Прочитайте онлайн Закат тьмы | ГЛАВА ВОСЬМАЯ ЖИЗНЬ ИЛИ СМЕРТЬ

Читать книгу Закат тьмы
5916+2242
  • Автор:
  • Год: 2014
  • Ознакомительный фрагмент книги

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ЖИЗНЬ ИЛИ СМЕРТЬ

Ласковый поток солнечных лучей мириадами ослепительных бликов рассыпался по сине-зеленой океанской глади, величественно раскинувшейся повсюду. Тропическое солнце щедро одаривало теплотой стоящую на палубе Айлани, и теплый морской ветер развевал сиреневые потоки её волос. Покрытый искусной резьбой изящный корабль под белоснежными парусами мчался к плавной дуге горизонта в окружении алфинов, и благородные морские животные высоко взлетали над водой, совершая в воздухе эффектные пируэты. Маленький шкодливый алфинёнок старался перепрыгнуть всех, дабы произвести впечатление на Принцессу, и каждый раз победно пищал, поддразнивая девушку тем, что сие искусство ей недоступно. Айлани весело смеялась, маша ему ладошкой, и вновь устремляла на Трэрга исполненный любви взор. Его Величество стоял подле Айлани и держал её за руку. Он одарил её добрым взглядом, улыбаясь слабой, но весьма светлой улыбкой, и даже черный цвет его боевых доспехов не выглядел столь зловещим… Какой восхитительно дивный сон подарил ей Олдис Покровитель спустя многие часы пребывания в тяжелом пустом забытьи. Просыпаться решительно не хотелось, наоборот, хотелось остаться в этом чудесном сне навсегда. Даже память не желала извлекать из своих глубин кошмарные события минувших дней.

В день, когда Арзанна отбила штурм, учиненный войском Графа Нарлунга, репрессии в лагере неприятеля продолжались до самого полудня. Потом половине солдат позволили разойтись по походным шатрам, оставив подвергнутых пыткам страдать на ярком солнцепёке. Вторая половина армии Нарлунга сомкнула ряды меж защитными заграждениями и позициями осадных машин, после чего баллисты и катапульты врага начали обстрел Арзанны. Поначалу метательные машины посылали кувшины с пылающим маслом как можно дальше через стену, стремясь устроить пожары в жилых кварталах, но вскоре запасы горючей смеси у врага иссякли, и катапульты сосредоточились на метании валунов в треснувшую надвратную башню. Однако сия тактическая уловка оказалась малоэффективна. Чародеи Лорда Ирлина, распределившиеся по башням и вдоль крепостной стены, быстро приноровились встречать летящие камни Магическими Стрелами прямо в воздухе, и вместо тяжелых ударов на столичные укрепления низвергался дождь из каменных обломков. Большую часть воинов отвели под стены, укрыв под защитными навесами, магов оберегали отряды щитоносцев, и метательные машины Арзанны приступили к ответным залпам. Сие противостояние катапульт затянулось до полуночи, когда гонец от Виконта Вэйдина явился в сторожевую башню Принцессы с просьбой посетить военный совет.

— Ваше Высочество, покорнейше прошу принять мои извинения за то, что потревожил вас в столь поздний час. — Главнокомандующий стоял перед растянутой на походной подставке картой баталии. — Но весь наш план зависит от вашего участия. С вашего позволения, я хочу посвятить вас в него.

— Вы задумали проделать нечто под покровом ночи, Виконт? — удивилась Айлани.

— Именно, Ваше Высочество! — ответствовал Вэйдин. Он извлек из ножен кинжал и принялся острием клинка указывать на карту, подкрепляя этим свои слова: — Граф Нарлунг затеял долгую осаду, теперь это не вызывает сомнений. Однако затяжная баталия нам не на пользу. Многочисленные каменные осколки, падающие на наши позиции, причиняют раны воинам и мирному населению. Целители своевременно оказывают помощь попавшим под шальные снаряды людям, пока удается избегать потерь, но что будет дальше, ведомо лишь Олдису Покровителю. Кроме того, постоянные обстрелы заставляют нас беспрерывно держать на стенах магов. Разумеется, волшебники сменяют друг друга и не переутомляются, но это не выход, ибо половина чародеев постоянно нуждается в отдыхе. В случае подхода к'Зирдского войска они окажутся неспособны на ведение серьезного сражения. А Граф Нарлунг, несомненно, ожидает именно этого.

— Разве наши метательные машины не могут разбить осадные орудия неприятеля? — поинтересовалась Принцесса, разглядывая карту. — У нас есть катапульты на башнях, они защищены, а катапульты неприятеля стоят на открытом месте…

— Это так, — согласился Вэйдин. — Но на башнях, в силу их размеров и требований к надежности конструкции, возможно размещать лишь метательные орудия средних размеров. Наши катапульты недобивают до осадных машин неприятеля. Всё, до чего наши бомбардиры могли дотянуться, либо разрушено, либо оттянуто врагом глубже в тыл. Но орудия Графа Нарлунга много крупнее наших, и потому могут беспрепятственно досаждать нам издалека.

— К сожалению, Ваше Высочество, — уточнил Лорд Тэрвис, — среди нас нет Боевых магов. Умелый чародей Зеленого ранга мог бы послать Боевой Пульсар точно во вражескую катапульту, но возможностей Желтых магов хватает лишь для того, чтобы не подпускать лучников на дистанцию оптимального выстрела. Разумеется, стрелки неприятеля могут пускать стрелы издалека, но точность подобных залпов невелика, и почти все они приходятся на зубцы крепостной стены.

— Посему Граф Нарлунг прекратил обстрел из луков и арбалетов, — подхватил Виконт Вэйдин. — Он бережет стрелы, их запасы не бесконечны. Зато валунов у него в избытке! После ужасающего падения расплавленных камней с небес, сотворенного Его Величеством, вся долина Арзанны засыпана ими. Неприятель может вести обстрел очень долго, пока баллисты не развалятся.

— Что же вы предлагаете, Главнокомандующий? — нахмурилась Принцесса и на миг закрыла глаза. — Я чувствую надвигающееся кровопролитие… хладное дуновение Смерти вновь витает рядом…

— Олдис Покровитель свидетель, — Вэйдин обвел рукою собравшихся в башне военачальников, — все мы желаем сохранить своих воинов, ибо того требует долг командира и здравый смысл. Именно потому я прошу вашей помощи, Верховный Маг! Мы хотим провести вылазку. Под утро, в самый сонный и мрачный час, когда неприятель спит самым крепким сном, а его часовые борются с дремотой. Мы разрушим осадные машины Нарлунга и заодно закроем городские ворота. Но неприятель быстро поднимет тревогу, и без поддержки Белого Мага воинам не вернуться живыми.

— Вы твердо убеждены, доблестные Милорды, что обойтись без этого нельзя? — Айлани окинула взглядом собравшихся. — Сия вылазка обернется крупной баталией, так шепчут мне магические потоки. Оборвется множество жизней, пусть даже вражеских, но помните, все те, кто стоит сейчас лагерем по другую сторону стены, суть тоже Люди и тоже граждане Редонии.

— Эти граждане Редонии заранее продали Некромантам нас и наших детей, — мрачно изрёк один из легатов. — Всю мою семью угнали в рабство, даже старика отца, едва переставлявшего ноги. Я был в походе, отлавливал мятежников в талуанских лесах, и узнал об этом много позже. От Красного мага из Тайной Полиции, ибо он пришел арестовать меня! Потому что мой сеньор, Граф Нарлунг, на покровительство которого надеялись мой отец, супруга и трое детей, отдал их к'Зирдским работорговцам среди массы прочих, даже не разбираясь. После чего мой благородный сеньор усомнился в моей будущей лояльности и предупредил Тайную Полицию. И он не ошибся, клянусь Олдисом Покровителем! Меня заковали в рабские цепи, и лишь чудесная случайность сохранила мне жизнь. Сотник Редарон поднял мятеж именно в тот вечер, и его люди освободили меня и других рабов. — Легат сжал руку в кулак и с пылающей в глазах неукротимой ненавистью заявил: — Я пойду в эту вылазку в любом случае! Даже если Белый Маг откажет нам в помощи, я всё равно выйду на бой! И за мной последуют многие!

— Да будет по-вашему, — печально вздохнула Принцесса, с тоской закрывая глаза. — Я поддержу вас в сражении… — Она посмотрела на Главнокомандующего. — Когда всё начнется?

— Через три часа, — ответствовал тот. — Ваше Высочество, нам весьма важно получить от вас указание, каких воинов целесообразнее назначить для этой баталии и на какое расстояние им допустимо удаляться от крепостной стены?

— В пределах долины я дотянусь до всех, — ответила Айлани. — Вы вольны послать в битву любого солдата, которого сочтёте полезным. Я помню трепет жизненных потоков каждого человека в нашем войске… — Она мгновение молчала, после чего едва слышно добавила: — …Так же как и в том, что стоит против нас. Я буду в своей башне, Милорды. — Она развернулась и пошла прочь, и её затуманенный печалью взор уже не замечал салютующих ей воинов.

Вылазку Виконт Вэйдин подготовил весьма искусно. Решетку ворот приподняли едва на пару локтей, и воинские десятки один за другим выползали под ней вон из города. Едва под стенами, сливаясь с ночными тенями, собрался первый батальон, его легат сей же час увел воинов в обход неприятельского лагеря, крадучись вдоль самого края долины. Пока лазутчики совершали обходной маневр, из столицы вышли ещё два батальона и двинулись к вражеским позициям на четвереньках, прячась за усыпающими долину валунами. Главнокомандующий делал ставку на отсутствие в войске Графа Нарлунга чародеев, рангом выше Оранжевого, что исключало возможность даровать часовым Зрение Кошки на время несения ночного дежурства. Учитывая плачевное положение с волшебниками, царящее в Редонии вот уже тридцать лет, вряд ли у неприятеля могли иметься магические артефакты подобного же назначения. Расчет оправдался.

Завороженные заклятьем Зрения Кошки лазутчики успешно обошли часовых и ударили во фланг спящего лагеря, устроив шум и неразбериху. Несколько магов, назначенных в их ряды, поджигали шатры Струями Огня, усиливая панику и привлекая к себе всё внимание. Сигнальщики неприятеля затрубили тревогу, поднимая спящее войско, торопливо выстраивающиеся отряды тотчас убывали к месту прорыва, по лагерю метались панические слухи, один ужаснее другого. В этот миг крадущиеся батальоны ринулись в атаку, и сошлись в схватке с охраной метательных машин. Таиться более не имело смысла, и Виконт Вэйдин приказал поднять решетку и начал выводить на помощь передовым батальонам заранее приготовленный полк.

Принцесса стояла внутри Биения Жизни в сторожевой башне и направляла к сражающимся потоки целительной энергии. Сразить поддерживаемых Белым Магом солдат были не в силах ни клинок, ни стрела, ни заклятье, и воины Арзанны проходили неприятельское войско насквозь, словно арбалетный болт сплетенную из лозы корзину. Стоящий рядом Главнокомандующий наблюдал за ходом сражения через башенную бойницу и время от времени отправлял на поле боя посыльных с приказаниями легатам рубящихся батальонов. Перед тем, как покинуть башню, гонцы получали от дежурного Желтого мага заклятье Зрения Кошки и устремлялись в ночную тьму, воодушевленные мощью Белого Мага. Это воодушевление Айлани чувствовала всем телом, оно витало в воздухе, вырабатываемое стотысячной армией Арзанны, с нетерпением ожидающей результатов сражения. Потери среди воинов, бьющихся в самом сердце жестокой мясорубки, были мизерны. Принцесса не исцеляла лишь тех, кто получил необратимое повреждение головного мозга, памятуя о вчерашних Зомби. В кровавой резне гибли сотни солдат неприятеля, и Айлани с удушливой болью ощущала неистовую жажду Виконта Вэйдина сейчас же бросить на неприятеля всю армию Арзанны, дабы умертвить врагов подчистую. Главнокомандующий с трудом сдерживал свой порыв, но она знала, что ни он, ни кто-либо ещё в Арзанне не одобряет её позиции…

— Вражеские катапульты пылают! — в двери вбежал запыхавшийся гонец. — Неприятель остался без осадных машин! Но лазутчики все ещё в окружении, им противостоит несколько полков врага!

— Передайте легатам приказ! — Вэйдин схватил с доспешной стойки свой шлем и водрузил на голову: — Всем сосредоточиться для прорыва! Идем на соединение с лазутчикам! Я сам поведу войска! Мы не бросим на произвол судьбы ни единого человека!

Он выскочил прочь, из ворот высыпали новые воинские отряды, и вскоре кровавая резня закипела с ещё большей силой. Айлани вновь и вновь наполняла живительной энергией угасающие ручейки жизней и почти не ощущала себя. Её сознание долго и невыносимо страдало, вынужденное витать прямо посреди пиршества Смерти, но позже начало подергиваться туманом бесчувственности, пытаясь спастись от саморазрушения. Погибших с обеих сторон становилось всё больше, и на её глазах сотни жизненных родников разбивались на капли, подобно хрустальной вазе, упавшей из дворцового окна в глубокую прибрежную пропасть. Капли угасающих жизней гасли, гасли и гасли…

В какой-то момент Принцесса перестала понимать, кто она, для чего существует и где находится. Окутавшееся защитным туманом сознание монотонно перераспределяло целительные потоки, и в некий миг отстраненно удивилось тому, что более никто не нуждается в излечении. Появление Виконта и его доклад об окончании боя она услышать не смогла, как не смогла понять, как испуганные телохранители врываются в Биение Жизни, подхватывая её на руки. Океаны магических потоков, пронизанные Смертью, вдруг исчезли, сменившись свежим и ласковым утренним воздухом, кто-то прислонил к её губам кубок с ледяною водой, и она даже сделала пару глотков… Кто-то что-то шептал или говорил, или это ветер шелестел среди листвы… Потом что-то тряслось вместе с ней, стуча колесами по столичной мостовой… и вновь её несли куда-то… Шелк постельного белья и звук торопливо задергивающихся портьер окончательно убедили Айлани в том, что всё вокруг ненастоящее. Просто ей приснился чудовищный по своей жестокости кошмар, и теперь стоит воспользоваться тем, что удалось вырваться из его объятий… Слабый свет вокруг померк, и изможденное сознание Принцессы медленно погрузилось в спасительное беспамятство.

Проснулась она лишь спустя сутки, к полудню, под радостные возгласы Лимми, безотрывно бдящей подле её ложа. Но несмотря на столь продолжительный сон, Айлани всё ещё пребывала в состоянии разбитости и печали, отказывалась от еды и постоянно впадала в глубокую задумчивость. Лорды Тэрвис и Ирлин единодушно прописали Принцессе постельный режим, дабы восстановить душевное равновесие, и Айлани, испив кубок прохладной воды и совершив омовение, вернулась в кровать. Пока Лимми после принятия ванны умащивала её кожу ароматными маслами согласно требованиям процедуры королевского омовения, Принцесса выслушала от неё короткую сводку о положении дел. Армия Графа Нарлунга, лишившись осадных машин, отступила к дальнему краю долины и более никаких боевых действий не предпринимает. Арзанна воодушевлена и вторые сутки гудит от вызванных столь замечательной победою эмоций. Потери неприятеля превысили наши в десять раз, а то и более! Вражеское войско поредело настолько, что численностью своею сравнялось с армией Арзанны, и потому теперь уже врагам впору опасаться нашей атаки! У ворот дворцовой анфилады ежедневно собирается весьма солидное количество горожан, желающих справиться о состоянии здоровья Её Высочества, ибо все знают о том, что битва печально сказалась на самочувствии Белого Мага, само естество которого не приемлет смерти и кровопролития.

Принцесса хотела было выйти к своим подданным, но хождение давалось ей с трудом, и от сего порыва пришлось отказаться. Айлани вернулась в наглухо зашторенную опочивальню и вновь погрузилась в сон. Бесцветное и лишенное сновидений беспамятство длилось довольно долго, после чего неожиданно сменилось ощущением теплоты и чего-то ласкового и весьма приятного. Сей же миг ей начал сниться этой восхитительный сон, в котором она рука об руку с Его Величеством стояла у бушприта вакрийского корабля. Прекрасная каравелла величественно рассекала безграничную сине-зеленую бесконечность океанской глади. Стая жизнерадостных алфинов сопровождала корабль, издавая веселые крики и беспрестанно кувыркаясь в надводных пируэтах. Ярко светило солнце, легкий попутный бриз развевал её волосы, Король улыбался ей, и его глаза были наполнены столь редкостной для Его Величества теплотой… Сознание наотрез отказывалось просыпаться, и настойчивый шепот Лимми, безжалостно ввинчивающийся в столь завораживающую идиллию, был подобен каре, низвергнутой на недостойную голову самим Олдисом Покровителем.

— Лимми… — сонно прошептала Принцесса, нехотя открывая глаза. — Ты нарушила столь чудесное сновидение… в котором мое сердце могло бы пребывать бесконечно…

— Бесконечность может подождать, Ваше Высочество! — торопливо шептала Первая Фрейлина. — Ей спешить некуда! А вот Его Величество надолго тут не задержится!

— Король здесь?! — Айлани подскочила на постели. Сон как ветром сдуло, и она увидела, что все портьеры убраны, окна распахнуты настежь, и спальня до самого укромного уголка залита яркими лучами теплого летнего солнца.

— С самого утра! — подтвердила Лимми, готовя банное полотенце изрядных размеров. — С ним целая когорта могучих чародеев, включая Верховного Мага Авлии! Именно сей Синий волшебник, узнав о том, что приключилось с Вашим Высочеством, посоветовал немедленно залить опочивальню солнечным светом. Он сказал, что свет светила исключительно благоприятен для тонуса Белого Мага, и потому все великие целители никогда не упускали возможности понежиться в его лучах!

— Что задумал Его Величество? — на ходу спросила Айлани, устремляясь в залу омовений, и тут же спохватилась: — Какой сегодня день?! Король же планировал морской поход на пиратов!

— Все уже собираются в порту, — старая Фрейлина помогла Принцессе взойти в ванну и принялась умащивать её тело алхимическими снадобьями. — Могучие чародеи из разных Королевств и оркские воины! Огромные Орки выходят из портала пешими, и Виконт Вэйдин считает, что из них составят абордажные отряды для сражения на палубах, вакрийские же пловцы смогут сосредоточиться на подводных боях…

— Я должна успеть в порт прежде, чем Король покинет Редонию! — Айлани погрузилась в теплую воду, смывая с себя нежную ароматную пену. — Иначе он откроет портал и уйдет без меня!

— Не переживайте, Ваше Высочество, — успокоила её Лимми, орудуя полотенцем, — Его Величество обязательно вас дождется. Он изрёк, что желает воспользоваться вашей помощью для открытия портала, ибо сам никогда не был на острове Маара и хочет избежать неточности. Посему перемещение начнется лишь тогда, когда вы присоединитесь к благородному собранию.

— Лимми! — ужаснулась Принцесса. — Ты хочешь сказать, что все ждут только меня?! Почему ты не разбудила меня раньше?! Что скажет Король, когда я предстану перед ним с опозданием?

— Король сам запретил тревожить ваш сон, — ответствовала графиня. — Когда Лорд Валтанор поведал о том, что яркий солнечный свет исключительно полезен для Белого Мага и вы должны пребывать во сне, принимая солнечную ванну, не менее чем до полудня, Его Величество согласился с ним. Посему мы не станем пренебрегать Королевским Этикетом ни на миг! Второй раз опозориться перед высшим светом половины Человеческих Королевств никак нельзя! Это выше моих сил!

— Мы собираемся в военный поход, а не на Королевский Раут! — возразила Айлани. — К чему терять время на излишние приготовления? — Но старушка не пожелала и слушать.

— Сие ничего не меняет! — воскликнула она. — Принцесса должна выглядеть подобающе титулу в любой обстановке! Где бы вы ни находились, везде вы представляете Редонию и её Короля! Что подумают о Его Величестве другие венценосные особы и их Верховные Маги, если вы изволите постоянно появляться в высшем обществе в образе чумазого полкового целителя?!

— Полагаю, все они подумают только хорошее, — тихо прыснула Айлани. — Думать плохо о Черном Рыцаре некоторым образом несовместимо с жизнью. — Она тут же спохватилась, и её глаза расширились от внезапного предположения: — Его Величество казнил кого-нибудь?

— Нет, — успокоила её Лимми. — Но повелел всех пленников освободить и изгнать из Арзанны, дабы не кормить лишние рты. Король сказал, что вскоре они сами обретут свою участь.

— К Арзанне движется к'Зирдское войско? — Принцесса покинула залу омовений и оказалась в зале облачения. — Я с трудом верю, что Его Величество отпустил пленников из милосердия.

— Король не объяснял своих мотивов, — пожала плечами старушка, поднося ей одежды. — Но пока о песочниках ничего неизвестно. Армия Графа Нарлунга стоит лагерем на прежнем месте, у входа в столичную долину. Но Его Величество на неё даже не посмотрел. Думы о морской баталии всецело занимают Короля. Он до полудня обсуждал её детали со своими спутниками, потом все отбыли в порт, где встречают выходящие из портала оркские отряды.

— Лимми, изволь поторопиться, — потребовала Айлани, глядя, как Первая Фрейлина тщательно расправляет складки на многочисленных кружевах её облачений. — Я не хочу заставлять Короля ждать, это в высшей степени нетактично, даже если он сам позволил мне не спешить!

— Я проведу все приготовления весьма быстро! — заверила её графиня. — Не извольте беспокоиться, Ваше Высочество. Мы все за то, чтобы вы проводили подле Короля как можно больше времени, Редония от этого только выиграет! Именно поэтому я не могу позволить вам предстать перед Его Величеством в неподобающем виде! — Она взяла гребень и с немалым уменьем начала укладывать длинный водопад волос Принцессы. — Вскоре вы будете неотразимы более чем обычно!

«Вскоре» настало только спустя два часа, когда Лимми, придирчиво осмотрев Айлани в шестнадцатый раз, наконец, сдалась. Старушка объявила, что предписываемых этикетом нюансов, от которых пришлось отказаться в силу отсутствия времени и нужного количества фрейлин, ещё непочатый край, но она уже может пойти на сделку с собственной совестью и позволить Её Высочеству появиться где-то кроме будуара. Айлани наотрез отказалась от обеда и потребовала немедленно подать карету, едва ли не бегом покидая покои Королевы Ариллы.

— Ваше Высочество, испейте хотя бы водицы! — Лимми спешила за ней с кубком в руках. — Свежайшая, прохладная, только что доставили из магического источника в дворцовом саду!

— Дарнэт же приказал завалить его камнями и засыпать землей, — удивилась Айлани, делая глоток.

— Люди Лорда Ирлина откопали источник вчера к вечеру, — Первая Фрейлина засеменила вокруг Принцессы, высматривая в роскошном туалете возможные недостатки. — Множество горожан принимало участие в его очищении, все желали возродить источник к вашему пробуждению! Он бьёт вот уже четвертый час, и его воды вновь приобрели хрустальный звон и чистоту!

— Вода весьма приятна на вкус и освежает, как прежде. — Айлани вернула графине пустой кубок. — Скажи всем, кто трудился у источника, что я искренне благодарна им. А теперь поторопимся!

— Так уже бегу, Ваше Высочество! — в руках у Лимми откуда ни возьмись появилась корзинка с походным завтраком. — Вы можете откушать в карете, пока мы будем ехать в порт!

— А если на Мантию Резонанса упадут крошки? — улыбнулась Айлани, на ходу склоняя подбородок в ответ на салют ожидающих её телохранителей. — Ты потащишь меня переодеваться?

— Я повяжу вам обеденную салфетку! — Первая Фрейлина была сама серьезность. — Вчера я таки добралась до Лорда Тэрвиса и заставила этого старого лентяя и тунеядца сделать хоть что-то полезное! Он зачаровал мне салфетку согласно всем требованиям Уложения о Королевских Пирах, входящего в Королевский Этикет. Я сама проверила результат зачарования. Салфетка притягивает крошки и капли, не позволяя им загрязнить одежды, как и должно. Старый проходимец в кои-то веки принес пользу!

— Лимми, сейчас же прекрати ворчать на Наставника! — Айлани хотела было нахмуриться на старушку, но не смогла. Она любила старую Фрейлину, с самого детства заменившую ей мать, и никогда не умела сердиться на неё или надолго обижаться. — Его помощь неоценима, равно как твоя!

— Неоценима! — всплеснула рукою старушка, крепко удерживая корзинку с обедом. — Ну надо же! И где же сей незаменимый учёный муж?! Где, спрашивается, его носит?! Принцесса отправляется к Королю без своего Наставника! Неслыханное разгильдяйство!

Лорд Тэрвис обнаружился подле стоящей у дворца кареты. Он выполнил приветственный поклон и распахнул перед Айлани дверцу, но едва все они уселись внутри, немедленно подвергся возмущенной тираде от Первой Фрейлины. Выяснилось, что именно старый маг целиком и полностью виноват в том, что Принцессе пришлось столь длительное время потратить на облачение и приведение себя в надлежащий вид.

— Ты, что, старый прохвост, думаешь, будто у меня сто рук? — тихо шипела на обреченно внимающего чародея старушка. — И я запросто могу полностью свершить утренний туалет Её Высочества в одиночку?! Из-за тебя Принцесса не просто заставила Короля ждать, она предстанет перед ним с не выровненными ресницами! Их изгиб имеет недостаточную величину для официального мероприятия, устраиваемого на открытом воздухе!

— Его Величество вырос среди народа Орков, — хмуро отбивался Наставник. — Сии нюансы ему неинтересны. Он не обращает внимания на подобные мелочи…

— Ещё как обращает! — Лимми набросилась на него с удвоенной силой. — Орки весьма тонко чувствуют прекрасное! В отличие от тебя, старый неотесанный мужлан! Ты никогда не был способен оценить настоящую красоту, даже если она находится под твоим носом! Мелочи! Подумать только! «Сии нюансы» придают Принцессе неповторимый шарм! Его Величество видит их, даже не заостряя на них внимания! Но я не могу делать одна то, на что требуется хотя бы четыре фрейлины!

— Где же я их возьму?! — столь же жарким шепотом возмущался чародей. — Простолюдины не знают Королевского Этикета! Поддержавшие узурпатора дворяне либо умерщвлены Королем, либо покинули Арзанну, провинциальное дворянство казнено Тайной Полицией Дарнэта либо бежало из Редонии! У меня возникает мысль, что не я один не замечаю очевидного, происходящего под носом!

— Хам! — Первая Фрейлина задохнулась от возмущения. — Мужлан! Женоненавистник!

— Достаточно! — Айлани несильно хлопнула ладошкой по бархатной подушке. — Лимми! Перестань, мне это надоело! Ты прекрасно справляешься одна, я не желаю видеть вокруг себя иных фрейлин, они всегда нагоняли на меня тоску своими бесконечно глупыми стремлениями и интересами. Их непрекращающийся щебет о том, чей праздничный туалет дороже, насколько ценна карета того или иного дворянина, и кто кого соблазнил на балу или стоически отказал себе в сим удовольствии, вгоняли меня в уныние. Я не желаю повторения этого кошмара, меня всё устраивает!

— Вот и я говорю — нам не нужны безмозглые говорящие куклы! — мгновенно согласилась Лимми. — Как было бы прекрасно отыскать какую-нибудь из представительниц провинциального дворянства… — Она поймала взгляд Принцессы и торопливо схватилась за корзинку с обедом: — Не желаете откушать, Ваше Высочество? Лорд Тэрвис сотворил замечательную столовую салфетку…

— Я не голодна! — строго нахмурилась Айлани. — Я отобедаю вместе с Его Величеством, когда этому настанет черёд. А сейчас извольте сохранять тишину, мне необходимо подумать!

Графиня умолкла и принялась обжигать старого мага красноречивыми взглядами, не оставляющими сомнений в том, что Наставник обречен, и ожидающая его участь весьма плачевна. Сам чародей усердно смотрел в окно, скрупулезно изучая окрестности, и делал вид, будто не замечает намёков. Айлани откинулась на мягкую бархатную спинку каретного дивана и старалась выстроить линию своего поведения при общении с Королем. Его Величество явно не благоволит Редонии, ибо в первую очередь озабочен спасением иных Королевств. Сие объяснимо, учитывая трагическую судьбу Короля Эдрионга Справедливого и Королевы Ариллы… В то же время Король не мстит ей за деяния отца и даже милостиво оставил за ней титул Принцессы… Но Айлани боялась, что всё случилось так исключительно потому, что она суть Белый Маг, и только. Его Величество благоволит чародеям, ибо желает умножить их силою мощь оркских лавин, вот и она для него лишь полковой целитель… А ей так хочется быть для него кем-то большим… Но что делать, если сердце твоего возлюбленного холодно к тебе? Магия тут бессильна… Лимми постоянно успокаивает её, утверждая, будто Король заинтересован в Принцессе более, нежели в искусном врачевателе редкостной силы, но Айлани не находит подтверждения её словам, а в игре мимолетных взглядов она не сильна. Его Величество всегда суров и немногословен, как тут понять, что в действительности он думает о ней? Айлани пожалела, что рядом нет Лранги. Оркская красавица никогда не теряется в догадках и не кривит душой, ее мнение было бы в сие время нелишне… Как бы так организовать с ней встречу и узнать, как прошла её беседа с Королем, в коей Лранга выступала личной посланницей, доставляющей выражение симпатий? По виду Его Величество не понять, состоялась ли сия беседа вообще… А вдруг из-за войны Лранге не удалось поговорить с ним?

Карета достигла столичной окраины и начала спуск к порту. Айлани устремила взор в окно, на закрывающую морской горизонт исполинскую волну, застывшую посреди моря. Громадное цунами, замершее за миг до нанесения ужасающего удара, играло солнечными бликами, переливающимися в могучих водных бурунах, неподвижно нависающих над зеленой морской гладью на высоте в половину лиги. Несколько чаек с протяжными криками кружили над исполинским гребнем, время от времени пикируя на выпрыгивающие из воды стайки мелких крылатых рыбёшек. С тех пор, как сие воплощение ярости океана вознеслось пред портом Арзанны, пиратских парусов никто не замечал даже на горизонте. Небольшие морские караваны Вакри приходили в Арзанну уже дважды, доставляя груз продовольствия, и ни разу на их пути не встретилось ни единого пирата. Айлани сии известия весьма радовали, но сами капитаны вакрийских кораблей были мрачны и заявляли, что сдаваться без боя не в правилах Воинов Морей. Пираты вернутся и нанесут удар в другом месте. Ей очень хотелось, чтобы кровопролитие прекратилось хотя бы на столь изумительно прекрасных океанских просторах, но приходилось признать правоту морских торговцев. Души населяющих Парн разумных существ окутала тьма, и нет более уголка, где ныне не проливается кровь.

Порт оказался переполнен горожанами, явившимися посмотреть на военные приготовления могучего Короля, и карете пришлось медленно ползти через расступающуюся перед экипажем Принцессы толпу. Многие люди желали ей всяческих благ и милости Олдиса Покровителя, и Айлани выглянула в окошко, дабы поприветствовать своих подданных. Увидев Принцессу, толпа разразилась радостными возгласами и рукоплесканиями. Многие люди, улыбаясь, кричали ей что-то ободряющее, и она улыбалась в ответ, не желая верить, что многие из этих людей ещё несколько дней назад стояли здесь же, в порту, и пылали яростью, гневно упрекая её в покровительстве изменникам и тунеядцам. Почему настроения людей столь переменчивы? Почему, если им плохо, то обязательно должно быть плохо всем вокруг, и хорошо другим может быть лишь тогда, когда хорошо им самим, и ни в коем случае иначе?.. Неужели Король прав, и у Людей не может быть по-другому, человеческая природа эгоистична и подла, и суть её недалека от к'Зирдской?.. Неужели он относится к ней столь пренебрежительно именно из-за того, что она Человек? У него есть друзья среди Людей, сие ей ведомо, Его Величество неоднократно отзывался о них с гордостью, но… Но стремления её сердца простираются гораздо дальше дружбы, а ведь дружба и любовь суть не одно и то же. Ибо дружба в любви не нуждается, а истинной Любви без дружбы не бывать. И как же ей быть? Она вспомнила шутку могучего Гронга Неотразимый Удар: «Предлагаю Белому Магу позеленеть и отрастить клыки!» Жаль, что Великие Боги не предусмотрели для Белого Мага возможности подобной метаморфозы.

Карета выбралась из толпы и достигла портовой площади. В её центре расположились пешие отряды оркских бойцов, и горожане опасались приближаться к увешанным оружием клыкастым гигантам. Подле крайнего отряда Орков собралось множество Людей в волшебных мантиях, и у Айлани невольно захватило дух от обилия чародеев. Столь большое количество магов в одном месте ей не доводилось видеть никогда. Седовласые старцы, благородные мужи, прекрасные женщины, всюду дорогое сукно и шелка одеяний, пропитанные волшебными чарами и покрытые искусной и весьма изящной вышивкой. Среди красных, оранжевых, желтых и лазурных узоров мантий бросались в глаза зеленые одеяния, расшитые под узоры лесистой или полевой местности. Облаченные в них маги обладали жестким взглядом и волевыми чертами лица, и имели на своих перевязях множество мешочков, сумок и подсумков, сквозь ткань и кожу которых истекало эхо боевых энергий, заключенных в мощные военные артефакты.

— Какое изумительное зрелище! — негромко выдохнула Айлани. — Я и представить себе не могла, что увижу когда-нибудь столько чародеев сразу… Теперь я понимаю, почему термин «Боевой маг» применяется к волшебникам Зеленого ранга охотнее, нежели официальная цветовая классификация…

— Когда-то магическая жизнь Редонии не уступала сему благородному собранию, — изрёк Лорд Тэрвис, обозревая портовую площадь. — Королевский праздник по случаю юбилея Школы Магов Редонии собирал в столице тысячи чародеев! Помимо традиционного при сих обстоятельствах трехдневного Раута и Королевского Бала, проводились научные собрания и дискуссии, под стенами Арзанны в столичной долине устраивались полевые лаборатории, испытательные площадки и выставки всевозможных сортов хрусталя и минералов, пригодных для создания артефактов. Множество магов делились опытом с коллегами по цеху, особенно выигрывало от сих мероприятий целительское направление чародейства. Научные фолианты Школы Магов в такие дни всегда пополнялись новыми данными, зачастую весьма ценными и даже уникальными! Королевское Празднество в честь редонийской Школы Магов всегда посещало множество волшебников из других Королевств, ибо сей научный симпозиум был известен далеко за пределами Редонии… — Наставник печально вздохнул. — Сия золотая пора давно канула в Лету, но так было.

— Ваш рассказ звучит подобно красивой сказке, — с грустью произнесла Принцесса. — Как бы я хотела заявить, что отныне в Редонии так будет всегда! Но замыслы Великих Богов непостижимы, кто знает, что станет с нашим Королевством уже завтра…

— Завтра с ним ничего не станет, — спокойный голос Короля заставил её вздрогнуть от неожиданности. Дверца кареты распахнулась, и Айлани увидела Его Величество, стоящего подле подножки в окружении Синих магов-близнецов. — Ты вовремя, — он протянул ей руку, помогая покинуть карету. — Все приготовления к походу только что завершены. Можно открывать портал.

Айлани спустилась на мостовую и выполнила пред Королем реверанс. Следом вышел Лорд Тэрвис и помог выйти Первой Фрейлине, немедленно замершей в реверансе рядом с Принцессой.

— Милорды, — Его Величество смерил Айлани взглядом и обернулся к Синим чародеям. — Вы не находите, что сегодня Белый Маг выглядит весьма привлекательно?

— Принцесса Айлани всегда неотразимо прекрасна, — согласился один из улыбающихся волшебников. — Но сегодня её красота не имеет себе равных!

— Истинно так. — Король Трэрг перевел взгляд с Айлани на Лимми, и на его губах мелькнула едва заметная усмешка: — Миледи, сегодня вы превзошли сами себя. — Он вновь посмотрел на Айлани: — Надеюсь, тебе будет удобно стоять на раскачивающейся корабельной палубе посреди сражения во всем этом ворохе одеяний. Или ты не располагаешь возможностью принять участие в походе?

— Располагаю, Ваше Величество… — упавшим голосом произнесла Принцесса. — Я переоденусь…

— Не стоит, — оборвал её Король, — не будем терять времени. Сударь Тим ожидает нашего появления на острове рода Маара сегодня. — Он бросил взгляд на солнце: — Условленный час настал. Можешь найти Сударя Тима в течениях целительных энергий? Я никогда не был на его острове и посему буду искать его довольно долго. Более разумно открыть портал сразу рядом с ним, как сие стало возможным тогда, в Нимии. Или тебе обязательно нужен умирающий человек для поиска?

— Нет-нет, что вы! — ужаснулась Айлани. — Я отыщу Сударя Тима и в добром здравии! Мне неоднократно доводилось исцелять его от ран, и в биении его жизненных ритмов есть моя энергия. Я разыщу её вибрации, остров рода Маара не столь далеко от Редонии, как степи Ругодара, сие не займет много времени!

— В таком случае — приступай к поиску прямо сейчас, — изрёк Его Величество. — Войско пребывает в готовности, всё зависит только от тебя.

Синие чародеи-близнецы немедленно спрятали улыбки, натягивая на лица серьёзные мины, и, сославшись на важные надобности, откланялись. Они немедленно удалились к собранию волшебников, но исходящие от них магические потоки, не укрывшиеся от сознания Айлани, сообщали о веселом настроении магов. Она вдруг почувствовала, что они тихо обсуждают меж собою вероятность создания свадебного союза Черного Рыцаря с Белым Магом, ибо с самого Начала Времен сей нонсенс является столь невозможным, что доселе его никто и никогда даже не обсуждал, потому как подобная мысль и в голову-то никому не приходила. Причем оба Синих мага были уверены, что Айлани влюблена в Трэрга, и спор вёлся исключительно на тему степени его к ней отношения. Внезапно Принцесса поняла, что собравшиеся на портовой площади участники экспедиционного корпуса взирают исключительно на неё, и все, включая Орков, прекрасно осведомлены о её сердечной печали. От неожиданности её охватило столь сильное смущение, что захотелось спрятаться ото всех сразу, и Айлани закрыла глаза. Не очень надежное убежище, но хотя бы взглядов не видно… Словно в насмешку, магические потоки тотчас раскрылись перед нею, и она почувствовала эмоциональную составляющую мыслей собравшихся. Превосходно. Едва ли не весь Эфрикк знает о её любви к Его Величеству. Более того, это вторая по обсуждаемости тема после боевых действий, которая всех интересует. Айлани уловила вибрации любопытства совсем рядом и обреченно вздохнула. Даже её собственный Наставник в целях науки стремится не упустить подробностей, ведь подобного прецедента история магии ещё не знала…

— Тебе нездоровится? — она торопливо распахнула глаза и увидела прямо перед собой лицо Трэрга. — Посмотри на меня! — Он вгляделся ей в глаза. — Теперь чуть выше… — шаман мгновение смотрел на неё, после чего неожиданно коснулся её лба губами и нахмурился: — Я не вижу недуга. Ты не хочешь принимать участие в битве? Твой Наставник рассказывал, что недавнее сражение далось тебе весьма тяжело. Ты можешь остаться, если желаешь, только портал открыть помоги.

— Со мной всё хорошо, — смутилась Айлани, пытаясь унять изрядное сердцебиение, возникшее от мимолетного поцелуя. — Не извольте беспокоиться, Ваше Величество! Это незначительное недомогание… оно уже прошло… я сейчас же разыщу Сударя Тима!

Она поспешила вызвать Око Целителя, сотворила из него Биение Жизни и скрылась ото всех среди магических потоков. В мире первозданных энергий Принцесса почувствовала себя много более уверенно. Здесь пристальные взгляды были не в силах тревожить её застигнутые врасплох чувства. Множество любопытных магических ручейков потянулись к ней со стороны собрания волшебников, но она с легкостью ускользнула от них, спрятавшись за энергиями Его Величества. Вибрации волшебных потоков Короля, хлесткие и жесткие, словно сталь его доспехов, выглядели среди сотен тысяч ручейков жизненных ритмов огромной черной сферой, с силой отбрасывающей от себя всё, что имело неосторожность приблизиться. Айлани испугалась, что энергии Черного Рыцаря отшвырнут и её, выбив из хрупкой оболочки Биения Жизни, но этого не случилось. Более того, вблизи зловеще выглядящей черной сферы её собственные потоки наполнились уютным теплом, и она ощутила, как страхи и неуверенность отступают прочь. Принцессе нестерпимо захотелось ощутить, как воспримут звенящие сталью черные энергии её прикосновение, и она потянулась к ним…

Внезапно мир первичных потоков волшебства, пронизывающего мироздание, померк в её сознании и сменился картиной, неотличимой от реальности: Айлани стояла посреди круглого помещения, каменные стены которого прорезали узкие стрельчатые окна-бойницы. Окна были лишены остекления, но ничто извне было не в силах проникнуть внутрь. Ибо в помещении незримо бушевал смерч из магических потоков, заполняя его целиком. Яростные энергии немыслимой силы, скрученные в тугую спираль, были столь огромны, что в лишенном всякого дуновения помещении волосы Айлани развевались, точно при урагане, сияя сиреневым блеском струящейся по ним магии. В самом центре абсолютно пустого помещения находилось высокое каменное ложе, на котором лежал человек, облаченный в шаманский доспех Орков. Боевые чары, пропитывающие Звездный Металл, тускло отсвечивали антрацитовым блеском в полумраке волшебного склепа. По обе стороны от воина были уложены его мечи, и кисти вытянутых вдоль тела рук лежали на их рукоятях. Глаза могучего шамана были закрыты, дыхания не было, лицо хранило выражение спокойствия и мрачной решительности. На ложе возлежал Король Трэрг, и Айлани стояла подле него, сжимая в ладонях его руку. Лежащий на ложе Его Величество ничем не отличался от себя настоящего, но вот Принцесса Айлани была иной. Кожа её лица и рук несла на себе крохотные морщинки и складки, свойственные немолодым людям. Бремя невыразимой печали и многолетней грусти словно давило на неё отовсюду, и лишь яростное буйство беснующейся вокруг воронки было способно ненадолго облегчать сию тяжесть. Та, другая Айлани, стояла молча и неподвижно, не отрывая глаз от Трэрга, как делала она множество раз прежде. Ибо сие происходило не впервые, но сейчас случается в последний раз. Именно в последний, Айлани-наблюдательница почему-то знала об этом совершенно однозначно. Неожиданно губы безмолвно стоящей женщины шевельнулись, и в тишине яростно ревущих магических потоков раздался негромкий голос Айлани:

— Я никогда не оставлю тебя, любимый… ты не достанешься Смерти. Я верну тебя к жизни, сколько бы веков ни минуло в ожидании, когда пробьёт час…

Она бережно уложила ладонь неживого воина на рукоять меча и плавно подняла руки, медленным движением разводя их в стороны. Женщина-Айлани смежила веки и замерла, сливаясь с пронизывающими мироздание магическими потоками. Мгновение ничего не происходило, затем её тело начало светиться изнутри мягким белым сиянием. Интенсивность свечения нарастала, и вскоре женщина стала источником лучистой энергии столь ярким, что всё вокруг утонуло в белом сиянии. Излучение света достигло апогея и завершилось ослепительно-яркой вспышкой, белизной своею затмевающей кристальную чистоту снежных шапок Доргалинда. Свечение сей же миг погасло, и Айлани-наблюдательница увидела, что женщина-Айлани исчезла без следа, лишь пустые одеяния, утратившие человеческое тело, плавно опустились на пол, шелковыми струями растекаясь по черному камню у подножия ложа. Тугая воронка бушующих вокруг исполинских энергий беззвучно взревела, исполняясь ещё большей ярости, и окружающий полумрак потемнел…

Видение пропало столь же нежданно, как появилось, и Айлани вновь оказалась посреди сплетения сотен тысяч ручейков бьющихся сердец. Её сознание встрепенулось, обретая реальность, гнетущее чувство быстро улетучилось, и от сферы черной энергии, клубящейся неподалеку гигантскими налитыми угрожающей тяжестью бурунами, вновь пришло успокаивающее тепло. Странное тревожное видение стремительно утонуло в глубинах памяти, и к Принцессе вернулось чувство легкости и слияния с потоками жизни. Она устремилась вперед и вдаль, распространяясь среди океана вибраций всевозможных живых существ, и прислушалась к их мягкому дрожанию, отыскивая знакомые ручейки. Мимо неё мелькали жизни рыб, медуз, морских зверей, алфинов, стаек морских птиц, экипажей вакрийских судов, ведущих рыбный промысел… Небольшой, но уверенно бьющий родничок сердца Сударя Тима она нашла быстро. Вакрийский торговец в окружении родичей стоял на причале своего острова и в ожидании появления Людей сверялся с солнцем.

Айлани подхватила его образ и направила его в глубь черной сферы, но взвинченные потоки мощных энергий отшвырнули его прочь. Тогда она поискала сознанием медальон Короля. Вибрации целительной магии, живущие у сердца Его Величества, приняли образ Вакрийца, и черная бездна тяжелой сферы впустила в себя чужую энергию. Её могучие буруны вскипели, выбрасывая мощный поток, и Принцесса ощутила смещение невероятно огромного пласта вселенской магии. Как всё-таки огромен потенциал Черного Рыцаря… И почему столь безграничная сила дарована Великими Богами владельцу исключительно для разрушения и умерщвления всего живого? Сколько добра можно было бы сотворить…

— Потому что добром войны не выигрываются, — голос Трэрга пролился на неё, словно ушат ледяной воды. — Ты управляешь Редонией несколько недель. За это время тебе пришлось провести несколько битв. Во многих ли из них ты одержала победу без помощи клинков и заклятий?

Айлани, опешив, выпала из магических потоков и посмотрела на Короля сквозь призрачное сияние Биения Жизни. Его Величество находился рядом и тоже разглядывал её. Она подумала, что из-за постигшего её столь тягостного и непонятного видения провела среди магических потоков слишком много времени, и это заставило Короля озаботиться её состоянием.

— Прошу прощения, Ваше Величество, за столь долгое отсутствие, — поспешила принести извинения Айлани. — В следующий раз я буду более расторопна.

— Но ты справилась весьма быстро, — удивился Король. — Не прошло и десяти ударов сердца. Все восхищены твоими… — он неожиданно сделал легкую паузу, — …достоинствами.

— Но как вы узнали мои мысли? — не удержалась Принцесса. — Неужели вам доступно и такое?

— В действительности мне мало что доступно помимо боевых чар, — ответил Его Величество. — Просто свой вопрос относительно разрушения и умерщвления ты произнесла вслух. Открою тебе страшную тайну: у меня есть уши. Берегись!

Айлани невольно прыснула. Через Биение Жизни Король Трэрг выглядел немного иначе. Призрачная преграда смягчала жесткость его взгляда, а исходящая от него колкая и хлесткая энергия, проходя внутрь, становилась теплой и совсем не злобной.

— Вам удалось увидеть присланный мною образ Сударя Тима? Я могу помочь чем-то ещё?

Ответ на этот вопрос был очевиден, ибо Айлани почувствовала открытие портала ещё в миг его сотворения. Но вылезать в обычный мир не хотелось, и она попыталась выкроить для себя несколько дополнительных мгновений.

— Благородные Орки уже проходят в портал, — ответствовал Король. — Ты указала на Сударя Тима с великой точностью. Но если хочешь подольше посидеть в этой своей целительской штуковине, то пусть будет так. Я ощущаю, что внутри неё тебе лучше, нежели снаружи. Мы охотно полюбуемся тобой ещё, благо без всего этого вороха пышных тряпок ты выглядишь гораздо симпатичнее.

— То есть как? — озадаченно уточнила Айлани. — Боюсь, я не поняла вашей фразы…

— Когда ты внутри своей сферы, твоих одежд не видно, — объяснил Его Величество. — Разве тебе никто об этом не говорил? — Он улыбнулся, глядя, как она торопливо гасит Биение Жизни и смотрит на всех ошарашенными глазами, и успокоил: — Не волнуйся, тебе нечего опасаться. Виден лишь силуэт. Но его обводы радуют глаз. Присоединяйся к магам, они с нетерпением ожидали твоего появления. Поговори с ними. У вас есть немного времени, пока в портал входят оркские воины.

С этими словами Король направился к порталу и спустя несколько мгновений скрылся в черном мареве энергий вместе с одним из отрядов клыкастых исполинов.

Объединенный флот торговых родов Вакри шел при попутном ветре на всех парусах, и казалось, будто множество белоснежных облаков спустилось с небес к океану и величественно плывёт сейчас над морской гладью. Айлани стояла на своём излюбленном месте у бушприта и, держась за один из канатов такелажа, обозревала океанские просторы. Утро выдалось чудесным, море не испытывало волнения, и день обещал быть весьма теплым и солнечным. Её быстроходный корабль скользил по необъятным сине-зеленым просторам впереди всех, и Айлани подставила лицо ласковому ветру, задорно треплющему её локоны, ниспадающие из туго перевязанной лентами фигурной укладки. За прошедшее время искусные вакрийские резчики успели зашлифовать часть пиратских узоров, покрывавших поверхность корабля, и сейчас свободные от вахты моряки накладывали новую резьбу, с кропотливой тщательностью вырезая каждую малую черточку. Морской поход продолжался третьи сутки и до сих пор протекал спокойно. Бывший ранее пиратским, корабль Принцессы имел более высокую скорость в сравнении с торговым флотом, и потому поднял лишь часть парусного вооружения, дабы не отрываться от остальных. Команда не была загружена морскими делами и с удовольствием изменяла облик корабля, изображая на поверхностях его надстроек исторические сцены великих деяний Белого Мага.

Когда экспедиционное войско Альянса вышло из портала посреди морского порта острова рода Маара, у Айлани глаза разбежались от обилия всевозможных судов, стоящих у причалов и на рейде. На предложение рода Маара вступить в Альянс Орков и Людей откликнулось три десятка торговых родов, над островными вотчинами которых нависла угроза пиратско-к'Зирдского опустошения, и все они прислали корабли для участия в битве. Почти четыреста морских вымпелов усеивали море у острова Маара, и каждый из них был не просто не похож на другие, но являлся воистину уникальным произведением искусства. Культура народа, неразрывно связанного с океаном, была запечатлена в собравшемся флоте, с филигранной точностью повторяющего формы и очертания обитателей морских глубин. Пузатые киты торговых кораблей, призванные перевозить множество грузов, чешуйчатые осетры рыболовецких судов, что ведут промысел морской фауны и флоры, громадные неповоротливые морские черепахи плавучих мануфактур, перерабатывающих добычу рыболовов в изысканные продукты, весьма забавные губастые и пучеглазые рыбы-ежи, необходимые для перегрузки важного груза с борта на борт посреди открытого моря…

Кораблей было столько, что Айлани насчитала не менее двадцати судов, изготовленных в виде рыб, коих ей никогда не доводилось видеть даже на картинках фолиантов по естествознанию. Её бывший пиратский корабль-акула смотрелся посреди бесконечного разнообразия весьма агрессивно, и Принцесса вспомнила, что пиратские рода Вакри изготавливают свои корабли исключительно в виде злобных и опасных морских хищников: акул, мурен, барракуд и прочих кровожадных тварей. Перепутать появившийся на горизонте силуэт торговца и пирата опытному глазу невозможно, даже если смотреть приходится с верхушки мачты на весьма большом расстоянии. Посему неудивительно стремление вакрийских матросов превратить покрывающие корабль Белого Мага кровожадные узоры в благородные картины, исполненные добра и умиротворенности, присущей ратующему за сохранение любой жизни великому целителю. Если корабль Принцессы издали будет внушать опасения любому встречному судну, то пусть сия враждебность развеется хотя бы вблизи…

Объединенный флот отправился в плаванье с наступлением темноты, дабы под покровом ночи преодолеть незамеченным как можно большее расстояние. В поход выступили триста торговых кораблей, каждый из которых принял на борт сводный отряд оркских воинов и человеческих магов. Для бесперебойного обеспечения столь крупных сил провизией вместе с флотом следуют три десятка рыболовецких судов и плавучая мануфактура для изготовления морепродуктов из добытого улова. Когда Айлани увидела сию исполинских размеров деревянную морскую черепаху, над которой возвышался целый лес мачт и десятки парусов, медленно выползающую из-за вакрийского острова, она не сразу поверила своим глазам, настолько велико оказалось сходство плавучего города с морским животным. Ранее она неоднократно слышала о плавучих городах-мануфактурах, но видеть подобное своими глазами ей не доводилось.

— Она словно настоящая черепаха! — восхитилась Принцесса. В тот момент она только что взошла на борт и в ожидании прибытия Его Величества беседовала с Сударем Тимом. — Только весьма велика и с множеством парусов! Вакрийские плотники не только искусные корабелы, но и талантливые виртуозы изящных искусств! Сколько же моряков требует для себя подобное судно? Мне доводилось прочесть трактат об истории торговых союзов Редонии с родами Вакри, там упоминалось, что сии мануфактуры суть настоящие плавучие города!

— Это действительно так, — ответствовал тот. — Непосредственно с парусным вооружением мануфактуры управляются две сотни матросов. Но в целом на её борту более тысячи Вакри. Множество семей живут там постоянно, если не обременены заботой о новорожденных детях. Постройка такого города требует огромного количества дерева и потому доступна далеко не всем. Только весьма крупные торговые рода, имеющие возможность накопить столь великое количество древесины, могут осилить подобное строительство. Зачастую на накопление материалов уходило более пятидесяти лет, и не менее тридцати лет длилось само строительство. Это мечта каждого торгового рода, но исполнить её дано далеко не всем.

— Восемьдесят лет! — изумилась Айлани. — Целая жизнь, посвященная строительству корабля!

— Так и есть, Ваше Высочество, — подтвердил Сударь Тим. — Постройка плавучей мануфактуры суть дело всей жизни для двух, а то и трех поколений рода. Но это творение на века, сии мануфактуры живут много дольше своих создателей, но имя каждого из них увековечено в узорах, покрывающих их надстройки. Кораблю, на который взираете сейчас вы, более семисот лет.

— Это изумительно! — Принцесса разглядывала огромную парусную черепаху. — Но где же происходит строительство такого плавучего города, неужели на верфях имеется столько места?

— Наши острова суть вулканы, потухшие множество эпох назад, в самое Начало Времен, — покачал головой вакриец. — Их склоны круты и имеют весьма малое пологое пространство, и всё оно занято под порт. Ни одна верфь не сможет вместить в себя плавучий город. Поэтому его строительство идет прямо в море.

— В море?! — удивленно переспросила Айлани. — Но как такое возможно?! Там же нет твердой поверхности! А если разразится шторм или из океанской бесконечности придет цунами?

— Если посвятить жизнь целого рода достижению великой цели, то не может быть ничего невозможного, — улыбнулся Сударь Тим. — Мы рождаемся в океане и уходим туда на закате жизни. Морские волны для нас много удобнее земной тверди, соленая вода приятнее пресной, купание в залитой лучами светила океанской толще желаннее солнечных ванн, а наша древесина не тонет. Никто иной в мире не способен построить корабль посреди водной глади, сие мастерство Великие Боги даровали только нашему народу! Пусть строительство на волнах и замедляет процесс, но позволяет к моменту завершения постройки иметь надежно просоленную морскою водою древесину, словно корабль ходил по океанским просторам всё это время.

— Народ Вакри любит море, и оно отвечает ему тем же. — Принцесса задумчиво рассматривала разнообразие вакрийских судов. — В Человеческих Королевствах не всякий дворец простоит на земле семь веков, не будучи разрушен, а тут целый город столетиями существует посреди океана…

— Океан — суть вся жизнь вакрийца. — Сударь Тим приложил руку к сердцу, выражая уважение раскинувшейся вокруг водной бесконечности. — И пусть наши корабли строятся медленно и стоят несказанно дорого — сие не имеет значения. То, что потрачено на постройку дедами, окупят внуки, ибо вакрийские суда необычайно долговечны, и самые разрушительные шторма всегда обходят нас стороной. Мы чувствуем настроение моря, словно своё собственное.

— И какая же погода нас ожидает? — улыбнулась Айлани, указывая на чистый горизонт. — Не встретит ли нас завтрашнее утро грозовыми тучами и сердитым волнением?

— Близ нашего острова море будет спокойным ещё двое суток, — ответствовал Сударь Тим. — Насколько благоприятной окажется погода там, куда мы отправимся вечером, будет понятно позже. Но ночной ветер будет попутным, и к утру наш флот покрыл бы весьма значительное расстояние, если бы имел возможность идти на полном ходу.

— Что же нам мешает? Плавучий город не может двигаться столь же быстро? — предположила Принцесса. — Разумно ли в таком случае брать его с собою в полное опасностей предприятие?

— К сожалению, этой мануфактуре более некуда идти, — вакриец печально склонил голову. — Сей корабль суть всё, что осталось от рода Лиара. Восемь дней назад огромная пиратская эскадра окружила их родовой остров и высадила на него бесчисленное количество к'Зирдов. Песочники безо всякой жалости перебили всех, даже младенцев, и остров был объявлен необитаемым. Один из пиратских родов, не имевших вотчины, согласно Закону Предков заселил его. Все корабли рода Лиара были потоплены в бою, уцелела лишь сия плавучая мануфактура и несколько рыболовецких судов, ибо в тот момент все они находились на промысле вдали от родных берегов. Пираты разыскали и их, и рыболовы ценою своих жизней вырвали у врага возможность для плавучей мануфактуры спастись бегством. Плавучий город велик и не столь быстроходен, ибо обычно ему некуда спешить. Пираты не стали преследовать его потому, что не желали напрасных потерь. Население мануфактуры не перебить за пару часов. Как только команда поймет, что обречена на гибель, из трюмов будет поднято масло из жира синего полосатозуба, что способно пылать даже в толще вод. Мануфактура сгорит со всем своим населением, но не достанется пиратам. И вместе с нею сгорит множество Воинов Морей. Проще не затевать бессмысленную погоню.

Вакрийский торговец мгновение смотрел на ползущую по морской глади исполинскую черепаху, после чего подытожил:

— Посему род Лиара испросил у Альянса дозволения следовать на битву вместе с флотом. Их присутствие не станет обузой. Мануфактура велика, она будет обеспечивать войска продовольствием отменного качества и сможет принять на борт раненых или экипаж потопленного корабля. — Он перевел взгляд на Принцессу. — Вы как раз исцеляли беженцев, Ваше Высочество, когда велось обсуждение их просьбы. Представители Альянса дали своё согласие.

— Его Величество Король Трэрг сказал что-нибудь по этому поводу? — уточнила Принцесса. — Он обещал роду Лиара отбить у пиратов их остров?

— Нет, — покачал головой Сударь Тим. — Он не дал никаких обещаний, лишь сказал, что не против участия мануфактуры в походе. Но я не думаю, что род Лиара питал иллюзии. Своих островов лишились уже семь родов, и все они были уничтожены едва ли не поголовно. От рода Фаара осталось лишь одно-единственное рыболовецкое судно, прорвавшееся через блокаду с горсткой беженцев на борту. Пираты не стали топить их исключительно потому, что желают возникновения паники в наших рядах. Так что трагедия рода Лиара огромна, но далеко не тяжелее всех. У них единственных есть шанс сохранить свой род хотя бы на борту плавучей мануфактуры. Ибо скорбные рассказы последних представителей полностью уничтоженных родов действительно наводят на нас ужас. Двадцать один торговый род не пожелал присоединиться к Альянсу. Они согласятся на самые тяжёлые репарации в пользу пиратов, лишь бы получить гарантии неприкосновенности своих островов.

— Если нам удастся победить в этой войне, — решительно произнесла Айлани, — я сделаю всё, что будет в моих силах, дабы вернуть несчастным их родовые вотчины!

— Вот как? — Король Трэрг появился подле них из ниоткуда столь внезапно, что Сударь Тим испуганно отпрянул, врезаясь спиною в корабельные канаты. — Даже если ради этого придется перебить пиратских женщин и младенцев? — Его Величество с любопытством посмотрел на Принцессу. — Ты же понимаешь, что раз пираты заселили острова, то перевезли на них свои семьи.

— После нашей победы кровопролитие не потребуется… — от столь неожиданной постановки вопроса запал решительности мгновенно покинул Айлани, но она попыталась не сдаваться сразу: — Мы потребуем от пиратов покинуть острова добровольно! Иначе их ожидает вечная изоляция!

— А если пираты откажутся? — Выражение лица Трэрга хранило печать серьёзности, но магические потоки подсказывали Айлани, что он веселится, глядя на её попытки увенчать кровавое бескровным. — Если вечная изоляция их не испугает? Они же пираты. Они и так всегда в вечной изоляции.

Принцесса замешкалась, не зная что сказать, ибо сознание её неожиданно разделилось на две части. Одна часть, большая и милосердная, вещала о том, что после войны все живые существа устанут от беспрерывных потоков крови, здравый смысл восторжествует, и все взаимные претензии будут решены в мирных дискуссиях. Другая же часть, маленькая и донельзя усталая, с насмешкой предлагала первой вспомнить факты, позволяющие утверждать обратное, коих в жизни Айлани было немало… От очередного конфуза Принцессу спасло появление Гронга Неотразимый Удар. Клыкастый гигант что-то сказал Его Величеству на оркском, и Король утвердительно кивнул.

— Отправляемся! — коротко велел он, и морская экспедиция началась.

Объединенный флот покинул остров рода Маара и двинулся в путь. Ласковый шепот плещущихся волн действовал на Айлани умиротворяюще, и она ещё долго стояла у борта, наслаждаясь зрелищем заката. Оранжевый солнечный диск спускался к морской глади, дабы бесследно погрузиться в неё на время ночи, и рассыпал по океанским просторам мириады золотых бликов. Столь величественная и ничем непоколебимая картина словно нашептывала ей о тщетности и мимолетности мирской суеты. Что бы ни происходило в Человеческих Королевствах или песках Ратхаш, кто бы ни победил или не исчез с лица Парна в очередном кровавом безумии, а светило всегда будет так же величественно погружаться за морской горизонт в отведенное время. Мирозданию нет дела до мелких существ и их ещё более мелких дрязг. Неужели Эльфы правы, и человеческие беды суть пыль, оседающая на колесе Истории? Недаром Дети Богов взирают на Людей подобно Солнцу — отстраненно и с недосягаемой высоты…

Айлани немного подумала над этой мыслью и нашла её концептуально неверной. Солнце безразлично к распрям ничтожных существ, но оно щедро одаривает своим дарующим жизнь теплом всех их без исключения. Эльфы же не делают просто так ничего. Даже их забота о населяющих Эфрикк народах продиктована опасением потерять инструмент давления на Некрос. Конечно, стремления Эманора уничтожить Эльсириолл ужасны, уж лучше ненавязчивые эльфийские пастухи, нежели рабское ярмо некромосов, но всё же сама суть межгосударственного устройства Парна угнетала Принцессу. Ведь несмотря на то, что Эльфы заверили её в том, что более не допустят появления некромантов в Эфрикке, общее положение дел никак не изменилось: торговля кровью не прекратится. Князь Элефендил даже не пытался этого скрывать. Неужели Эманор прав, и рабство будет существовать вечно, ибо спрос на кровь есть всегда…

— Ваше Высочество, извольте сменить плащик на более теплый! — появление Лимми прервало ход её мыслей. — Мы уходим всё дальше в океан, вдруг случится порыв ветра, и морские брызги попадут на Мантию Резонанса! Как в таком виде вы будете беседовать с благородным собранием?

— Разве уже пора? — Айлани поняла, что стоит на баке в одиночестве довольно долго. Ещё утром она ответила согласием на просьбу волшебников, назначенных в военный отряд её корабля, провести с ними научный семинар на тему целительной магии, как только выдастся достаточно времени.

— Все собрались в кают-компании и ожидают вас, — ответствовала Первая Фрейлина. — Не извольте беспокоиться, Ваше Высочество, они подождут, сколь будет нужно. Ибо наш безгранично интеллектуальный Наставник уже морочит им головы высоконаучной дискуссией. Не иначе, рассказывает о своих подвигах на ниве воспитания Белого Мага, ленивый бездельник!

— Лимми! — Айлани строго посмотрела на старушку, с кротким лицом поправляющую складки на плаще Принцессы. — Я надеюсь, ваши препирания с Лордом Тэрвисом не уронят престиж Редонии в глазах волшебной общественности Альянса? Чародеи из других Королевств относятся к Наставнику со вниманием и уважением.

— Престиж Редонии ни в коем случае не пострадает, — заверила её Первая Фрейлина. — Графиня Лимм всегда следит за каждым своим словом! Столько лет при дворе не проходят даром!

Старушка с гордостью расправила плечи, и Принцесса, невольно улыбаясь, направилась в кают-компанию. Пятерых магов и Лорда Тэрвиса она действительно застала посреди весьма увлеченного диспута, и сей научный семинар закончился далеко за полночь. К сожалению, Его Величества в тот день она более не увидела. Король, Гронг Неотразимый Удар и вакрийские советники уединились в капитанской каюте и размышляли над планами баталии, в которые её посвятили на следующий день. Весь он основывался на хитрости, и заключалась она в том, что Белый Маг поначалу станет исцелять и своих, и врагов, что сведет на нет боевую мощь чародеев, и заставит пиратов уверовать в возможность своей победы. Вакрийцы заявляли, что сие условие суть наиважнейшее.

— Пиратские корабли, в отличие от торговых, строятся для ведения сражения, — объяснял Сударь Тим. — Они несут на борту вдвое больше абордажников, нежели мы. Воины Морей усердно изучают военное дело, в то время как мы более заняты делами торговыми и рыболовными. Посему даже один пиратский корабль представляет собой весьма серьёзную опасность для торгового судна, а поодиночке они ходят редко. Однако в целом же пиратских родов чуть более двух десятков, общая их численность втрое уступает населению торговых островов. Посему пираты всегда избегают всеобщей войны или кардинальных конфликтов с Человеческими Королевствами. Они могут устроить блокаду и даже объявить войну нескольким торговым родам, но не в их интересах объединять против себя всех. Гораздо выгоднее вести разумную ценовую политику, регламентирующую безопасный проход по морю.

— Насколько мне известно, — Айлани бросила взгляд на Наставника, — в Хрониках описаны случаи, когда многие торговые рода собирали совместный флот для борьбы с пиратами. И Редония, будучи в те времена верным союзником, выделяла для сих походов боевых магов и целителей.

— Истинно так, — подтвердил Сударь Тим. — Однако походы эти заканчивались, как правило, ничем. Как только пираты узнавали, что по их душу идет могучий флот, они немедленно спасались бегством. Пиратские корабли быстроходны, скрыться на безбрежных океанских просторах для них не составляет труда. Закон Предков запрещает сражения на родовых островах, и потому карательные флоты зачастую возвращались ни с чем. Пираты дают сражение только тогда, когда уверены в том, что имеют достаточно весомые шансы на победу. В противном случае они разбегаются по всему океану, что не только не облегчит нашу участь, но серьёзно усложнит положение дел. Известно множество случаев, когда рассеявшиеся по океану пираты быстро собирались в крупный флот и нападали на наш архипелаг с южной его оконечности, пока объединенный флот разыскивал их на севере. Пока сии известия доходили до флота, и он возвращался назад, пираты погружали воды архипелага в пучину безжалостного террора и всё равно ускользали, когда приближалась непобедимая армада.

— Почему Люди не несли правосудие на острова Пиратской Гряды? — уточнил Его Величество. — Насколько я понимаю, Закон Предков Человеческих Королевств ничего не говорит о сражениях за вакрийские острова. Если, конечно, Люди не переписали сии постулаты давным-давно, ибо сие им свойственно.

— Некоторые Человеческие Королевства, связанные союзом с тем или иным торговым родом Вакри, изредка совершали карательные нападения на пиратские острова, — ответствовал один из вакрийских старейшин. — Это причиняло пиратам довольно ощутимый урон, но в целом не искореняло наши беды. Сила пиратов суть в их кораблях, а пиратские эскадры скрывались в океане. Их острова подвергались опустошению, но Людям они не нужны, а ни один торговый род не поселится на Пиратской Гряде. Это слишком далеко от родного архипелага и материка, если пираты организуют блокаду, из неё уже не вырваться. Род быстро останется без кораблей, рыбаков и пищи. Иными словами, Люди сжигали несколько островов и уходили. Пираты же возвращались и свирепствовали в наших водах ещё сильнее, стремясь возместить убытки. Посему лучшим решением во все времена являлась дипломатия, основанная на системе взаимных договоров между различными торговыми и пиратскими родами, а также разумная ценовая политика в области выкупов.

— Но, в таком случае… — нахмурилась Принцесса, — не получится ли так, что пираты разбегутся, увидев наш флот, даже не вступив в бой? Если их соглядатаи повсюду, то им известно о прибытии на остров рода Маара множества волшебников вкупе с оркскими воинами.

— Мы предприняли все усилия, дабы о вашем появлении пираты узнали как можно позже, — заверил её Сударь Тим. — Однако быть в этом уверенными наверняка суть весьма неосмотрительно с нашей стороны. Потому предложенный объединившимися торговыми родами план именно таков! Мы собрали крупный флот, но если пиратские рода также объединены, то совокупная численность их вымпелов будет превосходить нашу почти вдвое. Это покажется им первым преимуществом. Вторым преимуществом является союз пиратов с к'Зирдами, что сделало их корабли доверху набитыми змеиными языками, которых они могут не жалеть в абордажных боях. Скорость пиратов выше, нежели наша, что дает им возможность выйти из боя и спастись бегством в случае, если шансов на победу не окажется. Это третье и самое важное для них преимущество. Мы полагаем, что пираты встретят наш флот всеми своими силами, но прежде, чем ринуться в атаку, проведут разведку боем. Они бросят на нас одну-две эскадры и станут наблюдать за развитием событий. Если могучие чародеи и бесстрашные Орки окажутся им не по зубам, пираты разбегутся.

— Тогда пусть маги и Орки не вступают в бой сразу! — предложила Айлани. — Пускай они укроются внутри кораблей и ждут решающего часа, а я не позволю вакрийским морякам погибнуть.

— Но если шпионы пиратов всё же пронюхали о появлении в составе нашего флота чародеев и Орков, то они распознают ловушку! — возразил Сударь Тим. — И тотчас скроются в океане! Посему первый бой должен быть очень правдоподобен! В нем должны участвовать все, только так пираты попадутся в нашу ловушку! Если вы, Ваше Высочество, поначалу станете исцелять всех без исключения, как сие произошло в битве при Арзанне, они уверуют в то, что способны одержать верх числом, и поспешат вступить в сражение всеми силами как можно быстрее. Ибо им необходимо успеть пленить и связать волшебников прежде, чем Белый Маг осознает свою ошибку!

Военный совет ещё долго обсуждал детали и выдвигал прогнозы относительно возможных вариантов поведения неприятеля, но в итоге план Вакри был принят, ибо у остальных народов Альянса отсутствовал опыт морских битв. Принцессу сей план порадовал возможностью хотя бы в первые минуты сражения не позволять Смерти собирать свою жатву. Созерцание множества гибнущих жизней причиняло естеству Белого Мага великие страдания, и Айлани чувствовала, что с каждой новой битвой сия боль всё возрастает. Сражение небольших отрядов ей удавалось выдержать, но когда в баталии сходились многотысячные армии и ручейки жизней иссякали сотнями, желание прекратить смертоубийство было нестерпимым. Посему замысел Вакри её устроил гораздо более, нежели предложение Его Величества Трэрга уничтожать поголовно все пиратские корабли, что попадутся флоту по пути к Пиратской Гряде, а торговые суда, если таковые будут, пленять и не отпускать до самой битвы, дабы исключить утечку важной информации.

Последующие пять суток минули на удивление спокойно. Собрание вакрийских старейшин ожидало встретить первые пиратские эскадры уже утром, но сии ожидания не оправдались. Море вокруг было пустынно, и высланные во все стороны для разведки корабли не замечали неприятельских парусов даже на горизонте. Ежедневно Король соединял флагманский корабль порталом с другими кораблями флота, собирая на военный совет командиров эскадр, и они подолгу обсуждали предстоящую баталию. Айлани чувствовала себя лишней на подобных обсуждениях и потому с разрешения Его Величества покидала совет и подолгу стояла у бушприта, наслаждаясь океанским пейзажем, утопающим в ласковых лучах летнего солнца.

Движущийся навстречу флоту корабль она ощутила первой. Умиротворенное чувство слияния с безграничной красотой внезапно подернулось призрачным ощущением страданий от причиненной ранами боли, и Принцесса недоуменно оглянулась. Поблизости не было никого, лишь несколько матросов её корабля степенными движениями резцов накладывали узор на стены надстроек. Искусные моряки украдкой поглядывали за ней, готовые в любой миг броситься на помощь, если потребуется, но сие наблюдение велось столь деликатно и ненавязчиво, что Айлани совершенно не ощущала себя скованной излишним вниманием. Однако стоило на её лице отразиться недоумению и растерянности, как один из матросов немедленно прекратил резьбу и предстал перед ней.

— Могу я чем-нибудь помочь Вашему Высочеству? — поклонился вакриец. — Вы выглядите обеспокоенной. Нечто гнетет вас?

— Да, Сударь. — Принцесса поняла, что слабое ощущение страданий исходит не от её корабля. — Я чувствую чью-то боль вне нашего корабля. Где-то страдают от тяжелых ран живые существа!

Матрос кивнул и немедленно полез по вантам на мачту. Вакриец двигался по канатам столь ловко, что взобрался на самую её вершину за считаные мгновения, демонстрируя изрядную координацию движений и весьма крепкий вестибулярный аппарат. Он выпрямился во весь рост, держась за венчающий мачту флагшток, и воззрился в океанскую даль. Его товарищи оставили своё занятие и пристально наблюдали за ним. Матрос несколько мгновений оглядывал окрестности, после чего издал пару коротких звонких криков и полез вниз. Остальные моряки немедленно подняли тревогу, и вскоре на палубе флагмана уже собирался отряд подводных пловцов, облаченных в вакрийскую броню и с гарпунами в руках. Десяток воинов с обнаженными клинками немедленно окружили Принцессу, бросая в сторону моря полные подозрений взгляды.

— Ваше Высочество! — к ней спешил Сударь Тим, также облаченный в морские доспехи. — Я прошу вас немедленно покинуть палубу! Мы можем подвергнуться нападению пиратов!

— Что происходит, Сударь? — спросила Айлани. — Наблюдатель увидел на горизонте пиратский флот?

— Горизонт чист, Ваше Высочество, — покачал головой вакриец, — но Воины Морей хитры. Мы подозреваем, что они устроили засаду под водой и планируют внезапно запрыгнуть на борт!

Моряки поспешно увели Принцессу с бака, и пловцы бросились за борт. Айлани увидела, как с идущих позади флагмана кораблей уходят под воду другие отряды. Но подводного сражения не последовало. Вместо этого воины вернулись с двумя десятками израненных Вакри, треть из которых находились без сознания и на грани смерти. Принцесса, не мешкая, сотворила Биение Жизни и занялась исцелением. Одного из умирающих ей удалось вырвать из хладных когтей Смерти за бесконечно краткое мгновение до той фатальной черты, после которой спасти его без Узилища демонической души стало бы невозможно. Исцеление остальных не составило труда. Переливающаяся белой энергией сфера Биения Жизни испустила из себя поток теплых лучей, и раненые моряки воспряли, с изумлением разглядывая пятна молодой розовой кожи, коими сменились тяжёлые раны прямо на их глазах.

— Невероятная целительная мощь… — тихо прошептал кто-то из присутствующих магов своему собеседнику. — Мне пришлось бы потратить на исцеление каждого из этих воинов не менее получаса… Ранения тяжелы, большая кровопотеря, сильнейший упадок сил — состояние критическое.

— Мне неоднократно доводилось наблюдать за лечением в исполнении Великого Кэлорна, — столь же тихим шепотом ответствовал ему коллега. — И смею вас заверить, что даже ему не удалось бы провести подобное исцеление столь быстро. Магический потенциал Принцессы невероятен…

Спасенные моряки оказались рыбаками рода Саара, вотчиной которого являлся один из островов северной оконечности архипелага Вакрио. Пиратская эскадра атаковала его вчера утром, несмотря на заключенный неделю назад договор о репарациях.

— Наш остров самый крупный в северной части архипелага. — Один из уцелевших рыбаков вёл мрачный рассказ. — Мы передали пиратам всё, что у нас было, в надежде избежать нападения. Двое суток торговые суда перевозили всевозможное добро на острова Пиратской Гряды. Старейшины возвестили о заключении мирного соглашения, но вчера на рассвете наш остров оказался окружен множеством пиратских кораблей. На их борту оказались тысячи к'Зирдов. Пираты не дали никаких объяснений, не выдвинули требований и вообще не стали вести переговоры. Они убили парламентеров и начали высадку песочников. Мы держались до темноты, но поток к'Зирдов увеличивался с каждым часом. Почти все родичи пали, последние из рода Саара сражаются в горной котловине, среди деревьев. Наше судно возвращалось с промысла, когда нашим глазам предстал пылающий родовой остров. Мы пытались подбирать тех, кому удалось вплавь вырваться из блокады, но пираты быстро заметили нас. Судно взяли на абордаж, команду вырезали. Перед вами те, кому посчастливилось скрыться. Мы плывем всю ночь и всё утро, раненые теряют сознание… Но выйти из воды негде, всюду пиратские эскадры. Увидев этот корабль, мы приняли вас за одну из них и попытались укрыться в морской толще, но с нашими ранами не удалось погрузиться глубоко.

— Сколь много пиратов ты видел вокруг своего острова? — поинтересовался Его Величество.

— Больше двухсот вымпелов, — хмуро ответил тот, косясь на огромную фигуру Гронга Неотразимый Удар, возвышающуюся над остальными. — Но остров был окружен полностью, мы же подходили с востока. Стало быть, я видел не все пиратские корабли.

— Как далеко ваш остров отсюда? — уточнил Король. — Сколь долго нам добираться туда?

— Остров рода Саара находится на траверзе Сантинны, в сутках плавания до Галтании, — сообщил рыбак. — Отсюда до нашего острова при попутном ветре вы доберетесь за шесть часов, если ранее не столкнетесь с пиратами. Их эскадры заполонили окрестные воды.

— Будем уповать на милость Рыгдарда Кровавого, — хищно усмехнулся Гронг Неотразимый Удар, — что эти самые эскадры не покинут ваш остров до нашего прибытия.

— Это точно, — подтвердил Его Величество. — Стоит выслать вперед приманку для надежности.

Вскоре от флота отделилась эскадра из двадцати наиболее быстроходных кораблей, которая умчалась вперед. Первое столкновение случилось спустя два часа. Из-за горизонта потянулись дымные шлейфы, и вскоре Айлани увидела ушедшую вперед эскадру, ведущую бой с множеством пиратских кораблей. Силы врага превышали количество судов-приманок вдвое, но присутствие на борту торговых кораблей человеческих волшебников свело на нет это преимущество. Пираты получали удары заклятьями и спешно отступали, уходя на безопасное расстояние. Перегруппировавшись и потушив возгорания, они сбрасывали за борт отряды пловцов и вновь устремлялись в атаку. Их целью было нанесение таранного удара в тот момент, пока чародеи скованы боем с выпрыгивающими из воды прямо на палубу абордажниками. Если лишить торговцев магического преимущества, то гораздо более высокая численность пиратских абордажных отрядов решит исход боя. Однако вылетающие из водной толщи абордажники, приземляясь на палубы торговых судов, неожиданно сталкивались с закованными в сталь зеленокожими исполинами, и стройный план почему-то не клеился.

Его Величество Трэрг, увидев сию картину, немедленно распорядился выслать на помощь передовой эскадре ещё одну, при этом приказав остальному флоту спустить паруса и оставаться на месте. Сударь Тим и прочие вакрийские советники опасались, что слишком большой флот, несущий на борту магов и Орков, испугает пиратов, и те не пожелают дать генеральное сражение. Увидев спешащую к торговцам эскадру подмоги, пираты торопливо вышли из боя и поспешили отступить, воспользовавшись преимуществом в скорости. Обе торговые эскадры, объединившись, начали погоню, и остальной флот двинулся за ними, соблюдая изрядную дистанцию.

Но пираты разгадали замысел торговцев. Когда остров рода Саара уже виднелся вдали, на горизонте вокруг вдруг показалось множество пиратских парусов. Более пяти сотен кораблей со всех сторон на полном ходу мчались к торговому флоту, захватывая его в кольцо. Передовые эскадры срочно повернули назад, стремясь влиться в состав флота, но пираты не препятствовали им. Неприятельская армада окружила торговцев и завела вокруг них зловещий хоровод, не сбрасывая хода, но и не приближаясь.

— Пираты готовятся к атаке. — Сударь Тим стоял подле Принцессы и наблюдал за действиями неприятеля. — Они специально отвлекают наши взоры от сих приготовлений. Пока передовые эскадры кружат вокруг нас, остальные спускают в воду абордажные отряды. Атака начнется сразу и отовсюду: с поверхности воды и из-под неё. Судя по количеству кораблей, все рода Воинов Морей собрались здесь. В водах Пиратской Гряды осталось не более двух-трех эскадр.

— Они желают выиграть эту войну одним сражением, — изрёк Король Трэрг. — Не будем же смешивать их планы, ибо мы заинтересованы в том же. Со дня на день в Авлию явится Кил Им Пах с двадцатисемимиллионной армией, у нас нет времени неделями рассекать морскую гладь в поисках следующей баталии. Всё должно решиться сейчас. И потому мы должны воплотить в жизнь разработанный нами план баталии с особой тщательностью! — Он обратился к собравшимся на флагмане военачальникам: — Всем отрядам биться изо всех сил, дабы пираты не заподозрили подвоха! Лазурным магам не вступать в бой до особого сигнала! Пусть остальные отбивают первую атаку без их участия. Белый Маг станет исцелять пиратских воинов столь же усердно, как и наших союзников. Пусть враги заблуждаются, полагая, что она не в силах отличить одних Вакри от других, как сие случилось пред портом Арзанны. Сие подвигнет их на скорое всеобщее наступление. Пираты должны поверить, что в силах разбить нас наголову. Пусть бросятся в битву все без остатка. Решающий удар мы нанесем только тогда, когда ни у одного вражеского корабля не останется возможности спастись бегством. Флагманский корабль подаст сигнал. Ступайте!

Оркские командиры без промедления разошлись по порталам, вакрийские воины бросились за борт, предпочитая перед боем скоростное плавание магическому перемещению, ибо стремительный рывок чрез водную толщу умножал их боевой дух. Спустя четверть часа всё замерло в ожидании битвы. Айлани убедилась, что её Пентаграмма Силы безукоризненна, и вызвала Око Целителя. Мысль о том, что по крайней мере в первые минуты кровопролития она сможет исцелять всех, придала ей бодрости. Возможно, это произведет на неприятеля впечатление, как сие случилось при отражении штурма Арзанны. Пираты поймут всю бессмысленность кровавой бойни и уйдут…

Мачты пиратских кораблей расцвели сигнальными флажками, и кружащее вокруг торгового флота кольцо вражеских кораблей распалось, устремляясь в атаку. Едва кольцо пропало, взору Принцессы открылись сотни спущенных на воду лодок и баркасов, набитых к'Зирдскими воинами. Опоённые зельем хфат-хут песочники, получив команду на штурм, разразились дикими воплями, и их истеричный визг разнесся над морской гладью. Пираты ринулись на таран, за ними устремились лодки со змеиными языками, толкаемые плывущими позади пловцами, под которыми, в толще воды, проносились подводные отряды абордажников. Айлани влила в Око Целителя поток энергии, сотворив Биение Жизни, и окружающий мир сменился сплетением тысяч живых ручейков. Принцесса потянулась было сознанием к экипажам торгового флота, вибрации которых она скрупулезно изучала в течение всего похода, как вдруг её магическому взору открылась ужасающая картина. Остров рода Саара лежал неподалеку, и она ощущала его столь сильно, будто сама находилась там. И отпечаток сего острова в магических пластах был жуток и ужасен.

Всё его пространство усеивало великое множество тусклых пятен. Тысячи, десятки тысяч крохотных пятнышек — высохших следов смерти некогда бившихся здесь сердец. И половина из них размерами своими скорбно сообщала Белому Магу, что каждое из подобных пятнышек принадлежало оборвавшейся детской жизни. Более всего их оказалось в центре острова, там, где в небольшой котловине растет драгоценный вакрийский лес. Род Саара, окруженный со всех сторон и отрезанный от моря, пытался спрятать своих детей среди деревьев, но тысячи к'Зирдов заполонили остров. Айлани вдруг почувствовала смрадный запах множества змееязыких тел, и течения энергий перед её взором сменились чудовищной картиной: залитый кровью лес, усеянный маленькими трупами и звенящий детскими криками, и сотни к'Зирдских воинов, безжалостно рубящие вакрийских малышей. Маленький ребенок с пронзенной стрелою ногою, зовущий маму, налитые кровью бешеные узкие глаза, и кривой клинок сабли, со свистом рассекающий воздух…

Видение тотчас растаяло, возвращая девушку в лоно потоков ручейков жизней, но потрясенное сознание Айлани замерло, скованное увиденным ужасом. Она вдруг с невероятной отчетливостью увидела, что в приближающихся к торговому флоту лодках сидят те к'Зирды, что рубили малышей в её видении, и плывут они с тех же кораблей, что осаждали остров, и заполнены эти корабли теми же пиратами, что обрекли вотчину своих соплеменников обратиться в кровавое кладбище… Палубы торговых кораблей окрасились вспышками заклятий — маги низких рангов вступили в бой согласно плану Его Величества. Из-под воды начали взлетать абордажные отряды пиратов, перемахивая через корабельные борта, к ним устремились могучие оркские бойцы, зашипели Огненные Веера, затрещали Молнии, замелькали Магические Стрелы… Первая волна атакующих мгновенно поредела на треть, но Принцесса, словно завороженная, смотрела на кровавую мясорубку, не в силах заставить себя исцелять тех, кто превратил островной лес в кладбище изрубленных детских тел.

— Не медли, Белый Маг! — за переливающейся оболочкой Биения Жизни возник силуэт Короля. — Исцеляй вражеских воинов, пока они не дрогнули! Все рассчитывают на тебя, маги не жалеют сил ради правдоподобия западни! Исцеляй же!

Айлани беспомощно смотрела сквозь него, медленно утрачивая связь с реальностью. Она не может не исцелять… и она не может исцелять… множество жизней, коим по природе своей нет цены, вдруг стали ей ненавистны, ибо своим существованием несут лишь смерть ещё большему количеству жизней… но и их дома ожидают дети, жены и матери… и те, кто сейчас правы, добравшись до них, столь же безжалостно умертвят семьи врагов своих, кои умертвили их собственные… Она чувствовала, как нестерпимо и отчаянно они жаждут отмщения… И сие душераздирающее безумство не прекратится никогда… смерть будет порождать смерть… месть будет порождать месть… Зачем же тогда нужен Белый Маг? Дабы помогать одним безбоязненно умерщвлять других, тем самым становясь убийцей, ещё более кровавым, нежели они сами… Её ноги подкосились, и она медленно осела на колени, не понимая, для чего существует. Её бездеятельность потворствует Смерти… Её деятельность потворствует ей ещё пуще… Мысли Айлани отрешенно поплыли куда-то вверх, покидая земную оболочку. Биение Жизни погасло, но сознание Белого Мага не вернулось в превратившееся в живую куклу тело. Оно неторопливо и безмолвно растворялось в потоках энергии, вместе с испуганно кружащими в небе чайками взирая на кипящую внизу битву. Сотни баркасов с к'Зирдами рвались к торговым судам, но множество боевых заклятий каждый миг сжигало, испепеляло и рвало лодки в кровавые клочья. Жалкие остатки абордажных отрядов, чудом избежавшие оркских хрардаров, в панике бросались за борт, стремясь спастись в водной толще.

— Трэрг! — голос Гронга Неотразимый Удар медленно и растянуто достигал её разума. — Что с Белым Магом?! Почему она не исцеляет неприятеля?! Пираты отступают! Они отводят пловцов! Если они бросят песочников нам на растерзание, то разбегутся, пока мы будем тут возиться!

— Поднимите на флагштоках приказ Оркам и боевым магам прекратить бой! — вскричал Король. — Необходимо понизить смертоносность флота! Лорд Тэрвис, графиня! Что с ней?!

— Поздно! — глухо вибрировал возглас Сударя Тима. — Пиратские корабли разворачиваются!

Кажется, она слышала испуганный шепот старой женщины… очень знакомый… или незнакомый вовсе… теплый отпечаток целительных чар, беспомощно отражающихся от абсолютно здорового тела… или это её голову отливали водой… или несли тело куда-то по корабельным коридорам… или и то и другое одновременно… сие неважно… Сознание Айлани уплывало все дальше, словно сознание той вакрийской женщины, что погибла у атолла Первого Вдоха, спасая своё нерожденное дитя. Айлани отстранено подумала, что тело мешает ей растворяться среди исполинских пластов энергий, пронизывающих мироздание. А ведь среди них можно навсегда укрыться от крови и ненависти, никогда не покидающих этот полный жестокости и несправедливости мир. Стоило бы разорвать незримую связь, приковывающую отягощенное телом сознание к исполненной страданиями реальности. События, происходящие в кипящей где-то далеко внизу битве, утрачивали смысл…

— Они уходят! — тягуче гудел крик вакрийца. — Ваше Величество! Нам их не догнать!!!

— Пиратский флот набирает ход! Они расходятся на эскадры и идут в разные стороны!!!

— Слушайте меня все! — тяжело завибрировал над волнами чей-то голос, от которого тянуло чем-то манящим и желанным. Сознание Айлани на миг остановилось, прерывая полет, и обратило взор туда, далеко вниз, где осталось нечто единственное, что удерживало её в исполненном крови мире.

— Всем привязать себя к кораблям! — продолжил греметь желанный гул. — Держитесь же!

Небо вокруг витающего над морем сознания Принцессы резко потемнело, быстро наливаясь громадами черных туч, ослепительно грянули исполинские молнии, вонзаясь в водную поверхность, яростно взревели колоссальные воздушные массы, срываясь в убийственном ускорении жестокого урагана, и сверкающий электрическими разрядами чернильно-черный грозовой фронт исторг из себя ливень дымящихся кислотных капель. Внизу, там, где пиратский флот торопливо отступал прочь, океан вздыбился гигантской волной невероятных размеров, и сокрушительное цунами ударило в хрупкие скорлупки крохотных суденышек, размалывая их в искореженную щепу. По другую сторону от торгового флота морская поверхность изогнулась, словно провисая куда-то вовнутрь, и внезапно обвалилась вниз, закипая чудовищных размеров водной воронкой. Ужасающий водоворот ринулся к пиратским эскадрам, каждое мгновение пожирая множество кораблей, и яростные удары урагана, свирепствующего над кипящими пеной огромными волнами, швырял в его ревущий зев всё новые и новые корабли. Всё вокруг пропиталось боевыми энергиями, в слепой ярости сеющими смерть, и сознание Айлани застыло на месте, со всех сторон стиснутое потоками острыми, словно бритва, и обжигающими, словно кипящая лава. Вокруг полыхал океан молний, внизу свирепо кипел океан пены, меж ними удушливо дымился океан кислотных капель, и океан ручейков жизней стремительно угасал, разбиваясь на капли, в коих она чувствовала погибающих морских и сухопутных существ. И всё это пиршество Смерти утопало внутри исполинской сферы, скрученной из колоссальных угольно-черных вихрей магических пластов, безжалостно выдранных из потоков мироздания. Взбешенные потоки первичной магии заполонили всё вокруг, выдавливая сознание Айлани прочь с небесной высоты, и мягкие энергии Белого Мага оказались беспомощны пред натиском сего тарана. Сознание Принцессы отшвырнуло обратно в тело, и всё вокруг поглотила угольно-черная тьма.