Прочитайте онлайн Инстинкт бойца | Глава 20 На пути к базе

Читать книгу Инстинкт бойца
3916+2889
  • Автор:

Глава 20

На пути к базе

60

Разрабатывая план по уничтожению диверсионного центра, профильный отдел собрал максимум информации, касающейся не только расположения объектов, но и достаточно полное досье на руководящий состав школы.

Справа от КПП находился штаб. В пятидесяти метрах от него - клуб, превращенный ныне в мечеть. Она располагалась к торцу штаба своей южной стеной. Восточнее - здание медсанчасти и стационара на двенадцать коек.

От КПП асфальтированная дорога вела прямо к массивному длинному зданию столовой. Справа от нее - стадион с беговой дорожкой, турниками, трубчатым лабиринтом и деревянными щитами полосы препятствий. За стадионом стояли три склада барачного типа, в одном из которых, выдвинутом по отношению к другим вперед, как раз и содержали заложников.

Слева от дороги разместились казармы. В первой из них размещался "Ахмед-лагерь" под командованием Ахмеда Закуева, 1953 года рождения, уроженца г. Мугоджары, Казахстан, дважды судимого, участника боевых действий против федеральных сил. Ахмед занимался в школе подготовкой диверсантов и террористов. Орденоносец чеченской "Чести нации".

Вторая казарма отводилась под "Абдула-лагерь". Его командиром был Ризван (Абдула) Тимаев, 1962 года рождения, уроженец Курского района Ставропольского края. Тимаев участвовал в Абхазском конфликте, занимался похищениями людей, убийствами российских военных. Преподавал методы (предпочитал называть их заумно - сикурсы) ведения партизанской войны.

Третью казарму занимал "Исрапил-лагерь". Командовал им Исрапил Шагаев. Родился в 1959 году в Урус-Мартане. Бывший майор Таманской дивизии, профессионал-подрывник, обучал курсантов искусству подрывного дела. Участник казней российских военнослужащих.

Четвертая казарма называлась "Масуд-лагерь". Руководивший им Иса (Масуд) Хамурзинов входил в состав Абхазского батальона, участвовал в боевых действиях. Готовил в своем лагере смертников. Специалист широкого профиля. 34 года. Родился в Гудермесе. Ранее был судим по статье 206, часть 2, - хулиганство.

Внутри казарм мало что изменилось. Койки двухъярусные. Но "пальмы" пустовали, спали курсанты - обычное их количество составляло пятьдесят-шестьдесят человек - на нижних ярусах.

В здании комендантской роты размещался "Джафаль-лагерь". Наставник пакистанский наемник Джафаль Мустафа. Родился в 1961 году. Поданным спецслужб, знаком с Усама бен Ладеном. В школе готовил профессионалов психологической и идеологической пропаганды. Непременный участник казни заложников. Именно с ним сотрудничал генерал-майор Зубахин.

Комрота находилась на одной линии с "Ахмед-лагерем" и отстояла от здания столовой на сто с небольшим метров.

Вся территория учебного центра была огорожена забором, поверх которого шел двойной ряд колючей проволоки, по одному из них был пущен ток высокого напряжения. Электричество вырабатывали несколько дизельных электроустановок. Одна работала на столовую, другая на ограждение и ночное освещение периметра, третья на освещение казарменных помещений.

Подступы к базе практически не охранялись, зато внутри по периметру караульная служба была поставлена на должном уровне. Усиленной охране подвергались штаб, мечеть, склады.

В трех километрах южнее школы расположился небольшой аэродром бетонированная и переоборудованная учебная трасса автобатальона. В громадном автобоксе предприниматель Адам Хуциев расширил ворота и приспособил его под ангар, в котором находился единственный самолет "Як-40". Этот борт 1976 года выпуска, переоборудованный под десантный вариант (выброска через люк в хвосте самолета) Саратовским авиационным заводом, имел просроченный сертификат летной годности. Но полеты производились нечасто и на малые расстояния, так что борт был в полном порядке. Экипаж самолета состоял из командира Адама Хуциева, выпускника Липецкого авиацентра, и бортмеханика Хусейна Гиева - оба азербайджанцы. Второго пилота не было.

***

Согласно плану, расчет лейтенанта Скумбатова должен был проникнуть на территорию базы с востока, со стороны складов, и оперативно рассредотачиваться "веером", группами выходя к штабу с мечетью и казармам-лагерям, расстояния до которых были примерно одинаковыми. Задача диверсантов - заложить направленные мины, произвести "свинячью" работу и отойти строго на север, в сторону столовой и примыкающей к ней пекарни.

По первоначальному плану Марковцева (но не по плану профильного отдела) в квадрате 1024 оторвавшихся от преследования разведчиков должен был ждать поисково-спасательный вертолет "Ми-8". Именно на этой "вертушке" расчет Скумбатова перебросили на базу под Рутулом. Машина вмещала в себя до двадцати восьми человек с обычным вооружением - крупнокалиберным пулеметом, шестью управляемыми ракетами - и с экипажем в три человека.

Если бы замыслы Постнова были претворены в жизнь, вертолета диверсанты не дождались бы. А вот сигнальными ракетами в означенное время себя бы обнаружили. После чего - полная блокада и уничтожение расчета. Поскольку после нападения на базу Давлатова азербайджанские спецчасти заблокируют все пути к отходу диверсионной группе, а пограничные наряды усилятся в несколько раз. Это уже потом будут выяснять, каким статусом обладал подвергшийся нападению объект, а по кадастру Министерства обороны он мог проходить как военный объект.

61

Азербайджан, 19 декабря, вечер

Разведчики подходили к лагерю боевиков с северо-востока, как и было оговорено первоначальным планом. Чтобы подыграть боевикам Давлатова, Сергей решил послать по известному противнику маршруту группу дозорных, чтобы они заметно наследили и тем самым обозначили направление всего диверсионного отряда.

- Кто пойдет? - спросил он у Скумбатова.

- "Три поросенка". Подкидыш, Скутер, Пантера, - подозвал бойцов Один-Ноль. - Подкидыш старший.

Разведчики молча сняли рюкзаки. Из оружия при себе оставили пистолеты и специальные автоматы "АС" с интегрированным, являющимся неотъемлемой частью оружия надульным глушителем, передав товарищам "громогласные" малогабаритные штурмовые "вихри", созданные на базе "АС". Бронежилетов не было ни у кого, диверсант несет на себе достаточно полезного груза. Не было у них и личных номеров, православных крестиков; в этом краю они люди без имени, их имена - клички и позывные в отряде. - Ну пуха, ребята, напутствовал их бывший настоятель, - И пошлите меня к черту.

Марковцев смотрел, как маленький отряд, который замыкал Пантера, в размеренном темпе взял направление на северо-восток.

Этот длительный привал прошел без привычных переругиваний. Кроме дозорных, все спали.

***

Из-за пригорка с редкими кустиками видны были лишь верхушки деревьев. Пригорок скатывался в неширокую ложбину, на которую набегал другой холм. Идеальное место для засады: возвышенностью незамеченным пройти трудно, а в петляющей изложине при минимуме переднего обзора легко заметить неприятеля.

Десантные куртки и брюки отлично скользили по земле, не издавая ни звука. Сероватая с коричневыми разводами униформа почти сливалась с ландшафтом днем и была неразличима ночью. Разведчики подбирались к самой высокой точке взгорья, чтобы подтвердить свою догадку.

Боевики тоже хорошо замаскировались, но все внимание сосредоточили на лощине. Они были уверены, что диверсанты пройдут коротким и более удобным путем, тем паче что до базы еще далеко. В задачу дозора входило выявить русских и пропустить, доложив по рации.

Диверсанты из них никакие, подумал Пантера, подбираясь к стоявшему за стволом дерева боевику. Видно, замерзли, лежа на земле, а теперь отогреваются. А Пантюхин и его товарищи привычно спали на снегу.

Пантера высвободил нож и, также крадучись, сократил дистанцию до минимума. Он походил на тень, не издающую ни звука. Его левая рука взяла боевика за плечо и потянула к себе, а правая с коротким замахом сверху вниз вонзила острое лезвие ножа поверх ключицы бандита.

Пантера аккуратно положил нанизанного на лезвие противника на землю и, не отпуская рукоятки ножа, всем телом навалился на свою жертву.

- Сколько вас? - шепнул он ему на ухо. Пока нож в шее, боевик поживет какое-то время. - Меньше десяти - качаешь головой. Больше - киваешь. Пожимаешь плечами - и я убиваю тебя. У тебя три секунды. Три. Два...

У Пантеры были светло-каштановые волосы, только он забыл, когда последний раз носил подобие хоть какой-то прически, так, щетина на голове. Длинноволосые и особенно бородатые сильно потеют, больше тратят сил, быстрее устают, а диверсант не может себе этого позволить. Идеальный вариант силового разведчика - лысый, поджарый, без лишних килограммов веса. Главное оружие диверсанта - его живучесть, непотопляемость, его инстинкт, шестое чувство, которое заставляет видеть спиной; его умение мгновенно оценивать обстановку и так же молниеносно принимать решения.

Пантерой Михаила прозвали по начальным буквам его фамилии, хотя такое прозвище он мог получить за свои желтоватые глаза, кошачью гибкость и отменную реакцию.

- Один... - досчитал он.

Боевик нашел в себе силы изобразить что-то наподобие кивка, который в полутьме был бы не замечен кем-либо другим. Пантера держал наемника, как добычу, бросая быстрые взгляды вокруг и поводя головой в шерстяной шапочке.

- Дальше тоже есть дозорные?

Мускулы шеи бандита снова сократились в положительном ответе.

- Расстояние? Прервешь меня кивком. Триста метров... Пятьсот... Семьсот...

Положительный ответ.

Сердце боевика колотилось в невероятном ритме. Кусок стали длиной в семнадцать сантиметров пробил ему шею и легкое. Острая боль прожигала его насквозь. Но страшнее была не боль, а скорая смерть. Раньше он смеялся, глядя, как катаются по земле заложники, потом резко затихают, подергивая лишь ногами, - но это не значило, что русская свинья сдохла, по глазам можно было определить, что сознание еще не покинуло казненного. Некоторые подходили и заглядывали, чтобы унес заложник на тот свет облик своих палачей.

Пантера тоже заглянул в глаза бандита, но во взгляде его не было веселья или ненависти. Обычный взгляд хищника, поймавшего добычу. Диверсант левой рукой прижал голову боевика к земле, а правой сделал резкое движение влево и вверх. Сталь ножа вышла из-под правого уха бандита, проделав в шее страшную рану.

Вдруг Пантера резко повернулся, с невероятной ловкостью подтягивая из-за спины автомат. И тут же выругался про себя, увидев подползающего к нему Скутера.

"Когда-нибудь я убью его", - подумал Михаил и покрутил у виска пальцем.

Разведчики сползли вниз и легли, касаясь друг друга головами.

- Семьсот метров прямо - еще один дозор, - шепнул Пантера на уху приятелю. - Надо бы и там насорить.

- Так мы и до базы доберемся, - шепнул в ответ Скутер.

Разведчики сделали порядочный крюк, прежде чем выйти за спину дозорным второго секрета. Теперь они, зная их местоположение, действовали быстрее.

Страхуя товарищей, Подкидыш полз от них в пятидесяти метрах с автоматом на изготовку. Задача простая - оставить на месте еще один труп и отходить к своим. Первого убитого боевика хватятся не скоро. Рациями они воспользуются в случае вызова.

Как ни странно, крайний по направлению к базе караульный второго дозора тоже стоял. Но он оказался опытнее своего товарища.

Услышав шорох, он весь напружинился, потом, разворачиваясь и припадая на одно колено, вскинул автомат.

Пантера был в пяти метрах от него, на своей любимой дистанции. Приподнявшись на одной руке, он вторую завел за голову и швырнул в боевика тяжелый нож. Звук летящей стали походил на слабый, учащенный отголосок уханья филина: вух-вух-вух-вух. Бандит даже не вскрикнул, когда нож вонзился ему в горло.

Пантера, как змея, в несколько проворных приемов оказался рядом и предотвратил случайный выстрел из автомата.

"Уходим", - показал он Скутеру, второму на подстраховке, убирая нож в ножны.

Подкидыш поджидал их, лежа на спине и ногами в их сторону. Пропустив товарищей, он перевернулся на живот и пополз вслед за ними.

Между первым и вторым дозором, но на расстоянии в полкилометра от них, разведчики, сориентировавшись, срезали путь, выходя к своему отряду с западной стороны.

Когда они уходили, дозорным этого направления был Ас, сейчас его сменил Македонский.

- Наряд вне очереди получил? - шепнул ему Скутер.

- Ас отдыхает, у него впереди много работы, - ответил Саша Богданкин. - И вы ложитесь, покемарьте минут сорок.

62

Когда Марковцев проснулся, то увидел рядом сопящего Пантеру. Как и остальные, Пантюхин спал на спине, скрестив руки поверх автомата и приспустив на глаза вязаную шапочку. Сергей на восемнадцать лет был старше Пантеры и поймал себя на мысли, что относится к этому парню особо, по-отечески, как и к Жене Заплетиной, которой едва стукнуло двадцать. Марк не думал о том, что лежащий рядом с ним боец, только что вернувшийся из рейда, убил одного, а может, двух бандитов. Подобными категориями он уже давно не мыслил; а на заданиях такие мысли не возникают вообще.

Начнется бой, подумал Марк, и я постараюсь быть рядом с ним. Вроде бы несправедливое решение, ас другой стороны, ведь с кем-то он встанет в пару. Исходя из плана, его напарниками будут три человека:

Муха, Удав и Рубильник.

Моей бы кобыле такого парня, вспомнил Сергей о дочери. Погулять на свадьбе...

Это предположение вызвало на лице Марковцева улыбку. Вот он поднимает рюмку, обращаясь к безликой воображаемой толпе присутствующих: одни руки и подрагивающая прозрачная жидкость в рюмках, опрокидывающаяся неизвестно куда. Среди этой толпы только одно четкое лицо - Пантеры, одетого в строгий костюм и галстук; даже лицо дочери слегка размытое.

Вдруг Марковцев поймал себя на том, что представляет не свадьбу, а похороны. Что праздники как таковые не для него и не для Пантеры, а для тех, чьи лица так расплывчаты...

Сергей попытался заглянуть в будущее. Вот он вернулся с задания. Вот встретился с Катей. Вот пролетели, как одно мгновение, счастливые, несомненно, дни и недели. А потом его неспокойная душа отвергнет опеку, сбросит с плеча ласковую ладонь женщины, о которой он мечтал. А что последует за этим грубым жестом? Дальше непроницаемый туман, откуда разносится призывное карканье. И он пойдет на этот звук, обязательно пойдет, пока не ткнется ему в ладонь чья-то корявая рука. А все потому, что он никто - и здесь, в этом чужом краю, и в своем родном тоже. Он подневольный в неволе - Катя оказалась права не на сто, а на все двести процентов.

- Не спишь, Максимыч? - не поднимая с глаз шапочки, Пантера чуть повернул голову в сторону старшего товарища. - Я тоже. Сестру вспомнил. Она теперь в Афинах живет. Глупая. Плачет, целует меня: "Ты не обидишься? Я замуж выхожу. Уеду в Грецию". - Пантера вздохнул. - Нас тетка воспитывала: у самой трое детей было, да нас с сестрой взяла.

- А родители?

- Мать утонула, а отец спился потом, - тихо ответил Пантера. - Ты был в Греции, Максимыч?

- Мне нельзя туда, - улыбнулся Марк. - Боги там близко. Я не люблю богов, и они не благоволят ко мне.

Пантера качнул головой.

- Странный ты человек, Максимыч... Скажи честно, зачем ты здесь?

- Честно?.. - Марк долго не мог ответить. - Честно как-то не получается.

- Как хочешь... - Михаил вдруг улыбнулся. - Знаешь, кого ты мне напоминаешь?

- Кого?

- Воспитателя в детсаду.

- Почему воспитателя?

- Ты же нянчишься с нами. Зачем? Ну, скажи, зачем? - Пантера приподнял шапочку и приподнялся на локте. Его желтоватые глаза, блестевшие в сумраке, и сложившиеся в полуулыбку губы вытягивали из Марка ответ.

Рано, подумал Сергей. Рано признаваться во всем. И вообще, нужно ли это? Хотя Ленц сам дал Марковцеву возможность скрыть от разведчиков тайну. "Произошла утечка. Вас ждут". Это сообщение снимало с Марка тяжкий груз. Однако трудно солгать, глядя в честные глаза Пантеры, и так же нелегко уйти от ответа.

Выручил Злодей, завозившийся слева от Марка:

- Пантера, заткнись. Дай поспать человеку.

- Это кто у нас человек? - тут же подал голос Скутер.

- Ну все, началось. - Один-Ноль выругался и поднялся на ноги. Подъем! Скутер - в голову колонны.

- Вы дрыхли тут, - горячим шепотом взорвался Горчихин, - а мы с Пантерой и Подкидышем по оврагам ползали. А теперь я вам путь должен рассекать, да? Нашли марафонца! Вон Злодей - ну постоянно он в хвосте! Постоянно.

Продолжая ворчать, Скутер надел рюкзак и повесил на шею автомат.

- Рубильник, зови Македонского и догоняйте нас. - Один-Ноль занял привычное место Скутера и легко побежал в голове колонны.