Прочитайте онлайн Утро без рассвета. Сахалин | ЭТО НЕ ВОЙДЕТ В ПРОТОКОЛ

Читать книгу Утро без рассвета. Сахалин
4216+3109
  • Автор:

ЭТО НЕ ВОЙДЕТ В ПРОТОКОЛ

Следователь шел тайгой. Вот снова участок Мухи. Яровой старался не смотреть по сторонам. Ему казалось, что здесь стон стоит вокруг. Тайга молила о пощаде.

Через час Яровой пришел на Сенькину деляну. Завидев его, лесорубы-поселенцы отвернулись. А мальчишка в кусты юркнул, бригадира предупредить. Аркадий снял плащ, повесил на стене будки. Решил сходить к роднику умыться с дороги. Среди деревьев заметил возвращавшегося от Сеньки ручного медведя, которого, как слышал Яровой, во время пожара спасли. Он это спасение уже три года отрабатывает, помогая мужикам на деляне. Жалко зверя. В тайге — ив неволе. И все же странно, почему он не ушел от поселенцев? Почему не вернулся в тайгу? Хотя что ж, прирученный зверь уже не тот, каким нужно быть в тайге.

Аркадий полез в карман. Достал коробку с леденцами. В дороге, как ни странно, пришлось бросить курить. Разные папиросы вызывали надсадный кашель. И Яровой, сунув в рот конфетку, умылся в ручейке, вытекающем из родника.

Как хорошо умыться этой водой! Она казалась настоянной на лесных запахах, холодная, она моментально снимает усталость Аркадий легко шел к будке. Он подошел к плащу, чтоб достать расческу, и вдруг почувствовал запах водки. Откуда он? Ведь водки никогда не было в карманах плаща. Но почему же он пропитан ею? Яровой недоуменно поворачивается и вмиг прижимается спиной к стене будки. Разъяренный медведь, поднявшись на задние лапы, шел на Аркадия.

И только теперь Яровой понял, что плащ был специально облит водкой. А все ручные медведи приучены к спиртному. Ведь в неволе их зубы слабеют и начинают болеть. Вот и снимают водкой боль зверю.

Этого лишь раздразнили запахом. А водки не дали. И он, услышав запах человека, которому принадлежал плащ, решил разделаться с ним, с Яровым, какой по зверьему представлению сам выпил, а про медведя забыл.

Аркадий машинально сунул руку в карман. Нащупал пистолет.

Убить? Но за что? Разве зверь виноват? Да и эти — вон как насторожились. Смотрят. Ждут. Что будет? Убить просто. Но они запомнят. Ведь хоть и варвары, а к медведю привыкли. Даже своему ремеслу обучили. Убийцей и зверя сделать хотят.

Как быть? Медведь в пяти шагах.

Яровой сжимал коробку с леденцами, потом поддел крышку. Открыл. Набрал горсть конфет. И, сам не зная зачем, кинул их в морду медведю. И чудо! Медведь жадно накинулся на них. Стал подбирать леденцы. Поспешно совал их в пасть. Вынюхивал, выискивал каждый. Куда делась его злость. У него чесалисьи зверь грыз леденцы, как ребенок, радуясь им, словно находке. Он забыл о водке. А Яровой этим временем, выпустив из вспотевшей ладони пистолет, свернул плащ, спрятал его в чемодан.

Медведь подошел, скребанул лапой по карману. Яровой протянул ему еще горсть леденцов. Зверь аккуратно слизнул конфеты с ладони. Подошел вплотную к Яровому. Обнюхал лицо. Руки. Сел. Совсем рядом.

И Аркадию стало легче. Медведь признал. Хорошо, что не застрелил. Да и вряд ли бы смог. Ведь однажды медведь спас его. Там, на Карагинском.

Поселенцы говорили о чем-то вполголоса. Недовольно косились на медведя. Сенька даже не скрывал досаду.

«Конечно, плащ оказался облитым водкой не случайно», — размышлял Яровой. Хотели натравить зверя. А от того в ярости чего угодно жди. Но случись с Яровым беда — сказали бы, что не надо было ему соваться на деляну. Ведь зверь ручной, никого не трогал. Ни своих, ни приезжих. Ведь и милиция здесь бывает, и начальство. Кто мог бы предположить, что именно Яровой вызовет гнев медведя? За поступок зверя никто бы не отвечал. А плащ — ну так его можно было и сжечь. Докажи потом! Да и кто бы этим заниматься стал? Лишний раз подтвердилось бы недавнее предостережение начальника милиции.

— Тимка! Иди работать! — позвал Сенька.

Медведь неохотно встал. Поплелся за Мухой. Другие лесорубы тоже пошли на деляну.

Аркадий удивился. Ведь наступили сумерки. Что можно сделать до темноты? И пошел понаблюдать.

Сенька валил березу. Вот она упала. Мужик подошел обработать дерево. Тимка ждал.

Муха повернулся, увидел зверя. Заглушил пилу. Подошел к медведю:

— На леденцы позарился? С-сука! — и ударил медведя ногой в живот. Тимка отскочил. Сенька нагнал его, бил пинками по животу, по спине, по морде. Зверь кричал, отмахивался лапами. Но слабо. Но вот он затих. Угнул голову.

— Прекрати, сволочь! — вышел из-за дерева Аркадий.

— А, и ты тут! Сыщик проклятый! — Муха пошел на Ярового, злой, хуже зверя. Кулаки в пудовые гири сжал.

— Ну, попался! Я знал, что ты придешь! — наступал Сенька.

Следователь понял, надо защищаться.

Поселенец подскочил. Короткий замах и… страшный удар в челюсть чуть не лишил сознания. Яровой стиснул зубы от боли. Резко, ребром ладони ударил по шее. Но Муха устоял. Он схватил Ярового за плечи, сдавил и ударил головой о ствол дерева.