Прочитайте онлайн Инстинкт бойца | Глава 24 "Герои не умирают. Герои возвращаются"

Читать книгу Инстинкт бойца
3916+2880
  • Автор:

Глава 24

"Герои не умирают. Герои возвращаются"

78

Дагестан, 20 декабря, 10.50

Распоряжения генерал-полковника Ленца выполнялись быстро и безукоризненно. А его приказ подготовиться к поисково-спасательной операции лучшему экипажу был понят буквально.

Экипаж поисково-спасательного вертолета "Ми-8", ожидающий означенного срока, состоял из трех человек - 46-летнего генерал-майора Николая Бурдасова, воздушного аса с большой буквы, полковника Василия Иваненко и еще одного полковника - Алексея Малова. Экипаж вертолета прикрытия "Ми-24" тоже был сплошь из полковников.

До вылета оставалось около полутора часов, но неожиданно механики военной базы с удивлением увидели, как спешно, почти бегом направляется к боевой машине генерал-майор Бурдасов, а за ним оба экипажа.

Прогретые двигатели взревели, и вертолеты, лихо развернувшись, взяли направление на запад.

Механиков удивило также, что, набирая скорость, "вертушки" пошли прямо на дагестано-азербайджанскую границу.

Полковник Иваненко "на ходу" делал поправки, внося в карту изменения. Единица, которую они должны подобрать, согласно сообщению, идет строго на север, изменилось и контрольное место ПСО. Сверив маршрут, полковник передал командиру:

- Товарищ генерал, возьмите два градуса вправо. Зайдем на прямую с небольшим запасом.

Машины шли со скоростью двести сорок километров в час. Они уже миновали границу, взрыхляя винтами небо чужой территории. Вертолет сопровождения летел в стороне и чуть сзади.

Азербайджан, 20 декабря

Марк уже не оглядывался, он бежал в хвосте колонны, приготовив сигнальную ракету. Должны, просто обязаны радисты ГРУ перехватить сообщение, они же наверняка слушали эфир.

В середине колонны находился человек, выглядевший на шестьдесят пять. Генерал-майор Зубахин. Сергей, казалось, вообще не обратил на него внимания, словно положено генералу находиться среди заложников, лишь бросил на него тяжелый взгляд и прошел мимо главного виновника, главного преступника. Может, руки не захотел марать. Либо пули на такое дерьмо было жалко, ибо сейчас пули виделись символом жизни, а не смерти. Они спасли заложников и оставили в живых трех бойцов отряда.

- Дело сделано. Направление - север. Принимайте двадцать семь мест квадрат... - "долбил" Подкидыш. - Один-Двенадцатый - Главному. Дело...

Дело сделано...

"Герои возвращаются. Герои не умирают".

Для Сергея Марковцева в этом вопросе, не дающем ему покоя на протяжении двух с лишним лет, была поставлена окончательная точка.

79

Через тридцать шесть минут полета "вертушки" сделали разворот на девяносто градусов, снизились и сбавили обороты, идя со скоростью девяносто километров. Под ними был означенный квадрат, и оба экипажа искали глазами сигнальную ракету.

- Вижу, товарищ генерал, - полковник Малов указал вправо, где, вспарывая воздух и оставляя за собой судорожный след, вверх взметнулась красная точка.

Бурдасов развернул машину и, сбавляя обороты, пошел на снижение. Место для посадки было удобным. "Ми-8" опустился на свободное от деревьев место, примяв колесами кусты. "Ми-24" гонял воздух в шестидесяти метрах, ощетинившись ракетами в южном направлении.

Генерал-майор не без интереса поглядывал на разношерстную толпу, среди которой выделил руководящего посадкой высокого человека в обгоревшей куртке. Тот был без головного убора, с висящим на груди автоматом.

Вначале погрузили раненого командира расчета, потом в салон стали подниматься заложники.

Марковцев стоял рядом с лестницей и остановил шагнувшего на первую ступеньку генерала Зубахина.

- Ты последний. Следующий, - поторопил Марк очередного солдата. Следующий... Подкидыш, вперед. А теперь ты, генерал.

И шагнул следом.

В салоне Сергей бесцеремонно согнал заложника с крайнего места и посадил на него Зубахина. Сам сел рядом.

Вертолет вмещал двадцать восемь человек, всего сели двадцать семь. Даже это говорило о том, что кто-то несправедливо забыт - там, откуда уже давно не слышны звуки перестрелки, лишь грохнул, словно на прощанье, мощнейший взрыв: это разорвалась в огне столовой мина.

"Слетать бы туда", - подумал Марк.

Но то была несбыточная мечта: пилоты получили приказ и не нарушат его ни под каким предлогом.

Подкидыш сказал командиру экипажа, что можно подниматься, назвав генерал-майора Бурдасова, чье лицо под шлемом выглядело моложе обычного, братком.

- Давай, браток, полетели.

С мертвенно-бледным лицом Скумбатов лежал в проходе. Сергей склонился над командиром расчета.

- Как ты, Саня?.. Подмигни мне, друг. - Марковцев был безмерно рад, что относительно Скумбатова его пророчества не оправдались.

Обескровленные губы одноглазого диверсанта дрогнули в улыбке. Глянув в сторону Зубахина, Один-Ноль спросил, напрягая голос:

- "Цыганочка" с выходом?

Марковцев кивнул:

- Точно, Саня.

Когда вертолет набрал порядочную высоту, Марк распахнул дверь.

- Давай, Зубахин. Твой выход.

Генерал намертво вцепился руками в жесткое сиденье. Размахнувшись, Сергей ударил его в лицо. Потом еще раз, еще...

Солдаты в недоумении смотрели на десантника. По возрасту - полковник бил морду генерал-майору.

А Сергею Марковцеву не впервой было бить морды генералам, словно это на роду у него было написано.

- Прыгай, стерва! - Марк легко приподнял Консультанта и пинком под зад отправил его в последний полет.

Тело генерал-майора Зубахина упало, как и положено, на чужой, не российской земле, которую он, в отличие от Виктора Заплетина, не любил. Если Витя перед смертью ощущал землю коленями, Зубахин врезался в нее своей паршивой головой.

***

А до родной стороны оставались считанные минуты. И только сейчас, когда в прямом и переносном смысле с души Марка упал груз, он улыбнулся сидящему рядом молодому солдату-заложнику и потрепал его по плечу:

- Все хорошо, сынок. Все хорошо. Видишь, мы полетели быстрее.

***

На военном аэродроме лейтенанта Скумбатова погрузили в транспорт, перевозящий раненых в окружной госпиталь в Самару. Марковцев, попрощавшись с лейтенантом, вместе с Гришей Найденовым и заложниками сел на борт, летящий рейсом на авиабазу в Чкаловский.

Сергей смертельно устал, но не мог заснуть даже под убаюкивающий рокот турбин. Когда отдохнет и будет ли вообще отдыхать этот сильный и странный человек, не знал никто, даже сам Марковцев. Он смотрел на проплывающие в иллюминаторе облака и ставил перед собой очередную задачу. Но прежде всего - долги. Ему должны, и он обязательно получит по счету.

80

Чечня, 20 декабря

Майора Алексея Казначеева вызвали в штаб Объединенной группировки. Но до Ханкалы ротный не доехал. Машину, которую прислали за ним, под усиленным конвоем сопроводили в аэропорт, а оттуда его уже привычным рейсом доставили в Москву.

На борту самолета, между двумя штатскими, впереди командира роты разведчиков сидел человек. Кто он, Казначеев мог догадаться, даже не глядя в его характерно выпуклый, аккуратно подбритый затылок: Виктор Тавров.

Если дело брал под свой личный контроль генерал Ленц, это означало, что начальники управлений и отделов главка принимали непосредственное участие в работе вплоть до оперативных мероприятий.

Вице-адмирал Терентьев мог дождаться двух ублюдков в управлении, и дело не в том, что Спрут отдал приказ привести Таврова и Казначеева в кандалах именно Терентьеву, а все в той же личной заинтересованности Ленца, который в перепоручениях усматривал нежелание подчиненных работать с полной отдачей.

- Вы знаете меня? - Вице-адмирал сидел на диване сбоку от стола, гневно сдвинув густые брови. Майор Тавров находился перед ним, в первом ряду кресел салона под присмотром оперативников.

- Да, товарищ вице-адмирал, - тихо, но так, чтобы расслышал начальник 2-го управления, ответил Тавров.

- Не сметь называть меня товарищем, гондон! - вспылил Терентьев. Это было не подражанием Спруту - действительно и без всяких преувеличений в глазах вице-адмирала этот задолбанный майор осквернял слово "товарищ". - Вы знаете, почему на вас надели наручники?

- Да... вице-адмирал, - окончательно растерялся арестованный.

- Ну, он совсем обнаглел, - Терентьев обратил покрасневшее лицо к одному из оперативников, сидящему по левую руку от задержанного, невысокому светловолосому капитану Маркову. - Дай ему по башке!

Марков тоже растерялся. Впору было шепнуть Таврову: "Называй его Игемон". На всякий случай он ткнул майора в бок локтем.

- Отвечай - да или нет, - подсказал он.

- Да, - повторился Тавров.

- Твоего друга Давлатова сейчас пилят на куски, - продолжил Терентьев, - пилят разведчики, которые, - вице-адмирал выдержал паузу, - которые все время работали под нашим контролем! Они обратились в управление после первого же сомнительного приказа командира роты.

Терентьев потребовал к себе и Казначеева. Ротный занял место капитана Маркова, а оперативник пересел к столу. Вице-адмирала распирала ненависть к обоим предателям, и он еле сдерживал себя:

- Вы испоганили мундир офицера! Как прикажете поступить с вами? Держать в тайне ваши грязные дела? Отвечайте, суки, по очереди!

Оба молчали.

- Если бы не секретное задание, которое выполняет сейчас расчет лейтенанта Скумбатова, висеть бы вам, подонкам, на фонарных столбах. Им скажите спасибо, разведчикам. И мне скажите спасибо. Нашей армии скажите спасибо. Которая начала вставать на ноги. Которой наконец-то поверил народ. Ты непосредственный начальник Скумбатова?

- Да, - кивнул Казначеев.

- Ты мусор, - сказал Терентьев, - не хочется выносить тебя из избы. Запомни, майор: ты лично руководил операцией по внедрению расчета разведчиков в банду Давлатова. Они отрабатывали связи Индуса, изучали маршруты передвижения, наблюдали за людьми, которых вынуждены были переправлять через границу.

Если Казначеев и чувствовал какой-то подвох, то изменить что-то или отказаться от предложения, исходящего из уст начальника управления ГРУ, он не имел никакой возможности. А вице-адмирал, глядя на этих двух червей, вытащенных на солнцепек, упивался своим куском власти в акватории Аквариума.

Терентьев отрабатывал версию Марковцева, одобренную генералом Ленцем. Что делать, два этих ублюдка-майора поживут немного, чтобы сослужить последнюю службу. Потом их снова перебросят в Чечню. БТР сопровождения отстанет по техническим причинам, а находящихся в машине майоров настигнут пули бородатых убийц. Честь и слава офицерам, павшим от рук чеченских бандитов!

Даже если азербайджанская сторона потребует расследования конфликта, отсутствие важного звена - непосредственного начальства разведрасчета поможет делу заглохнуть. Останутся только показания майоров. А нападение на российских офицеров обязательно будет расценено как месть боевиков Рустэма Давлатова за уничтожение самого Индуса и его учебного центра. Собственно, это и есть доказательства, укладывающиеся в рамки той самой политкорректности, о которой в беседе с генералом Ленцем упомянул Сергей Марковцев.

Дело это шумное и выгодное для ГРУ, которое в очередной раз утрет нос Федеральной службе безопасности и тем, кто, затевая опасные игры и пробиваясь к вершинам власти, не может ничего - ни наградить, ни наказать, ни помиловать.