Валерий Батуев сопровождал в свой кабинет молодого человека с невыразительным рябоватым лицом. Усадив Столярова за стол, Батуев дал ему ручку и чистый лист бумаги.

- Пиши заявление о переводе на другое место службы по семейным обстоятельствам. Знаешь Тоцкие лагеря в Оренбургской области? - спросил капитан.

Столяров машинально кивнул: "Знаю".

- Будешь работать там по своей специальности, медиком.

На глаза Андрея навернулись слезы. Он каждую минуту, каждую секунду ожидал появления в камере человека, который должен был прервать его жизнь. Он думал, что, наверное, поседел за эти долгие, бесконечные часы. И вот ему на голову обрушилась такая милость, о которой он даже не смел думать. Он посылал тысячи благодарностей Ленцу, Терентьеву и, конечно же, - Сергею Марковцеву.

Никакой Антарктиды, никаких пингвинов, а "теплый и ласковый" Тоцк, милый сердцу край дисбатов.

Столяров нашел в себе силы, чтобы остановить дрожь в руке и - поставил число, подписался.

- Полегчало? - улыбнулся Батуев.

Андрей покачал головой: не то слово.

- Пока оформляют бумаги, забирай из камеры свою верхнюю одежду. Счастливо тебе, капитан. И удачи на новом месте. Тебя проводят.

Улыбающийся Столяров прошел длинным коридором, спустился по лестнице, постоянно слыша за собой шаги провожатого, вошел в свою камеру, взял в руки куртку, шапку и повернулся. Провожающий выстрелил ему в переносицу, и счастливое лицо Андрея, не успевшего испугаться, залила кровь. Лишь глаза на короткий миг сумели передать в мозг неописуемый ужас неотвратимости.

Так в ГРУ наказывали проштрафившихся агентов.

56

Игорь Александрович Ленц не курил, но отчего-то питал страсть к запаху хорошего табака. Ему нравился запах настоящего "Золотого руна" и несходной с ним "сталинской" "Герцеговины Флор". Он вынимал из коробки сигарету и, вдыхая, проводил ею вдоль носа. Близким к этому аромату был одеколон "Скротч", которому последнее время отдавал предпочтение руководитель разведывательного управления. Запах стойкий, наполовину терпкий, наполовину сладковатый, что в целом составляло неплохой букет.

Вот и сейчас Ленц, положив локти на стол, вдыхал аромат сигареты.

- Разрешите, Игорь Александрович?

- А, Савченко. Заходи. Что у тебя?

Майор приблизился к столу шефа и раскрыл папку.

- Как и предполагалось, "Як-40", бортовой номер 66210, по распоряжению директора аэропорта в экстренном порядке был поставлен в план для выполнения рейса Москва - Баку. Самолет принадлежит Вахе Бараеву. Вместе с Бараевым на борт поднялся генерал-майор Зубахин. Самолет на пути к месту назначения.

- Оперативно работает Бараев, - покивал Спрут. - Все у тебя, Савченко?

- Никак нет, товарищ генерал. На частоте 843,3 радиоэлектронной разведкой было перехвачено сообщение: "Один-двенадцатый" - Главному. Решение приняли. К означенному времени прибавьте три часа". А выходили мы с разведчиками на односторонний контакт. Но рации у них мощные, и их сигнал прошел.

- Три часа? - удивился Ленц.

- Да, Игорь Александрович. Во время нашей беседы Марковцев детально остановился на плане операции. Означенное время - это 9.00. Операция должна была начаться в шесть.

- А теперь выходит... - Спрут вопросительно приподнял голову.

- Если брать в расчет только цифры, то нападение на базу террористов планируется на девять часов утра - будет уже светло. Соответственно подобрать диверсантов мы должны в районе 12.00.

- В девять утра?! - Ленц не верил собственным ушам. - Этого не может быть, Савченко! Какой дурак нападает в светлое время суток? И как они собираются это сделать командой в тринадцать человек?

- Не могу знать, товарищ генерал. Мы попытались получить подтверждение, но на наш запрос разведчики не ответили. Они не так близко к объекту, но, видимо, рации выключили заблаговременно.

- План местности мне, Савченко, и побыстрее. - Ленц вызвал по селектору адъютанта. - Из оперативного отдела вызови полковника Каховского. Кто еще у нас спец по боевому планированию?.. А, полковник Елисеев. Его тоже ко мне.

Что, черт возьми, происходит, думал Ленц. Ошибки в цифрах он исключал, поскольку подтверждение лейтенанта Скумбатова само по себе отметало какие бы то ни было погрешности. Ночь - это самое время для диверсионных актов. Шесть утра в декабрьские, самые короткие дни года - оптимальный вариант для нападения, когда организм спит и всеми силами старается продлить свой сон. Ленц спокойно бы отнесся к решению диверсантов начать акцию на три часа раньше, но позже...

"Что они задумали, ети их мать? - ругался генерал. - Попасть на поминальную страницу Книги рекордов Гиннесса? А может, они строят свои планы на том, что большая часть наемников выдвинется им навстречу, чтобы взять в кольцо? Однако на базе дураков нет, за исключением наркоманов-смертников. Минимум останется треть - а это сотня боевиков. Они не дадут приблизиться к объекту с какой бы то ни было стороны. И если все же диверсанты совершат, что задумали..."

Многоточие никак не хотело называться подвигом, поскольку это слово казалось сейчас неприменимым к расчету Скумбатова. Вот после... Однако в этом месте все и соединялось, образуя кольцо.

Ленц еще раз прочел радиограмму, перехваченную радиоэлектронной разведкой:

"Решение приняли. К означенному времени прибавьте три часа".

И пришел к выводу, что не разберется в этом вопросе без человека, которого ни разу не видел и не хотел видеть.

Через две минуты в кабинете генерала снова вырос майор Савченко, толковый малый, специалист по особым поручениям.

- Привези ко мне этого фээсбэшника, начальника профильного отдела. Единов, кажется. Желательно без погрома, тихо.

Майор и бровью не повел.

- Это все? Разрешите идти?

- Как ты мне надоел, Савченко!

***

Владимир Николаевич Эйдинов перебирал в уме небогатый набор вариантов, пытаясь решить задачу: как и каким образом предупредить разведчиков? Даже вспомнил конструктора Петровского и его ассистента Любу. Серову Любовь Владимировну, кажется. Черт их знает, бормотал Эйдинов, может быть, через "Пчелу" можно установить связь с диверсантами?

На некоторое время полковник отвлекся от основных мыслей, сконцентрировавшись на ПБРП "Пчела", которая стала то ли виновницей, то ли зачинщицей всех этих событий.

В голове всплыл разговор с покойным капитаном Макеевым, который упомянул, что радиочастота, на которой выходил в эфир расчет старшего лейтенант Заплетина, - это секрет, "но не для Петровского".

"Где должна проходить окончательная отладка "Пчелы"? - вспоминал начальник профильного отдела, в очередной раз выступая в роли вещуна. Кажется, на территории главного радиоцентра ГРУ".

Полковник хотел было задержаться на этой смелой мысли, от которой его бросило в озноб, но тут дверь в кабинет отворилась, пропуская двух молодцов со скупыми улыбками на губах, одетых в пуховики и безукоризненно отутюженные, на зависть полковнику, брюки.

- Как вы сюда попали? - удивился Эйдинов отсутствию законного звонка от дежурного на входе.

Конспективность на лицах гостей претерпела некоторую эволюцию: взгляды потеплели, улыбки показали ровные красивые зубы. И только. Наверное, как и у Петровского, у этих людей были свои секреты.

57

Ленц едва ли не с брезгливой миной на лице оглядел рыхлую фигуру остановившегося у порога полковника Эйдинова, одетого в костюм, светлую сорочку в полоску и полосатый галстук. С тем же выражением генерал отметил его вытянутые на коленях брюки и завернувшийся манжет на правой штанине.

Судя по докладу, начальник профильного отдела спокойно принял предложение посетить Аквариум, никуда не пытался звонить, лишь прихватил со стола кейс да набросил на плечи пальто. А по дороге с невеселой ухмылкой обронил лишь одну фразу: "Не мешало бы прикупить сухого корма".

- Я представлял вас другим, - палец Спрута указал на стул. - Садитесь. По вашей воле, - продолжил Ленц, - я занялся не своим делом: отчитывал простых агентов, встречался с батюшкой, рассыпался извинениями в эфире. Теперь вот беседую с вами. Кто на очереди, Владимир Николаевич?

Ленц встал, будто демонстрируя перед толстяком Эйдиновым военную выправку, и прошелся вдоль стола.

- Я знаю про ваше ведомство достаточно. Занимайтесь на здоровье военными из Министерства обороны, а в мои дела не суйтесь. Я вас не трогал потому, что далеко вы не лезли. В противном случае я бы предупредил вас, способов воздействия у меня хватает.

Гость завозился на своем месте, только сейчас решив принять более удобную позу, - до этого он сидел прямо, на краешке, не касаясь спиной спинки стула.

- Здесь особый случай, Игорь Александрович. - Собственный голос показался Эйдинову жалким и по-бабьи высоким.

Ленц кивнул наполовину поседевшей головой:

- Отчасти согласен с вами - особый. Но вы, уважаемый, ведете дела, связанные с преступлениями военных. Вы думаете, что этот вопрос не волнует меня?

- Я так не думаю.

- Вы вообще, похоже, не думаете. А если бы пошевелили мозгами, обратились бы ко мне: так и так, задержали Зубахина из МО, а с ним оказался ваш человек. Почему же, следуя логике вещей, вы не захотели контактировать с моим управлением, а выбрали для себя какой-то Совбез? Вы действительно принимаете на веру, что этот, будем говорить, координационный орган станет некой единой силовой структурой?.. Бросьте, это даже не смешно.

Ленц махнул рукой и вернулся за рабочий стол.

- Поговорим конкретно. Вы заварили эту кашу, помогите и доесть ее. Вы принимали участие в разработке плана по ликвидации диверсионной школы Давлатова?

- Да, товарищ генерал.

- План был один или несколько?

- Вообще-то планов было два.

- Интересно, - приободрил гостя Ленц. - Слушаю вас.

- Один план был для Сергея Марковцева, а другой, собственно...

- Да я не о провокации вас спрашиваю! - привычно взорвался генерал. Я о конкретных планах толкую! Мы тут все оперативное управление на уши поставили и ничего не можем понять. Диверсионная группа в силу каких-то причин начинает операцию на три часа позже. И запросить у них мы уже не можем: они близки к объекту и выключили рации. Вспоминайте, полковник, детали операции.

- Я думал над этим, товарищ генерал, и пришел к выводу, что у Марковцева есть свой план, коренным образом отличающийся от нашего. Деталей я не знаю, но Сергей перед операцией как-то оговорился, что покажет Давлатову то, чего тот никогда не видел.

- Я, - генерал-полковник указал на себя пальцем, - я такого не видел. А вы говорите про какого-то Давлатова! Не смогут диверсанты в светлое время суток свободно передвигаться по столь хорошо охраняемой базе, ведь им предстоит заминировать минимум девять объектов на огромной площади. Усугубляется ситуация "высокими" гостями - охрана усилится в несколько раз. Мы допускаем мысль, что они могут проникнуть на территорию школы ночью и укрыться там. Но для чего? Чтобы вдарить в полдень?.. Я вижу, вы веселый человек...

- Извините, Игорь Александрович, - Эйдинов постарался побыстрее убрать с лица рискованную улыбку.

- Я-то прощу вас, а вот Марковцев - вряд ли. Судя по всему, он уверенно движется к цели и такими темпами, что смерти - уж простите за такое сравнение - его не догнать. Первое, что сделает Марковцев, когда вернется, захочет пообщаться с вами с глазу на глаз. Это вам ответ на ваш немой вопрос.

- Да, - кивнул головой Эйдинов, - я поздно понял, что Сергей побывал у вас.

- Хорошо хоть так, - ухмыльнулся хозяин кабинета. - Ну и что же мы будем делать, Владимир Николаевич? - спросил Ленц, наливая себе минеральной воды и не предложив начальнику профильного отдела.

- Ждать, товарищ генерал. Только время укажет истину.

- Бог ты мой!.. - Ленц покачал головой и отставил пустой стакан. - Вы не в бочке живете?