Прочитайте онлайн Черный амулет | Глава двенадцатая Допрос

Читать книгу Черный амулет
4216+1984
  • Автор:

Глава двенадцатая

Допрос

Старая и бесспорная истина: ковать железо надо, пока оно горячее…

Ахмед Датоев, после того как поступили из Грозного первые материалы на него вместе фотографией из уголовного дела по взрывам домов, был «разогрет» теми, кто его допрашивал с особым пристрастием, до такой степени, что не воспользоваться такой ситуацией было бы недальновидно. И Владимир Федорович Яковлев, прошедший в своей профессии сыщика все ступени от простого опера до начальника МУРа, как никто другой понимал, что сейчас время работает против задержанного, а дальше может случиться наоборот. Замкнется и — доказывай. То есть доказывать-то все равно придется — детально, поэпизодно, документируя каждое произнесенное преступником слово, однако делать это гораздо легче, когда знаешь уже, что конкретно надо доказывать.

А что касается конкретики, то этот вопрос решился сразу не в пользу задержанного. Он попробовал было, конечно, отмолчаться поначалу, несмотря на то что прекрасно понимал: раз уж взяли с оружием, то теперь не слезут. И что хуже всего — это он тоже должен был сознавать, — что ему могут повесить на шею попутно еще ряд таких «мокрых» дел, о которых он ни сном ни духом, зато менты освободятся от нераскрытых своих «глухарей». Но оперативники спорить не стали, а быстро выяснили место его проживания в Теплом Стане, и туда немедленно отправилась опергруппа с обыском. А тем временем эксперты-баллистики «прикинули» его ствол по своей картотеке и обнаружили, что переданный им для экспертизы пистолет Макарова засветился относительно недавно, из него был застрелен финансовый директор НИИ «Прибор» Полковников. Первоначальное расследование производила Хамовническая межрайонная прокуратура, на которую немедленно было оказано серьезное давление со стороны «озабоченной общественности», вынуждавшее прекратить следствие, и тогда уголовное дело забрала к своему производству Генеральная прокуратура, и конкретно занялся им сам Турецкий. В Экспертно-криминалистическом центре об этом безусловно знали, ибо всем давно было известно, насколько въедливым бывает в отношении проведения любых экспертиз Александр Борисович.

Так, один эпизод уже есть, отметил с удовлетворением Яковлев.

Пришло сообщение от оперативников из Теплого Стана. Оказалось, что житель Северной Осетии Султан Кастоев — под таким именем он снял на все лето двухкомнатное жилье у прописанного там владельца квартиры москвича Деревягина, в настоящее время вместе с супругой обретавшегося в деревне, в Куровском районе Подмосковья, — проживал в столице, во-первых, без соответствующей регистрации, а во-вторых, не один. Там, утверждали соседи, постоянно крутились какие-то «черные» — наглые и бесцеремонные. На возмущение соседей чинимым на третьем этаже постоянным шумом эти «гости столицы» заявляли: «Скоро всэх вас викинем отсюда!» И радостно скалились. А когда жаловались участковому, старшему лейтенанту милиции Андрюшкину, тот уверял их, что постоянно проводит соответствующие «профилактические беседы» с «этим народом». И действительно, на день-другой шум и хамство прекращались, но скоро начиналось все заново: угрозы, жалобы, успокоительные речи… Наверняка те давали менту взятки, вот он и защищал с пеной у рта представителей «малого, но гордого народа».

Ну, с Андрюшкиным дело было ясным, есть кому с ним разбираться. Есть Управление собственной безопасности — пусть думают. Потому что ни на один вопрос начальника опергруппы этот участковый с бегающими свинячьими глазками не смог дать конкретного и правдивого ответа. А вот обыск в квартире, где проживал Ахмед Датоев со товарищи, в свою очередь, дал богатый улов.

В самом деле, беспечно жили наглецы. Даже и не прятали ни целого арсенала пистолетов, главным образом «тэтэшников», которые предпочитают бандиты, ни упаковок армейского пластида, предназначенного для спецопераций. Немало нашлось и всяческой «шпионской техники», приобретенной, видимо, на столичных радиорынках.

В жилконторе взяли адрес хозяина, и туда немедленно выехали двое оперативных сотрудников. Требовалось выяснить, как, кому, когда сдал свою квартиру хозяин, по чьей просьбе или рекомендации, почему без регистрации, ну и еще добрый десяток «интересных» вопросов. А добычу увезли на Петровку, 38, к экспертам.

Несведущие люди нередко приходят в недоумение: почему профессиональный убийца, так называемый киллер, всегда оставляет свое оружие на месте преступления, а бандиты уносят его с собой и, естественно, нередко попадаются? Ведь знают же, и — тем не менее… А потому что профи, как ни прискорбно это звучит, знает, что вторично из даже очень дорогой винтовки он стрелять не будет — это след, по которому сыщик сможет выйти на него. А бандит, да и те же чеченцы, о коих идет речь, — народ тупой и жадный. Пистолет «дэнэг стоит»! Как же можно «дэньги» выбросить на ветер? И ко всему прочему, долголетняя война в Чечне оставила на земле массу брошенного оружия. Да прибавить сюда продажных снабженцев-тыловиков, прочие не менее веские причины…

На Ахмеда «навесили» еще и этот груз, причем не давая ему передышки и упирая на то, что если сегодня где-то в Москве произойдет террористический акт, то он пойдет в качестве его организатора, другими словами, получит «под планку». Сообразил он, наконец, что даже тот мордобой, через который он прошел при задержании у школы, — ничто по сравнению с тем, что ему грозит.

А требовалось от него только одно. Точнее, два вопроса волновали оперативников. Первый: где человек, с которым он связывался по телефону, намерен произвести взрыв? И второй: где прячется Санакеев. Ну и по мелочи: кто этот Мурад, чем занимается, кем командует? Может ведь и так статься, что именно он, а не Ахмед станет в этом деле «паровозом»!

И вот тут стало ясно, что, несмотря на весь свой апломб «гордого кавказца», на самом-то деле Ахмед попросту боится этого Мурада. Ну, значит, тем обиднее будет Датоеву отвечать по полной программе за преступления подельника.

Позвонил Всеволод Голованов и доложил Владимиру Федоровичу, что адвокат Гринштейн не выдержал двойного пресса и сознался-таки, что «отчасти» был в курсе того, что «решение вопроса» с руководством НИИ «Прибор» его клиентами было поручено одному человеку, о котором сам адвокат доселе не слышал — он якобы недавно появился в Подмосковье, но быстро подчинил себе северокавказские этнические преступные группировки. И проживает он не в Москве, а где-то в Ногинске или в Электростали. И оттуда руководит действиями своих боевиков, фактически не появляясь в столице. Говорили, что пользуется огромным авторитетом среди своих отморозков, но сам ни в одном деле лично не участвует. А основное его дело — принимать «заказы» и контролировать их исполнение. Еще говорят, что берет дорого, но делает чисто. Будто бы имеет прочные связи с заграницей, в основном в арабских странах. Короче, координатор — жесткий и беспощадный.

Легальная его работа — охрана поставок плодоовощной ну и прочей пищевой продукции в Центр России из стран Закавказья — Азербайджана и Грузии. Его частное охранное предприятие имеет соответствующую лицензию, которую он сумел получить с помощью представителей своих регионов в Государственной думе и Совете Федерации. Официально — чист и непорочен.

Яковлев, слушавший допрос Ахмеда, который проводили в комнате для опознаний, оборудованной специальным окном, за которым мог скрывать свое лицо свидетель, не желавший, чтобы его видел преступник, внимательно наблюдал за поведением Датоева. И после звонка Голованова, как бы подсказавшего ему новое решение, вызвал к себе одного из допрашивающих, чтобы дать ему дополнительные инструкции.

Оперативник вернулся в комнату и стал с показной нарочитостью шептать что-то на ухо своему напарнику, который вел протокол. Тот откровенно удивился, даже изумился, потом посмотрел с сожалением на Ахмеда, хмыкнул и сказал:

— Ну вот и доигрался, козел! Адвокат этот… как его? Грин… чего?

— Гринштейн, говорю, — брезгливо отозвался вернувшийся напарник.

— Ага, вот и я о нем… Наложил полные портки и раскололся, блин, в одну минуту! И твоего Сана-кеева этого, Мурада Абдулатиповича, да, Федя?…

Второй, хмыкнув, кивнул.

— И тебя — туда же. Обоих вас заложил за милую душу! Оно и правильно, своя задница дороже!

Ахмед видел, что обоим ментам стало весело. И в голове у него начало что-то путаться. Нахмурился, глаза напряглись и гневно перебегали с одного мента на другого. А те переглядывались, будто все для себя уже окончательно решили. И от этого их веселого спокойствия Датоев почувствовал себя очень неуютно, скверно почувствовал, будто образовалось у него под ногами что-то вроде оползня, когда под тобой земля вдруг сама по себе приходит в движение и непонятно куда ползет. Гнев его достиг уже точки кипения, и если бы не руки, скованные за спиной наручниками, которые эти собаки не захотели с него снять, и теперь они очень больно впивались в натертые железом запястья, то он не выдержал бы, кинулся на них…

Изволив заметить наконец его гнев, тот, кто допрашивал и записывал ответы в протокол, пояснил:

— Адвокат уже тут, привезли его, и мы тебя ему скоро предъявим на опознание. А за Мурадкой твоим гребаным ребятки тоже поехали. А ну-ка, давай теперь на сообразительность! Куда поехали? В Ногинск или в Электросталь? Зарабатывай очки!.. Не хочешь? Ну и хрен с тобой. Адвокат адрес указал точный. И, кстати, назвал тебя исполнителем и в деле Полковникова, которого ты застрелил из своего «макарова» возле подъезда его дома, — это уже и экспертиза оружия показала, и в деле Лобовича, в машину которого ты заложил бомбочку. Точно такую же, какую наш человек обезвредил в посылке, что ты оставил на Фрунзенской. Женщину с ребенком, поганец сучий, не пожалел! Ну ничего, жди теперь скорой встречи со своим Аллахом, да только вряд ли теперь дождешься! — Опера переглянулись и захохотали. — Мы тебя сегодня кинем в камеру к «славянам» и расскажем им, какое ты говно. До завтра не доживешь, поэтому и на пожизненное можешь больше не рассчитывать! Задавят тебя «славяне», удавку на горло накинут, и весь твой боевой дух покинет тебя через жопу! А засранцев — тебе разве не говорили? — Аллах не принимает! Не-а!

Датоев зарычал от бессильной ярости. А опера смотрели на него и заливались хохотом. Весело им было!

Наконец словно бы устали смеяться.

— Ну чего? — спросил второй. — Уж Мурад-то тебя точно сдаст с потрохами. Он у вас главный, ему арабы звонят, деньги дают, мы-то знаем. И Ренат Алиев тоже известен. Давно и хорошо, еще с тех лет, когда он в спецназе служил, в Африке. Чума у него кличка была. Приятель твоего знакомого террориста. Ты думаешь, почему ты перед ним, как поганый щенок, на задних лапках служишь? Да потому что ты — быдло перед ними. Ты свое сделал, ну, там взрывчатку на место акции пронес или организовал того, кто это сделал, и пошел на хрен. Тебя и сдать-то — плевое дело. А ты не хочешь спасти свою шкуру. Ну твое дело. Кончаем с ним, Федя, да?

— Да, надоел, — морщась презрительно, пожал второй плечами. — Кому он теперь нужен? На него ж все и повесим. И любой адвокат подтвердит. Чтоон дурак, что ли, непосредственного помощника террориста и убийцу защищать? Только, я думаю, адвокат ему тоже будет не нужен. «Славяне» таких за людей не считают, нет…

— И я так думаю. Значит, вызываю конвой? — И он потянулся рукой к кнопке звонка, вмонтированной в столе, снизу.

В этот момент открылась дверь и вошел генерал-лейтенант милиции. Бегло окинул комнату, даже не взглянув на Ахмеда. Опера дружно поднялись, вытянулись перед начальником.

— Ну что, ребятки? — Он кивнул на Датоева, как на пустой стул. — Открыл рот? Нет?

— Никак нет, товарищ генерал! — бодро отрапортовал Федя.

— А чего чикаетесь? — брезгливо спросил генерал. — Приложили б пару раз рожей об стенку… Яйца дверью прищемили… Не знаете, как это делается? — Он улыбнулся и стал весело засучивать рукава кителя. — Показать? А ну-ка поднимите его!..

Оперативники с готовностью дружно шагнули к Ахмеду и, ухватив его за скованные руки, потянули вверх, да так больно, что тот заверещал.

— Ну-ка, погодите, — жестом остановил генерал. — Может, он чего сказать желает? Вы чего спрашивали-то?

— Так адрес его дружка, Мурада, хотели уточнить. Проверить, правду он скажет или соврет? Ну и, соответственно, к «славянам» его кинуть или дать еще подышать маленько?

— А он не хочет? — удивился генерал.

— Никак нет, товарищ генерал.

— И куда этот Юрий Грозов девчонку помирать повез, тоже не говорит? Где собрался детишек-то убивать, молчит?…

— Молчит, товарищ генерал.

— К «славянам» его предлагаешь?

— Так точно, к ним.

— Валяйте, санкционирую. — И генерал, махнув рукой, повернулся, чтобы уйти.

И вот тут Ахмед не выдержал:

— А если я скажу, что сделаете?

— А что ты скажешь? — Генерал разочарованно обернулся к нему. — Мы и так все уже знаем. Может, уточнить хочешь? Ну попробуй…

— Мурад живет в Ногинске, Забродина, дэ-сать! — выпалил Ахмед.

— Соврал, — равнодушно констатировал генерал. — Кончайте с ним. — Он поморщился и отвернулся.

— Мамой клянусь, правду сказал! — закричал Ахмед и задергался всем телом, изгибаясь, словно пытаясь освободить руки.

— Смотри-ка. — Генерал снова обернулся к нему. — Маму вспомнил! А там, — он качнул головой в сторону, — тоже мамы. Со своими детишками! Их ему не жалко! Ах ты, гаденыш! Своими бы руками задушил!.. Где взрывать будете?! Ну?! Быстро отвечать!

— Нэ знаю, туда Саид ездил, Мурад послал, я нэ был, нэ знаю, правду говорю!

— Где Саид? — резко спросил генерал

— Нэ знаю, мамой кля…

— Да перестань ты хоть мать свою позорить, сукин ты сын! Вырастила урода! — рявкнул генерал так, что Датоев даже съежился, будто на него должен был по меньшей мере обрушиться потолок… — Ну ладно, — уже тише промолвил он, — погодим его к «славянам», всегда успеем. Те с ним вмиг разберутся, а тут, может, он еще что-то расскажет, шкуру-то свою, поди, жалко будет, когда ее те дырявить начнут… заточками…

— У Мурада, навэрно, Саид. В Ногинске, говорю…

— Хрен его знает, — буркнул генерал, — может, не врет… Давайте, поработайте еще. А если начнет опять придуриваться, вон вам дверь, а вон — его яйца. Разрешаю.

И генерал степенно, словно никуда не торопился, вышел из комнаты. Но когда закрылась дверь, его будто подменили. Он едва ли не бегом кинулся к себе в кабинет, на ходу вынимая трубку мобильного телефона и включая номер старшего группы захвата, выехавшей в срочном порядке в направлении Ногинска. Там же, собственно, и Электросталь, считай, совсем рядом.

Яковлев интуитивно понял, что на этот раз чеченец не соврал. Адрес теперь есть. И Мурада вместе с Саидом надо немедленно брать и «колоть» — без всякой жалости!

И еще надо сказать ребятам, что в Ногинске у этого Мурада свое частное охранное предприятие. Название только неизвестно, однако местные-тооперативники наверняка знают. Легальное же предприятие. Да и не может быть на небольшой городок несколько ЧОПов, хотя черт их знает, этих бандитов. Но все равно, это уже кое-что…