Прочитайте онлайн Закат тьмы | ГЛАВА ПЯТАЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ

Читать книгу Закат тьмы
5916+2248
  • Автор:
  • Год: 2014
  • Ознакомительный фрагмент книги

ГЛАВА ПЯТАЯ

ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ

— Какой ужас! — Лимми пребывала в панике. — Вы предстали перед высшим обществом трех Королевств в грязном повседневном платье!!! Три венценосные особы, четверо Рыцарей-по-Праву, верховные Маги двух Королевств!!! Олдис Покровитель! Какой пассаж!!! Без подобающей прически! Без короны! Без колье Верховного Мага! Без парадных украшений! На этом платье даже нет шлейфа! — Старушка побледнела как полотно. — Меня сейчас хватит удар! Как я могла отпустить вас на тот причал в таком виде! Кошмар!!! Мне нет прощенья! Какой позор! Что же я наделала!

— Лимми, милая, успокойся. — Айлани, улыбаясь, прижала к груди Первую Фрейлину. — Всё прошло более чем подобающе. Во всем мире идет страшная война, все прекрасно понимают, что мне сейчас не до занудных придирок этикета! Я Белый Маг, мой удел исцелять страждущих и поддерживать воинов в битве, а не прогуливаться по роскошным коврам в наряде со шлейфом.

— Война сама по себе, а королевский этикет сам по себе! — возразила старушка, утирая слезинки. — Мой долг Первой Фрейлины следить за тем, чтобы Принцесса Редонии даже во время битвы не теряла королевского достоинства! Это репутация Королевства! — Она всхлипнула: — Какой кошмар… на Королевском Приёме в честь заключения международного Альянса, которого вовеки веков не случалось! И в платье без шлейфа, повседневной тряпке за какую-то жалкую сотню золотых, да ещё и со следами портовой грязи, с распущенными волосами, всего с одной бриллиантовой заколкой! С ОДНОЙ! А обувь! — Она отпрянула, и её зрачки стали огромными от ужаса: — На вас же были летние сапожки для верховой езды! На межгосударственном званом ужине! Ох…

Её глаза закрылись, и старушка рухнула без чувств. Айлани ахнула и зашептала заклинание, склоняясь над Первой Фрейлиной. Спустя несколько ударов сердца щеки старушки порозовели, и она пришла в себя. На её лице немедленно возникло выражение глубочайшего стыда и позора.

— Лимми! — строго заявила Принцесса, грозно нахмуриваясь. — Довольно! Мне ещё поисков Узилища демонической души для твоего воскрешения только и не хватает! Прекрати сейчас же! Я же сказала: всё прошло достойно, никто на ужине не придавал значения глупым формальностям! Там решалась судьба наших Королевств! Парн наводнен к'Зирдами, их бесчисленные миллионы, какой ещё этикет со всеми этими шлейфами, заколками и колье?!

— Это вы так думаете, — горестно вздохнула старая фрейлина, поднимаясь. — В вас говорит юность и исполненность души прекрасными и светлыми идеалами… Вы никогда не обращали внимания на дворцовую жизнь! Никто, разумеется, не придал значения вашему внешнему виду, но все заметили, будьте уверены! И запомнили очень даже надолго! Когда война утихнет, начнутся пересуды!

— Если после того, как война утихнет, останется кому пересуживать! — Принцесса иронически фыркнула. — Полагаю, если таковое чудо всё же произойдет, то сей прием войдет в Хроники на веки веков! Там было в избытке того, что достойно пера летописца. Истерзанная метательными снарядами к'Зирдов и пожарами столица Авлии, тысячи раненых, сотни тысяч людей, оплакивающих погибших, ничтожные горстки уцелевших, оставшихся от многомиллионного населения Нимии и Мергии! Никто не желал пира во время чумы, Лимми! Орки восседали за столом в доспехах, сняв лишь шлемы, их оружие лежало подле грубых деревянных кресел, кои для них спешно сколотили за час до начала приёма! Ибо в дворцовые кресла сии гиганты не умещались. Высокородные мужи и дамы, не имеющие отношения к делам военным и экономическим, на приём приглашены не были. Присутствовали исключительно те, кто принимал и будет принимать впредь непосредственное участие в битвах либо их обеспечении. Праздных пирующих не было! Его Величество Король Редонии Трэрг также не снял брони и пил исключительно чистую воду, и все последовали его примеру. Сам ужин состоял из трех перемен блюд по числу организующих Альянс народов и занял ровно час, после чего яства были убраны, и до полуночи шло обсуждение военных планов. И посему, Лимми, я думаю, что королевский этикет переживет допущенное мною по отношению к нему кощунство!

— Не сомневаюсь, что всё случится именно так, Ваше Высочество! — закивала старушка. — Но отныне я буду настороже! Второй раз нам так уж точно не повезет! — Она приложила руку к сердцу, испуская вздох облегчения, и немедленно нахмурилась: — Гардеробные Залы Принцессы разграблены прихвостнями проходимца Дарнэта едва ли не подчистую! Где мне взять нужное количество подобающих туалетов?! Надо посетить салоны высокой моды, возможно, там остался кто-то из владельцев или мастеров, и у них имеется в тайниках что-нибудь приемлемое… Если они догадались в своё время устроить тайники. Ибо их Тайная Полиция Дарнэта наверняка грабила одними из первых. — Лимми недовольно покачала головой: — Да что же это творится-то такое! Принцессу облачить не во что! Где этот старый бездельник?! Давно уже бы договорился с вакрийскими купцами, пускай поищут у себя на островах товары из Сабии! Если сыщутся благородные ткани, я бы попыталась собрать мастериц…

— Вряд ли в столь тяжелый для всех час стоит занимать наших вакрийских союзников подобными глупостями, — Айлани покачала головой. Лимми была неисправима. — Но ты можешь обратиться к Его Величеству, — улыбнулась Принцесса, — как раз завтра он планирует военный поход в Сабию.

— Упаси меня Олдис Покровитель додуматься до такого! — ужаснулась старушка. — Столь великого Короля нельзя отвлекать от межгосударственных деяний! И главное — ваши наряды, Ваше Высочество, должны быть для него сюрпризом. — Она кокетливо подняла брови. — Так мы сможем представлять ему вас с разных сторон и неизменно в выгодном свете.

— Лимми! — Айлани нахмурилась. — Менять наряды изо дня в день, когда Парн пожирают несметные полчища к'Зирдов?! Что обо мне подумает Его Величество?!

— Его Величество подумает, что вы не только Белый Маг, но и прелестная девушка редкостной красоты, весьма преданная Редонии и ему лично, — невинно захлопала глазами Первая Фрейлина.

— Боюсь, что так он никогда не подумает, — печально вздохнула Айлани, невольно касаясь висящего на груди королевского медальона. — Для него я исключительно Белый Маг. Он даже обращается ко мне только так, не употребляя ни имени, ни титулов принцессы… За прошедшие сутки он посмотрел на меня ровно одиннадцать раз, и всегда лишь для того, чтобы дать мне задание. Он даже не вернулся со мной в Редонию. Остался в Авлии с войском Орков.

— Всему своё время, дитя моё, — авторитетно заявила Лимми. — Чувства суть материи весьма тонкие, тут торопливость ни к чему. Тем более когда речь идет о великом Короле, воспитанном по Законам Предков народа Орков. — Она задумчиво склонила голову, касаясь рукою подбородка. — Как бы нам выманить в гости ту милую оркскую девушку, с которой у вас завязалась дружба…

— Это ещё зачем?! — воскликнула Айлани. — Наводить справки о пристрастиях и личной жизни Его Величества? Ну уж нет, довольно того допроса, что ты устроила ей тогда, перед нашим походом в Редонию! Мне стоило больших трудов спасти Лрангу от смерти от безудержного смеха!

— Иметь представление о вкусах Короля никогда не будет излишне! — наставительно изрекла Первая Фрейлина. — Та беседа не прошла бесполезно. Некоторые подробности амурных традиций Орков я всё же выяснила. В частности, Танец Обнаженного Тела! Узнать о нем было весьма полезно!

— Я не умею танцевать по-оркски! — напомнила ей Принцесса. — Тем более обнаженной.

— Сие весьма опрометчиво с нашей стороны… — задумчиво закивала старушка, — в определенных ситуациях бывает очень нелишним… — Она немедленно спохватилась, увидев потрясенное выражение лица Айлани. — Это я шучу, Ваше Высочество, не истолкуйте превратно! Простите дряхлую старушенцию! Разум уж не тот, преклонные лета берут своё, вот и несу иногда сама не понимаю что!

— Лимми! — удивлению Принцессы не было предела. — Ты умеешь танцевать обнаженной?!

— Ну… это громко сказано… — замялась Первая Фрейлина, — и вообще, всё совершенно иначе, и было давным-давно, и истерлось из памяти много десятилетий назад! Более того! Я уверена, это всё мне причудилось от избытка прожитых лет!

Она в сердцах тихо пробормотала что-то невнятно-неразборчивое, по тембру и интонациям почему-то напомнившее Айлани одну из любимых фраз Лимми: «Старый пень, ты за это ответишь!» Принцесса подумала, что никак не могла расслышать слов отчетливо, и потому сия ассоциация не может быть ничем иным, кроме совпадения.

— И чем же столь ценно повествование Лранги о Танце? — спросила она Первую Фрейлину.

— Как это чем? — всплеснула руками Лимми. — Сие означает, что Его Величество, как и все оркские мужи, отдает предпочтение женам, обладающим красотой не только лица, но и тела. И не считает возмутительным или вызывающим, если прекрасная душой и телом жена может к месту и ко времени продемонстрировать свои достоинства. — Старушка хитро прищурилась и медленно произнесла, словно обдумывая что-то непростое, но весьма важное: — В гардеробе Королевы Ариллы уцелело одно платье… Её Величество представала в нем пред Королем… эээ… иногда. Вы почти одинаковы сложением тела, пожалуй, я рискнула бы его подогнать по фигуре идеально…

— Лимми! — оторопела Айлани. — Что ты такое говоришь?!! Ты хочешь, чтобы я соблазнила Его Величество?!! — Она задохнулась от избытка эмоций: — Это же…

— Ни в коем случае! — воскликнула Первая Фрейлина. — Как вы могли такое подумать?! — Она убедилась, что Принцесса успокоилась, и вкрадчиво добавила: — Боюсь, на подобное вам не достанет умений. А что?! — Она сделала большие глаза, предвосхищая поток возмущений Айлани. — Я неоднократно говорила, что ваш брак с Королем Эдрионгом Трэргом явился бы наилучшим вариантом для престола Редонии! К тому же то платье предназначено не для будуара, в нем можно появляться и на Королевском Рауте, и на балу, оно роскошно! Но при этом весьма двусмысленно. — Она решительно тряхнула головой: — Мы обязательно подгоним его под вас! Пригодится при случае.

Принцесса хотела было возразить, но тут в дверях появился Наставник в сопровождении Лорда Ирлина, и чародеи испросили позволения войти. Лимми тотчас упорхнула в угол и принялась деловито вычищать Мантию Резонанса. На визит Лорда Тэрвиса она отреагировала подозрительно спокойно, что несколько озадачило Айлани.

— Ваше Высочество, вакрийские торговые суда полчаса назад отчалили и взяли курс на архипелаг Вакрио, — известил Наставник. — Сударь Тим настоял на том, чтобы ваш корабль на этот раз остался в Арзанне. Он быстр и хорошо защищен, может пригодиться в некоем непредвиденном случае. Сам он отбыл на родину, сославшись на дела Альянса.

— Будем надеяться, что ничего непредвиденного не случится, — ответствовала Принцесса. — Их отправление прошло спокойно? Были ли замечены на горизонте пиратские корабли?

— Цунами, застывшее пред Арзанной по воле Его Величества, изрядно закрывает обзор, — произнес чародей. — Потому мы выставили наблюдателей на верхнем этаже астрологического шпиля Белого Дворца, выше места отыскать невозможно. Оттуда пиратов не замечают вторые сутки. Сударь Тим полагает, что пираты не рискнут приблизиться к волне столь ужасающих размеров. Его соотечественники согласны с ним, и потому выступили в поход без промедления.

— Прямо скажу, сие внушающее дрожь зрелище вселяет трепет не только в души Детей Океана! — добавил Лорд Ирлин. — Цунами такой силы превратит порт в щепки, если вырвется на свободу. Арзанна расположена выше этой волны, и мы надеемся, что город не пострадает, хотя окраины изрядно намокнут, захлестнутые обильными брызгами. На всякий случай мы опустошили все портовые склады и отныне складируем провиант в городе.

— Вакри уверены, что доберутся до родных портов невредимыми. — Лорд Тэрвис вернулся к теме разговора. — Но позже пираты вновь обратят свой гнев на острова торговых родов, ибо Воины Морей не бросают военных кампаний на полпути.

— Его Величество позаботится об этом, — успокоила присутствующих Принцесса. — Так было сказано на заседании Альянса. Какова сейчас продовольственная ситуация в Арзанне, Наставник? Я отсутствовала в столице сутки и весьма беспокоилась об этом. Накормлены ли Люди?

— Положение на некоторое время стабилизировалось. — Лорд Тэрвис принялся за объяснения: — Появление Короля всколыхнуло Арзанну. Многие упавшие духом Люди испытывают душевный подъем, добровольцев сейчас в избытке, и мы смогли набрать нужное количество грузчиков, разносчиков, поваров и дворников. Помимо этого, собраны отряды рыбаков, баркасы коих в море будет охранять ваш корабль, Ваше Высочество, и отряды огнеборцев на случай внезапного пожара или нападения неприятеля. Горожане обеспечены пищей, и хотя на складах после выдачи всех положенных порций почти не осталось провианта, до прибытия следующего морского каравана голода не возникнет.

— Мне весьма радостно слышать подобное. — Айлани с облегчением вздохнула. Наконец-то хоть что-то в Арзанне сдвинулось в лучшую сторону. — Но что с изгнанниками? Утихли ли народные волнения? Горожане более не причиняют вреда этим несчастным? Надеюсь, Главнокомандующий умерил свою воинственность по отношению к ним? Хотя бы теперь, когда угроза голода миновала?

— Боюсь, тут нам нечем вас порадовать, Ваше Высочество. — Лорд Ирлин коротко развел руками в знак того, что в том нет ничьей вины. — Изгнанники полностью прекратили общение с нами.

— Как это случилось? — нахмурилась Принцесса. — И что послужило причиной сего решения?

— Появление Короля, — просто ответил Оранжевый маг. — Как только магический портал Его Величества открылся в порту, по столице разнесся слух, что Король вернулся и начинает уводить добровольцев на Великую Войну. Нам стоило немалых трудов объяснить горожанам, что Его Величество приходил по иному поводу и время покидать Арзанну ещё не пришло. Как вам известно, Ваше Высочество, изгнанники категорически не приемлют никакого участия в Великой Войне, и потому, едва вышеуказанный слух достиг крепостных ворот, они разорвали с нами всякие контакты. Изгнанники перенесли свой лагерь на противоположную сторону долины и теперь живут там.

— Но это же в опасной близости от войск Графа Нарлунга! — воскликнула Айлани. — Почему вы допустили подобное? Почти шесть тысяч человек подвергаются опасности! И у них нет продовольствия! Там множество детей и женщин! Необходимо немедленно ехать туда! Я сама поговорю с ними, пусть вернутся под крепостные стены. Если на них нападут там, где они сейчас, мы ничем не сможем им помочь!

— Мы догадывались о том, что у вас может возникнуть это желание, — обреченно вздохнул Лорд Тэрвис. — Подобная реакция характерна для Белого Мага, чей удел суть забота о всяком живущем. Посему покорнейше просим вас не принимать столь опрометчивого решения.

— Это ещё почему?! — возмутилась Принцесса. — Немедленно объяснитесь, Наставник!

— Сей поступок вызовет недовольство горожан и войска, — ответил чародей. — Вряд ли это спровоцирует новую вспышку недовольства, но подумайте вот о чем, Ваше Высочество: о вашем покровительстве тунеядцам неизбежно станет известно Королю. Мы все хорошо знаем его отношение к Людям, тем более к таким. Вы можете навлечь на них королевский гнев. И тогда их участь будет крайне печальна. Пусть лучше всё остается так, как есть.

Айлани закусила губу. Охваченная стремлением спасти всех, она не подумала об этом. Если Король узнает об изгнанниках, он может просто убить их в одно мгновенье, без всякой жалости. Он не пощадит ни детей, ни женщин, как не пощадил никого из древних дворянских родов, коих застиг в Арзанне. Её мольбы он не станет даже слушать, а перечить Его Величеству означает лишь усугубить беду до крайней степени. Король презирает Людей и, услышав её возмущения, запросто может попросту бросить Арзанну на произвол судьбы, забрав с собой магов и воинов. Которые в большинстве своем пойдут за ним, ибо взгляды Его Величества, по крайней мере на тунеядцев, здесь разделяют многие. Войско под предводительством Виконта Вэйдина давно уже выражает молчаливый протест её политикой и заняло позицию невмешательства. Маги, сплотившиеся вокруг Лорда Ирлина, хоть и не высказывают своего мнения, но тоже на стороне Главнокомандующего. Всякий раз, когда они ведут речь о тунеядцах, магические потоки доносят до Айлани исходящую от них неприязнь. Просто никто не желает обидеть Белого Мага, которого любят все, и потому беспрекословно исполняют её повеления. Иначе бы с изгнанниками покончили ещё в первую ночь беспорядков. Возможно, предложение Лорда Тэрвиса в сложившейся ситуации наиболее разумно. Быть может, изгнанники вскоре устрашатся армий неприятеля и сами вернутся в столицу…

— Хорошо, пусть будет по-вашему, Наставник, — согласилась Принцесса. — Но смотреть, как их дети страдают от голода, я не могу. Потому прошу вас отправить несчастным изгнанникам немного продовольствия из наших запасов. Отправьте обоз ночью, дабы менее будоражить горожан.

— Сие не пройдет незамеченным. — Лорд Тэрвис покачал головой. — Но я исполню ваше повеление. Надеюсь, пока люди обуреваемы энтузиазмом, новых беспорядков не случится…

— Ваше Высочество! — вбегающий в залу сотник, возглавляющий телохранителей Принцессы, прервал речь Наставника. — Беда! Только что прискакал гонец с армейских складов! Провиант заражен смертельной болезнью! Главнокомандующий уже там, он просит вас прибыть туда!

У каменного забора, ограждающего склады столичного гарнизона, карета Принцессы остановилась через четверть часа. Пока стоящие на страже воины распахивали ворота, Айлани увидела, как к складам подходит свежий армейский батальон, и его легат с ходу начинает рассылать своих солдат на усиление охраны и оцепление и без того высокого забора. Виконта Вэйдина она нашла в дверях одного из складских помещений. Подле него стояли два Оранжевых мага. Несколько воинов выносили из склада мертвые тела охранников и укладывали их перед целителями. Возле каждого из лекарей переливалось Око Целителя, и чародеи осматривали каждого воина всякий раз, когда те выходили на улицу. Подобный осмотр всегда заканчивался плетением целительных чар.

— Ваше Высочество! — Главнокомандующий отсалютовал и мрачно кивнул на трупы: — Сие суть саботаж. Погибло семь воинов, но только шестерых из них сразила зараза. Один заколот кинжалом в спину. Некие злоумышленники пробрались на территорию складов, мы обнаружили подкоп, устроенный под забор. Преступники убили охранника и вытряхнули посреди корзин с провиантом ядовитый порошок. Заражен склад, в коем содержались основные запасы провианта. Это не может быть случайностью! В городе действуют шпионы неприятеля!

— Велите воинам покинуть склад! — Айлани быстро зашла внутрь полутемного помещения и вызвала Око Целителя. — Лорд Тэрвис, помогите мне с освещением, здесь слишком мрачно!

Старый маг вошел следом, прошептал короткое заклинание, и укрепленные на стенах осветительные кристаллы начали испускать свет. Принцесса поёжилась от царившего внутри холода и создала Биение Жизни. Сфера целительной энергии поглотила её, возвращая тепло озябшему телу, и Айлани принялась за тщательное изучение окружающих магических потоков. Источник заразы она обнаружила сразу. Крохотные, незаметные невооруженному Оком Целителя глазу бактерии-возбудители Болотной Язвы. Они витали в воздухе, распространившись по всему складу, и медленно проникали на улицу через распахнутую створу ворот. Попали они сюда внутри порошка, рассыпанного вдоль корзин с провиантом. Сей порошок явно не был делом рук алхимика, Болотная Язва слишком опасна и убивает в считаные минуты, простой травник не смог бы выжить в процессе засушивания исходного материала. А ведь пораженную заразой болотную жижу надо не только высушить, но и истолочь в порошок. Отрава, рассыпанная по складу, создана магом. Либо при непосредственном участии мага рангом не ниже Оранжевого, ибо Красный чародей окажется бессилен пред страшной болезнью.

Принцесса излила целительный поток, мгновенно наполняя им склад до самого верха, и придала ему вибрации Очищения. Губительные бактерии перестали размножаться, их жизненные процессы многократно ускорились, и вскоре все они умерли естественной смертью от старости. Несколько ударов сердца ушло на то, чтобы изловить и обезвредить вырвавшуюся из склада заразу, и всякая угроза эпидемии миновала. Убедившись, что опасности для жизни людей более не существует, Айлани приступила к осмотру провианта. Судя по тому, что внутри склада было довольно холодно, понижающие температуру тотемы не выдохлись и не были повреждены. Это значительно упрощало положение дел, значит, продовольствие испортиться от перегрева не могло. А ещё это значит, что мага, изготовившего смертельно опасный порошок, здесь не было, иначе бы он разрушил тотемы. Принцесса потратила на волшебные манипуляции ещё немного времени, после чего погасила Биение Жизни и покинула склад.

— С заразой покончено, — сообщила она ожидающим перед воротами соратникам. — Угрозы более не существует, и провиант удалось спасти. Вы правы, Главнокомандующий, это дело рук шпионов неприятеля. Порошок содержал в себе возбудитель Болотной Язвы. Здесь замешан волшебник.

— В каждом из наших чародеев я уверен, как в самом себе! — воскликнул Лорд Ирлин. — Мы пережили вместе множество лишений и провели немало боев, скрываясь в талуанских лесах! Никто из них никогда не опустится до предательства! Да и зачем?

— Среди тунеядцев двое волшебников, но оба они Красного ранга, — задумался Лорд Тэрвис. — Обуздать Болотную Язву и заключить её в порошок для них не по силам. В войске Графа Нарлунга имеются два Оранжевых чародея. Скорее всего, это их рук дело.

— Ледяные тотемы склада не тронуты, — заявил Виконт Вэйдин. — Стало быть, сами они тут не появлялись. К сожалению, нам не удалось отыскать мешок, в котором сюда пронесли Болотную Язву. Он наверняка зачарован, иначе зараза убила бы носильщиков. Шпионы забрали его с собой. Я опасаюсь, что они опорожнили его не полностью, и зараза может вспыхнуть где-либо ещё. Придется выслать на улицы патрули из воинов и целителей, иначе жертв не избежать.

Второй очаг Болотной Язвы обнаружили вечером. Уже смеркалось, когда от Виконта Вэйдина пришел гонец, сообщивший о заражении. На этот раз порошок оказался рассыпан посреди крупного палаточного лагеря, устроенного на одной из столичных площадей. Патрульный целитель заметил признаки болезни и поднял тревогу, благодаря этому удалось вовремя принять меры. К моменту прибытия Принцессы симптомы Болотной Язвы наблюдались у нескольких десятков человек. Спешно собравшиеся на площади целители не успевали оказывать медицинскую помощь всем нуждающимся, и только вмешательство Айлани позволило исключить летальные исходы. За два часа до полуночи с распространившейся по городу бактерией удалось покончить полностью, но охвативший горожан страх рассеялся не сразу. Лорд Ирлин в срочном порядке организовал из городских колодцев и скважин отбор воды на проверку, Виконт Вэйдин утроил патрули, велев солдатам досматривать всех, кто будет замечен даже с небольшой поклажей. Попытки выяснить обстоятельства преступления ни к чему не привели, никто не смог вспомнить ничего подозрительного, злоумышленники, отравляя площадь, ничем не выдали своих вредоносных деяний.

В итоге разыскать шпионов неприятеля не удалось, и по городу пополз слух, что отравления могут повториться в любую минуту. Из-за этого многие люди постарались покинуть центр и разместиться у подножия городской стены. Некоторые разбили палатки вблизи столичных ворот, заявляя, что здесь вражеские агенты не станут рассыпать отраву, так как повсюду находятся воины, несущие охрану ворот и караул на стенах. Главнокомандующий запретил кому бы то ни было селиться у ворот и приказал солдатам выдворить в центр города силой каждого, кто ослушается приказа. В результате у ворот едва не возникла потасовка, и Принцессе вновь пришлось вмешаться.

— Пускай располагаются здесь, если им так спокойнее! — требовательно заявила она.

— Ваше Высочество, городские ворота суть стратегический объект! — возражал Виконт Вэйдин. — Обилие палаток затрудняет воинам несение караульной службы. Пусть селятся в других местах…

— Ничего с воротами не случится! — отрезала Айлани. — Люди поживут некоторое время, успокоятся и вернутся на прежние места! Мы обязаны защитить наших подданных, а не подозревать злоумышленника в каждом! Их можно понять, они беспокоятся за жизнь своих семей!

Главнокомандующий не стал продолжать спор и подчинился. На следующие сутки источающий Болотную Язву порошок находили ещё дважды, и оба раза в центре города. Принцесса весь день провела в карете, разъезжая по столице, сперва исцеляя зараженных, а после разыскивая и уничтожая следы потенциальной эпидемии. За это время количество переселившихся к крепостной стене удвоилось, и палаточный городок у центральных ворот вырос. Виконт был мрачен подобно грозовой туче, но ослушаться повеления Принцессы не посмел и изгонять людей от ворот не стал. Вместо этого он добился от Айлани введения комендантского часа, и до прекращения шпионской деятельности в столице были запрещены всякие передвижения после наступления темноты. Принцесса надеялась, что сей шаг хотя бы частично сократит трещину между ней и Виконтом, столь неприятным образом становящуюся все шире в последние дни, но Вэйдин не понял истинной причины, побудившей её пойти на уступки. В полночь, когда Айлани уже отошла ко сну, её разбудила недовольная Лимми и сообщила, что у городских ворот вновь возник конфликт. Оказалось, что изрядная часть изгнанников осознала свою неправоту, подошла к воротам и требует впустить их внутрь. Главнокомандующий, разумеется, тотчас запретил воинам открывать ворота, и теперь там стоит жуткая словесная перепалка. Образумившиеся изгнанники грозят охраняющим ворота солдатам пожаловаться Принцессе, Королю и самому Олдису Покровителю. Виконт Вэйдин был вынужден прислать гонца к Её Высочеству, дабы соблюсти субординацию, но настоятельно рекомендует Принцессе принять правильное решение и не впускать тунеядцев в город.

— Передайте Главнокомандующему моё повеление, воин, — Айлани устало отложила свиток с донесением Вэйдина. — Я ознакомилась с его рекомендацией и приняла ПРАВИЛЬНОЕ решение. Всех страждущих немедленно впустить в Арзанну и разместить согласно принятым нормам. Я более не желаю слышать о каком-либо неравенстве в отношении Главнокомандующего к гражданам Редонии. Я требую от него уважительного отношения ко всем. Вместо того чтобы чинить препоны несчастным раскаявшимся Людям, пускай сосредоточится на поисках агентов неприятеля. Ступайте!

Воин, отсалютовав, удалился, и Принцесса направилась спать, с грустью раздумывая над тем, что исполненная страданий, потерь и несправедливости жизнь Виконта Вэйдина сделала его опаленное болью сердце весьма черствым. Как жаль, что столь благородный и чистый помыслами дворянин отдаляется от неё всё сильнее. И Его Величество Король Трэрг не отличается ни мягкостью, ни человеколюбием. А ей так хотелось бы увидеть в нем хоть малую капельку ласки… Окружающий мир слишком жесток и несправедлив… С этой печальной мыслью утомленная Айлани отошла ко сну.

— Принцесса! Проснитесь! Скорее же! — кто-то тряс её за плечо. — Измена! На нас напали!

Сладостная дымка прелестного сновидения, в котором Его Величество улыбался, был добр и ласков, оказалась безжалостно содрана, и Айлани нехотя вернулась к реальности. Ну что там опять…

— Вставайте, Ваше Высочество! — Лимми стянула с неё одеяло. — Враги ворвались в столицу!

— Что?! — смысл сказанного проник через безмерную усталость в страдающее от недосыпа сознание, и Принцесса подскочила на ложе. — Враги?! Как такое случилось?! Где Виконт Вэйдин?

— Главнокомандующий ведет сражение. — Первая Фрейлина торопливо стащила с Принцессы ночные одежды и быстро принялась облачать её в платье. — Он прислал гонца с дурными известиями: всему виной измена и шпионы неприятеля, большего я не знаю. Виконт просил вас как можно скорее явиться к месту битвы, дабы поддержать воинов. Лорд Ирлин с чародеями уже отбыл туда, Лорд Наставник готовит вашу карету и охрану. Надобно спешить, бои идут внутри городской стены, и враги постоянно прибывают!

— Лимми, неси Мантию Резонанса и посмотри, осталось ли у нас хоть немного волшебного порошка! — Айлани возилась с застежками платья. — Я застегнусь сама!

— А как же корсет?! — всплеснула руками старушка, но тут же засеменила к выходу: — Уже несу, Ваше Высочество, время не ждёт! — Она выбежала из спальни и вскоре вернулась с мантией и полупустым мешочком в руках: — Порошка осталась одна горсть, на Пентаграмму Силы не хватит!

— Попросим у кого-нибудь из магов, быть может, у кого-то найдется излишек! — Принцесса надела Мантию Резонанса и опустила мешочек в кармашек. — Если на то будет время! Поспешим же!

Они устремились к выходу из покоев, где их ожидали телохранители с факелами в руках. Спустя несколько минут карета на полном ходу мчала Айлани к месту сражения по погруженным в предрассветные сумерки улицам столицы. Лошадей в Арзанне почти не осталось, они были съедены во время голода, и телохранители не успевали бежать за каретой пешком. Потому Лорд Тэрвис занял место на козлах, рядом с возницей, дабы усилить своим присутствием охрану Принцессы, и несколько воинов, вскочив на подножки кареты, держались за поручни и собою закрывали двери и окна, рискуя сорваться на крутых поворотах.

— Тунеядцы предали нас! — Гонец, прибывший от Виконта Вэйдина, сидел перед Принцессой и описывал ей суть происходящего. — Они оказались в сговоре с Графом Нарлунгом! В тот миг, когда, согласно вашему повелению, мы распахнули городские ворота, дабы впустить их внутрь, подлые изменники выхватили оружие и набросились на охраняющих ворота солдат! Изменников было не менее тысячи, среди них женщины, которые также нападали на стражей ворот с оружием в руках, чего никто не ожидал. Воины со стен и из близлежащих казарм поспешили на помощь охране, но шпионы неприятеля преградили им путь! Оказалось, что их в Арзанне не менее сотни, это они подбили людей селиться у городских ворот, якобы подальше от заражения, которое сами же устраивали. Вспыхнул бой, и закрыть ворота мы не смогли, вход заполонили тунеядцы, стража ворот была в меньшинстве и погибла. Всё случилось слишком быстро, Ваше Высочество, мало кто из горожан успел понять, что происходит!

Гонец указал рукою в окно, за которым множество людей бежали навстречу карете прочь от городских стен, стремясь укрыться в центре столицы. Горожане с тюками и факелами увлекали за собою плачущих детей и были подвержены панике, пытаясь влезть в каждый подвал, встречающийся им на пути. С каждым ударом сердца толпа становилась всё гуще, ища спасения среди строений.

— Едва изменники и шпионы захватили ворота, с противоположенного края долины к городу устремились войска Графа Нарлунга! — продолжал гонец. — Наверняка они под покровом ночи подошли к долине вплотную, но наши разведчики не смогли обнаружить их приближения, ибо лагерь тунеядцев был разбит именно там, где в долину выходит дорога! Конные отряды неприятеля достигли распахнутых ворот прежде, чем мы перебили изменников и шпионов, и ворвались в город. В этот момент Главнокомандующий привел подкрепления и отправил меня за вами. Мне неизвестно, какова сейчас военная обстановка у ворот.

Тем временем бегущая к центру столицы толпа стала настолько многочисленна, что вознице пришлось пустить лошадей шагом, дабы не подавить охваченных паникой Людей. Карета продиралась через плотный человеческий поток, всюду звучали испуганные возгласы затерявшихся в сутолоке детей и призывные крики родителей, пытающихся продираться сквозь толпу им на помощь. Огни мелькающих факелов тревожно метались, отбрасывая на стены домов и поверхность живой реки кривые рваные тени, и глухо доносящиеся с городской окраины звуки разрывов добавляли в и без того зловещую картину ощущение беззащитности и неотвратимости приближающейся трагедии. Ближе к окраинам людской поток очень быстро поредел, грохот взрывов и шипение смертоносных заклятий звучали уже где-то недалеко, и Принцесса, выглянув в окно, увидела, как предрассветную темноту прорезают отблески вспышек и отсветы пожаров.

— Ваше Высочество, прошу вас не приближаться к окну! — стоящий на подножке снаружи воин прижался к окну облаченным в доспехи телом, закрывая его собой целиком. — Мы не знаем, насколько продвинулся неприятель! Нас могут поджидать шпионы или изменники!

Телохранитель оказался прав. Спустя две лиги снаружи раздались крики сражающихся людей и звон соударяющихся клинков. В карету вонзилось несколько стрел, заставляя Айлани сжаться и вздрагивать от стука вонзающихся в дерево острых наконечников. Испуганная Лимми затолкала Принцессу в угол, подальше от окна и двери, заслонила собой и неожиданно выхватила кинжал, достав его непонятно откуда. Гонец Виконта Вэйдина обнажил меч и выскочил из кареты, захлопывая за собой дверь. Первая Фрейлина защелкнула за ним задвижку, дабы не позволить врагам проникнуть в карету запросто, и замерла с занесенным для удара оружием, изготовившись пронзить всякого, кто осмелится вломиться внутрь. Звон клинков снаружи усилился, и Принцесса различила глухую скороговорку Лорда Тэрвиса. Сухо треснула Молния, отдавая разряд цели, кто-то закричал особенно громко, и Наставник выкрикнул формулу Магической Стрелы.

Айлани, стараясь не высовываться из относительно безопасного угла, торопливо вызвала Око Целителя. Королевские кареты выполнялись из талуанского лапчатого дуба, имеющего весьма прочную древесину, и зачаровывались сильнейшими магами. Эту карету напитывал защитными чарами Лорд Тэрвис, если держаться подальше от окна, то прямая опасность ей не грозит, и потому Принцесса закрыла глаза и взглянула через Око Целителя сквозь стены кареты. Бой почти закончился, два десятка воинов теснили небольшую группу Людей к стене ближайшего дома, ещё столько же взяли карету под охрану, окружив её кольцом. Среди них обнаружился Наставник, творящий над кем-то лечебные чары.

— Лимми, отпирай дверь! — Айлани подалась к выходу. — Там раненые! Им нужна моя помощь!

— И не подумаю! — охнула старушка, холодея от ужаса. — Вас могут убить! Кругом враги!

— Опасность миновала! — Принцесса бросила на неё гневный взгляд. — Бой закончен! Открывай же! Кто-нибудь может погибнуть!

Она собралась создать Биение Жизни прямо в карете, но тут в дверь настойчиво постучали.

— Откройте, Графиня! — раздался голос Наставника. — Враги повержены, я присоединюсь к вам!

— Ты ещё жив, старый лоботряс?! — тихо зашипела Лимми, отпирая дверь. — Чего тебе понадобилось внутри?! Оставайся снаружи, там от тебя хоть какая-то польза! Поглядите на него, повсюду кишат убийцы, а он в карету лезет, вместо того чтобы защищать жизнь ребёнка!

— Нас встретил отряд воинов, посланный Виконтом Вэйдином нам навстречу, — старый маг, кряхтя, забрался внутрь и уселся на обитую бархатом мягкую скамью. — Они подоспели как раз в тот миг, когда мы попали в засаду. Это были, вне всякого сомнения, шпионы врага, и они поджидали тут именно Принцессу, тщательно затаившись в переулках. Наши воины сразили подлецов, сотник Редарон даже захватил одного из них живым, в последний миг не дав тому покончить с собой. После пленника можно будет допросить, но сейчас мы должны немедленно следовать к месту битвы! Армия Графа Нарлунга в эти минуты подходит к Арзанне, судьба столицы решается прямо сейчас!

Пока Лорд Тэрвис вёл рассказ, карета тронулась с места и покатила дальше под слитный топот ног и бряцанье доспехов. Айлани выглянула в окно. Армейская сотня бежала рядом с каретой в ровном строю, окружив её с трех сторон и держа наготове щиты и мечи.

— Редарон категорически не позволил нам ехать далее одним, — ответил на её немой вопрос Наставник. — Сражение близко, и теперь его воины не отойдут от вас ни на шаг, Ваше Высочество.

— Этот сотник весьма мудрый и дальновидный воин! — немедленно заявила Лимми. — В отличие от тебя, старый никчемный истукан, он превосходно знает своё дело! Тебе стоило бы у него поучиться!

Седой волшебник счел более безопасным не отвечать на сей выпад и молча воззрился в окно, нахохлившись, словно обиженный воробей. Первая Фрейлина продолжила тихо костерить его на чем свет стоит, но вскоре очередной взрыв грянул где-то совсем недалеко, и она умолкла на полуслове. Спустя несколько минут шум битвы гремел уже рядом, карета остановилась, и телохранители весьма быстро окружили дверь, выстраивая коридор из щитов, сомкнутых в единую стену.

— Можно выходить! — в распахнувшейся двери появился воин в доспехах сотника, покрытых брызгами крови. — Ваше Высочество, Главнокомандующий просит вас подняться на крышу этой усадьбы, сие строение весьма удобно в качестве наблюдательного пункта. Он ожидает вас там!

Принцесса покинула карету, и воины сомкнули ряды ещё плотнее, и вторые шеренги подняли щиты над головой, образуя стальную крышу, непроницаемую для стрел. Стало совсем темно, и Наставник коротким заклятьем заставил испускать свет хрустальную брошь, скрепляющую ворот походного плаща Первой Фрейлины. Стальной коридор из воинов длился до самого входа в усадьбу, и Айлани спешила добраться до Главнокомандующего, подавляя растущее внутри чувство вины. Она торопливо шла через усадьбу за сотником, не замечая интерьера. Скорее всего, дом принадлежал ранее какому-нибудь купцу среднего достатка, так как был достаточно велик, но при этом располагался далеко от центральных районов столицы. Усадьба пережила несколько разграблений, и теперь внутри царили изрядный беспорядок и запустение. Крыша строения оказалась весьма просторной, когда-то на ней был разбиты клумбы и устроены беседки и шезлонги. Сейчас же вокруг стояли ряды воинов, оградившие крышу щитами. За их спинами несколько десятков лучников по указанию командира залпом посылали стрелы, целя вверх под углом, дабы поток метательных снарядов обрушивался с сумеречного неба на головы неприятелю где-то достаточно не близко от усадьбы. Недалеко от края, на кресле с обломанной спинкой, сидел Виконт Вэйдин и наблюдал за битвой. Подле него в Пентаграмме Силы стоял Оранжевый маг и творил лечебные чары, исцеляя рану на бедре Главнокомандующего прямо через пробитый доспех. Грохот взрывов, звон боевого металла и тысячи криков, сливающиеся в единую ужасающую фантасмагорию звуков, ударил по ушам, едва Айлани ступила на крышу, и это заставило её невольно проследить взгляд Вэйдина.

Её глазам предстало страшное зрелище жестокой и кровавой битвы, кипящей в предрассветных сумерках. Крепостные стены Арзанны, примыкающие к надвратной башне, были заполнены отчаянно рубящимися воинами, различить принадлежность которых в полутьме она не могла. Обширное пространство перед распахнутыми городскими воротами представляло собой поле боя, сплошь покрытое сражающимися, стоящими прямо на трупах. На крышах близлежащих к сражению домов виднелись фигурки магов, замерших в Пентаграммах Силы. Волшебники посылали во врага смертоносные заклятья, вокруг них сплотились воины, укрывающие щитами чародеев от стрел, бесконечно прилетающих из слабо светлеющей темноты. Внизу можно было различить два десятка целителей, плетущих чары едва ли не в сажени от рубящейся человеческой массы, и постоянно прибывающие из города свежие батальоны вступали в битву, обходя волшебников, словно волны морского прибоя обтекали прибрежные рифы. Основной поток боевых заклинаний направлялся вдаль, к чернеющей в полумраке громаде надвратной башни, и в постоянных огненных и электрических вспышках едва различимо поблескивала сталь опущенной воротной решётки, за которой разлилось бесконечное море факельных огней.

— Ваше Высочество! — Виконт Вэйдин увидел Принцессу и встал, игнорируя рану. Он выполнил воинский салют и произнес: — Закрыть городские ворота мы не смогли. Враги заранее спланировали нападение, и прежде, чем мы сумели стянуть сюда крупные силы, в город ворвалась конная тысяча. Мы встретили её прямо здесь и начали контратаку. Достичь ворот не вышло, но нам удалось прорваться в надвратную башню и опустить решетку. Армия Графа Нарлунга уже у стен Арзанны и разворачивает осадные орудия. Решетка изготовлена из стали и зачарована, и так просто неприятелю её не разрушить, однако сама надвратная башня расколота трещиной надвое последствием заклятья ужасающей силы, сотворенного Его Величеством. Я опасаюсь, что она не выдержит долгих ударов тарана. Посему нам важно как можно скорее отбить у прорвавшегося врага крепостные стены и пространство перед решеткой, дабы не подпустить осадные машины к башне. После того, как в бой вступили маги, мы одерживаем верх, но сильно проигрываем во времени. Граф Нарлунг вскоре развернет катапульты и начнет бомбардировать город. Начнутся пожары и паника, столица переполнена, жертвы будут велики!

— Что я должна сделать? — Айлани коротким заклятьем исцелила недолеченную рану Вэйдина.

— Благодарю вас, Ваше Высочество, — Виконт склонил голову в поклоне. — Вы можете поддержать воинов. Придайте им сил! Не зная усталости, они быстро сметут прорвавшихся врагов! Поле боя здесь крайне невелико, и я не могу воспользоваться численным преимуществом.

— Вокруг слишком темно! — в отчаянье воскликнула Принцесса, заламывая руки от почти физической боли, доставляемой ей хладным дыханьем Смерти, обильно веющим с поля битвы. — Я не вижу воинов! Я не смогу отличить своих от чужих… — она умолкла на краткий миг и прошептала: — Они все Люди, Виконт… они все там Люди… живые, страдающие, умирающие в мучениях…

— Милорд! — Лорд Тэрвис быстрым шагом подошел к целителю, занимавшемуся раной Главнокомандующего. — Скорее ступайте к магам, что ведут сраженье по правую сторону от усадьбы! Я пойду в другую сторону! Передайте, чтобы все озаботились освещением! Пусть свет испускает всё, что только может удерживать осветительные чары! Белый Маг должен увидеть сражение отчетливо, но до рассвета более получаса, мы не можем ждать! Поторопимся же!

Целитель что-то уточнил у Наставника и покинул крышу. Лорд Тэрвис окинул глазами левый фланг битвы, запоминая расположение волшебников, и устремился следом, на ходу произнося:

— Ваше Высочество, не бойтесь и не волнуйтесь, у вас получится! Сосредоточьтесь на индивидуальности жизненных потоков! Белому Магу требуется верно настроиться на них всего один раз, далее он уже не может их перепутать! Так сказано в Хрониках… — эти слова донеслись до Айлани уже из-за дверей.

Взять себя в руки, взирая на кровавое побоище, каждый миг уносящее множество жизней, оказалось непросто. Она хотела превозмочь душевные страдания, скрывшись от всех внутри Биения Жизни, но так оказалось ещё хуже. Зрелище непрерывно гаснущих жизненных потоков, навсегда исчезающих из окружающего бытия, терзало ее во сто крат сильнее. Биение Жизни пришлось погасить, и Айлани, беззвучно роняя слезинки, молча смотрела на погруженное в полумрак пиршество Смерти, озаряемое отблеском заклятий и вспышками взрывов. Она изо всех сил убеждала себя, что на войне обилие смертей неизбежно, и ужасающих по своей жестокости битв будет ещё великое множество, и количество жертв будет неисчислимо… Но сие помогало слабо. С каждым пережитым сражением ей становилось всё труднее свыкаться с происходящими на её глазах смертями. Но если поддаться стремлению сердца и начать исцелять всех, то её разум не выдержит бесконечного смертоубийства, как это едва не случилось там, в порту Арзанны… Принцесса с горечью подумала, как могло бы всё быть прекрасно, если бы все воины, ощутив неуязвимость, осознали всю бессмысленность сражений, убийств и взаимной ненависти, и войны прекратились бы навсегда. Но вместо этого они бросаются друг на друга с ещё большим остервенением. Сударь Тим рассказывал, что в том морском бою пираты превосходили торговцев числом многократно, и когда поняли, что не могут никого убить, набрасывались большим количеством на одного моряка, связывали его по рукам и ногам и бросали в море, прикрепив груз… Почему мир настолько жесток?

Вспыхнувший в полумраке источник света отвлек её от рвущих душу на части мыслей. Зажегся разбитый уличный фонарь, за ним второй и третий. Масло в фонарных лампадах иссякло с началом голода, некому было заниматься своевременным обслуживанием освещения, и сейчас волшебники заставляли испускать свет их стекла. Следом за фонарями засветились окна домов и выполненные из стекла и минералов изразцы на стенах. Дюжина чародеев направили Струи Огня не в неприятельские ряды, а гораздо выше, намного поверх голов, освещая битву там, где не имелось ничего, способного испускать свет. Гигантские огненные сполохи вкупе с испускающими свет стеклами фонарей, окон и облицовки зданий осветили бурлящее сражение кроваво-красными бликами и затрепетали в белом свечении, отчего создавалось впечатление, будто даже освещение дрожит от страха в воздухе, напитанном криками ярости и боли.

Если она не может предотвратить гибель всех, то хотя бы сделает так, чтобы Смерть забрала как можно меньше жизней! Айлани гигантским усилием собрала волю в кулак и вновь создала Биение Жизни. Мир вокруг неё потускнел, сменяясь потоками жизненных энергий, тревожно вибрирующими в кровавой битве. В первые мгновения ей пришлось нелегко. Тысячи едва живых ручейков, тысячи исчезающих на глазах капелек, каждая из которых означала чьё-то угасающее сердце, десятки тысяч неповрежденных потоков — всё смешалось в единое месиво. Пришлось одновременно обозревать поле брани глазами сквозь сферу Биения Жизни и смотреть на мир при помощи волн целительной энергии, сопоставляя обе сии картины в одну. Принцессу на краткий миг охватила паника, она не справляется с разделением потоков на вражеские и дружественные. Они же все человеческие, без исключения! Но она немедленно взяла себя в руки, твердо заявив, что каждый миг, утерянный вследствие паники, стоит жизни кому-то из воинов. Айлани потянулась магическими потоками сразу ко всем, и вгляделась в жестокую резню, отключаясь от солдат неприятеля. Многие из них тотчас падали, сраженные получившим второе дыхание противником, и Принцесса вздрагивала всякий раз, когда Смерть получала очередную добычу.

Хроники не лгали. Настроившись на конкретный жизненный поток, Айлани уже не путала его ни с кем иным, и видеть сего воина глазам более не требовалось. Спустя несколько минут она полностью перестала нуждаться в обычном зрении и закрыла глаза, с облегчением отгораживаясь от реального мира, брызжущего кровью и звенящего предсмертными криками. Потоки целительной энергии щедрыми волнами устремились к защитникам Арзанны, и ход сражения мгновенно изменился. Утомленные воины воспряли силами, словно только что вступили в бой после превосходного отдыха. От полученных ран не осталось следа, и новые повреждения исчезали прежде, чем клинки противника выходили из удара. Стрелы и метательные снаряды, вонзавшиеся в тело, тут же вываливались наземь и оставляли после себя вместо кровавой раны розовые шрамы на только что отрегенерировавшей коже. Обретшие неуязвимость бойцы сломили дух неприятеля прежде, чем подавили сопротивление, и отрезанные от основных сил враги потеряли надежду на победу. Многие из них бились с обреченной безысходностью и пали под ударами непобедимых воинов. Малая часть вражеских солдат пыталась сдаться, бросая оружие и поднимая пустые руки, и защитники Арзанны сгоняли их прямо к решетке ворот, словно живую пробку на пути возможного потока неприятельских метательных снарядов.

— Виконт, что делают ваши Люди?! — Айлани погасила Биение Жизни, поняв, что более не видит ни раненых, ни сражающихся. — Зачем они гонят пленников к решетке?! Их же поразит стрелами! Сейчас же велите воинам увести этих несчастных в безопасное место!

— Ворота остались снаружи, — мрачно ответствовал Главнокомандующий. — Закрыть их невозможно. Посему мы заградим решетку воинами врага и изменниками. Если неприятель желает расстрелять своих, пусть расстреливает. С нашей стороны брать пленных в сложившейся обстановке в высшей степени неразумно. Скоро начнется штурм, и если Лорд Нарлунг станет одерживать верх, то пленники обязательно поднимут мятеж, ибо их немало. Мы не стали умерщвлять всех исключительно из уважения к вам, Ваше Величество. Или вы желаете, чтоб вместо подлецов, предавших сначала нас, а теперь и своих новых хозяев, стрелы летели в наших воинов?!

Он гневно взмахнул рукой, обрывая на полуслове пытающуюся возмущенно возразить Принцессу, и указал на усеянное окровавленными трупами поле боя:

— Вам мало смертей, случившихся целиком из-за вашего попустительства тунеядцам? А ведь осада только началась, теперь то ли ещё будет! Ещё одно вмешательство в военное руководство, Ваше Высочество, слышите?! Ещё одно! И вы будете командовать войском сами! Я встану в солдатские ряды! Лучше погибнуть достойно в гуще битвы, нежели нести ответственность за сотни бездарно загубленных жизней, потерянных из-за идеалистических капризов наивного ребенка!

Было видно, что чаша терпения Главнокомандующего переполнилась. Его глаза пылали праведным гневом и метали молнии. Он снова ткнул рукой в сторону сотен мертвых тел:

— Все эти воины могли бы остаться в живых, если бы вы не приказали впустить изменников! Все! Слышите?!! И армии Графа Нарлунга сейчас не было бы под стенами Арзанны! Или принимайте командование на себя, Верховный Маг, или не попадайтесь мне на глаза до тех пор, пока вас не вызовут для продолжения участия в сражении!

Виконт Вэйдин замолчал и вперил в Принцессу исполненный гнева взгляд, ожидая её решения. Потерявшая дар речи Айлани несколько мгновений не знала, что сказать, беспомощно открывая и закрывая рот. Из её глаз против воли брызнули слёзы, и она негромко прошептала:

— Я… я удаляюсь, Виконт… — подступившие к горлу рыдания не позволили ей более говорить, и Айлани устремилась прочь с крыши.

— Извольте не удаляться дальше этой усадьбы, Верховный Маг! — неслось ей вслед. — Битва только начинается, вскоре неприятель пойдет на штурм! Тысячи жизней зависят от вас!

Она вбежала в одну из комнат, бросилась на изрезанный клинками мародеров диван и зарыдала, уткнув лицо в ладони. Семенящая следом Лимми села рядом и обняла плачущую Принцессу, заботливо прижимая её к груди. Старая Фрейлина ласково гладила Айлани по голове и тихо успокаивала убитую горем девушку, тяжело вздыхая от сопереживания.

— Не убивайтесь столь сильно, Ваше Высочество, — негромко шептала она. — Всё образуется… Виконт вспылил, он потерял много воинов, он не ведает, что говорит, горечь потерь затмила его разум… Он успокоится и образумится, он не держит на вас зла и обязательно извинится…

— Это я должна вымаливать прощение, Лимми! — Айлани сотрясали бурные рыдания. — У всех тех, кто погиб сегодня из-за моей глупости и амбиций! Я хотела, чтобы спаслись все, я хотела, чтобы всем было хорошо, чтобы все жили в мире… — она вновь задохнулась от слез.

— Всем может быть хорошо лишь тогда, когда всеми владеют одни стремления, — почти беззвучно произнесла старушка. — Иначе приходится выбирать. Жизнь венценосца — бесконечная чреда компромиссов. Компромиссов со своею совестью… — Первая Фрейлина умолкла, продолжая прижимать к себе Принцессу, и спустя мгновение тихо предложила: — Ваше Высочество, быть может, настал час обратиться за помощью к Королю? Кровавая битва суть удел Черного Рыцаря, но не Белого Мага. У вас доброе сердце, для него сия ноша слишком тяжела…

— Король сейчас в Сабии, — всхлипнула Айлани. — Он ведет сражение, медальон подсказывает мне… Возможно, он не откажет в помощи, но что я ему скажу, Лимми? Что моё сознание разрывается на части оттого, что я не могу во время битвы исцелять всех без исключения? Что из-за моего человеколюбия только что погибло три с половиною тысячи человек?

— Мы потеряли полторы тысячи воинов, — мягко поправила её старушка. — Я слышала разговор Виконта с легатами. Остальные — солдаты неприятеля и изменники.

— Это всё Люди, Лимми! — горестно ответила Айлани. — Для меня все они — Люди… Но для Его Величества, как для Виконта, Люди лишь те, кто не враг… И если я расскажу ему о своих деяниях, он попросту станет меня презирать! Он и без того ни в грош меня ни ставит… я для него лишь целитель, способный поддерживать в битве много большее количество воинов, нежели обычно…

Она вновь задрожала в беззвучных рыданиях, и Первая Фрейлина принялась заботливо утирать шелковым платком слезы с её лица.

— Это не так, девочка моя! — ласково вещала старушка. — Его Величество весьма тепло относится к вам. — Она с грустью вздохнула: — Что поделать, если идет столь чудовищная война, и искусный в битве целитель ценится гораздо выше прелестной девушки с безгранично добрым сердцем… В жестокой битве Король в своей стихии, возможно, именно поэтому вам стоит рассказать ему о своих душевных терзаниях? Кто знает, быть может, он поймет вас лучше многих… Не бойтесь, он не обидит вас…

— Я боюсь не этого. — Айлани печально улыбнулась сквозь слезы. — Я боюсь того, что мне придется выбирать между своей любовью и стремлениями самого естества Белого Мага. Ибо я не знаю, каков должен быть выбор. Любой из вариантов причинит мне лишь горе…

— Немедленно перестаньте, Ваше Высочество! — Лимми строго посмотрела на неё. — Что за глупости?! Вы так разрушите сами себя! Нет никакого выбора и быть не может! Вы просто ещё молоды и потому всё принимаете чрезмерно близко к сердцу. Давайте воззовем к Его Величеству за помощью, и всё образуется, вот увидите!

— Не сейчас, Лимми. — Принцесса глубоко вдохнула, беря себя в руки, и сплела несложное заклятье. Слезы на её глазах высохли, и заплаканный лик сменился на спокойное выражение. — Сначала я должна исправить то, что натворила. Идем! — Она решительно поднялась с изодранного дивана. — Вскоре начнется штурм, и мое место на стенах! Я не желаю более потерять ни одного воина. Быть может, хотя бы отсутствие потерь с нашей стороны образумит Графа Нарлунга, и он вернется в свои земли. Идём же!

— Не ранее, чем вы пообещаете мне ни в коем случае не выходить из-под защиты воинов! — Старая Фрейлина преградила ей путь. — Душевные муки — душевными муками, но погибнуть из-за них единственному в мире Белому Магу я не позволю! Для этого есть воины, сие их удел — гибнуть в сражениях! Тэрвис, бестолковый ленивец, где тебя носит?! — немедленно набросилась она на появившегося в дверях Наставника. — Её Высочество собралась на крепостную стену! Сражаться!

— Сражаться непосредственно на крепостной стене для Белого Мага суть излишне. Мы с Лордом Ирлином уже приготовили для Принцессы место на вершине сторожевой башни, — ответствовал Наставник. — Нам даже удалось собрать достаточно волшебного порошка, и сейчас для Её Высочества отсыпают Пентаграмму Силы. Но прежде нам необходимо посетить военный совет. До начала штурма ещё есть немного времени, и Главнокомандующий желает поведать нам некие важные сведения, только что полученные в результате допроса пленников. Он просил меня передать Верховному Магу официальную просьбу присутствовать на военном совете.

— Сперва пусть передаст Верховному Магу свои официальные извинения! — надулась старушка.

— Довольно! — решительно отрезала Айлани. — Виконту не за что извиняться. Я принимаю его приглашение. Где и когда состоится совет?

— На вершине башни, у Пентаграммы Силы Белого Мага, — ответствовал Лорд Тэрвис. — Через четверть часа, едва начнет светать. Так нам будет лучше видна диспозиция неприятеля.

С башенной вершины выползающий из-за горизонта диск встающего светила был виден почти на треть, и застывшие на недосягаемой высоте воздушные и легкие, почти призрачные перистые облака едва заметно отражали свет алой зарницы. Слабый утренний ветерок лениво трепал распущенные волосы Айлани, замершей у защитного зубца, и своею свежею прохладой словно подчеркивал надвигающуюся теплоту яркого летнего дня. Отсюда, с западной окраины Арзанны, даже с вершины башни море было заметно лишь отчасти, неширокой узкой полоской у самого горизонта. Сейчас в рассветных лучах этот синий обод, венчающий земное чело, словно светился изнутри теплым оранжевым сиянием, играя на своей поверхности солнечными лучами. Даже застывшее перед портом цунами отсюда казалось игрушечным и безобидным. Принцесса подумала, что день обещает быть весьма солнечным, теплым и свежим… Вот только он не будет радостным.

Она обернулась и пошла к западной стороне башни, у зубцов которой замерла череда воинов со щитами наготове. Подойдя к одному из них, Айлани бросила взгляд поверх его плеча, избегая высовываться меж двух зубцов. Лучи восходящего солнца ещё не коснулись прилегающей к Восточным воротам Арзанны долины, и расположившаяся в ней армия неприятеля в утренних сумерках казалась большой, вяло плещущейся грязной лужей, растекшейся по некогда цветущей местности. Усыпающие долину оплавленные валуны, оставшиеся от Королевского заклятья Расплавленного Камнепада, ещё более усугубляли мрачную картину, походя на вспучившиеся на поверхности лужи уродливые пузыри. Войско Графа Нарлунга уже погасило факелы и заканчивало последние приготовления к штурму.

Убедившись в том, что прорваться в город не вышло, а кованую стальную решетку не разбить без тарана, неприятель отступил от стен, дабы не попадать под летящие сверху камни и горшки с пылающим маслом, и приступил к сборке осадных орудий. Дабы не позволить защитникам выйти наружу и запереть ворота, ещё во время первой атаки враги врыли перед створами в землю несколько бревен, застопорив их ход. Теперь же в лиге от ворот установили защищающие от стрел заслоны, сколоченные из досок и древесных стволов, за которыми скрывались многочисленные стрелки, и между осажденными и осаждающими начался обмен залпами. В предрассветном сумраке точность выстрелов была невелика, и воины на стенах не подвергались сильной опасности, однако сделать вылазку и закрыть ворота уже не удавалось. Граф Нарлунг держал наготове конный полк, только и ожидая того момента, когда защитники столицы поднимут решетку.

Как только долину озарит рассвет, вялая перестрелка превратится в шквал арбалетных болтов, стрел и метательных зарядов осадных машин. Войска неприятеля пойдут на приступ, и перед глазами Айлани разыграется новая кровавая драма… Принцесса закрыла глаза и отступила от края башни. Мгновение она восстанавливала участившееся сердцебиение, после чего посмотрела на приготовленную для неё Пентаграмму Силы. Если нельзя предотвратить кровопролитие, то нужно свести его к минимуму, напомнила она себе и направилась к стоящим неподалеку легатам и чародеям, собравшимся на военный совет. Все собрались здесь загодя и теперь ожидали Главнокомандующего, заканчивающего допрос пленных. Виконт Вэйдин появился спустя минуту.

— Милорды! — объявил он, едва взойдя на башню. — Показания пленников позволили нам раскрыть замысел неприятеля. Положение дел оказалось много опаснее, чем нам представлялось. — Он перевел взгляд на Принцессу: — Но прежде я хотел бы принести свои извинения, Ваше Высочество. Я был неоправданно груб и бестактен, и весьма корю себя за это…

— Оставьте, Главнокомандующий! — прервала его Айлани. Её голос звучал ровно и уверенно. — Вы не сказали ничего, что не являлось бы правдой. Это я должна принести извинения. Перед вами и перед всеми теми, кто пал или потерял близких в сражении. Сие моя вина, и я полностью признаю это. После, когда Олдис Покровитель будет к нам более благосклонен, я попрошу у Его Величества для себя наказания. Сейчас же я прошу вас забыть взаимные обиды и продолжить руководить битвой. Я не буду оспаривать ваших приказов и как Белый Маг полностью в вашем распоряжении.

— Благодарю вас, Ваше Высочество, — Вэйдин поклонился. — Со своей стороны обещаю, что более такого не повторится. Теперь к делу. Пленный шпион рассказал, что недавние отравления суть часть коварного плана Графа Нарлунга по захвату Арзанны. И план этот передал ему в руки Некромант.

— Некромант?! — изумилась Принцесса. — Но он же повержен! Даже Эльфы не подвергли его смерть сомнению! Князь Элефендил Эльфийский прямо заявил об этом.

— Наиболее вероятно, что это какой-либо другой некромос, — изрёк Вэйдин. — Как бы то ни было, его видели многие. Некромант ни от кого не скрывается и является на беседы с Нарлунгом вот уже две недели каждый третий день. Более того, он хорошо осведомлен о том, что происходит в Арзанне. Сотня его шпионов вошла в город вместе с тунеядцами ещё тогда, когда последние явились под стены столицы, якобы спасаясь от приближающейся к долине армии неприятеля. Всё это время они ничем не выдавали себя и дожидались нужного момента.

— Они задумали похитить Её Высочество! — ахнула Лимми. — Граф Нарлунг оказался ещё большим негодяем, чем я считала! Каков подлец!

— Первоначально замысел Некроманта был иным, — Главнокомандующий покачал головой. — Пленный шпион признался, что его отряду было приказано дождаться появления пиратов. Пираты должны были на наших глазах потопить торговые суда, спешащие на помощь Арзанне с грузом продовольствия. Сие зрелище должно было надломить наш боевой дух, а после того, как в столице начнет свирепствовать голод, пиратская эскадра вернётся и высадит на берег тумены к'Зирдов. Мы стянем в порт все силы, оставив на стенах лишь малые отряды, и в этот момент шпионы внезапно нападают на городские ворота изнутри и захватывают их. Затем распахивают настежь и обороняют до подхода конной тысячи, каковая находится в засаде в готовности и преодолеет долину на полном скаку за считаные минуты.

— Полагаю, появление Его Величества изрядно смешало Некроманту планы! — мстительно заявила Лимми. — Мерзкая ходячая гнилушка! Жаль, что он сам не влез на тот пиратский корабль, что поразила Великая Молния Короля Трэрга! — старушка гневно потрясла сухонькими кулачками.

— Вероятно, увидев цунами, некромос понял, что нападение с моря более неосуществимо, — согласно кивнул Виконт Вэйдин. — Ибо шпионы получили новый приказ и зачарованный мешок с Болотной Язвой и такими же лицевыми повязками в придачу. Пленный конник поведал, что сию отраву изготовил лично Некромант и вручил её прямо в руки Графу Нарлунгу, издавая зловещий смех, леденящий душу. Сын Некроса сказал, что если Граф желает стать Королем Редонии, ему должно приложить для этого в том числе и личные усилия. Нарлунгу пришлось из рук в руки передавать зачарованный мешок посыльному, который тайно доставил его в Арзанну.

— Это в духе Детей Некроса! — брезгливо скривилась Принцесса. — Вынуждать пачкаться в крови всех, кто заглотил их наживку для алчных, низких и беспринципных!

— Новый приказ гласил, — продолжил Главнокомандующий, — что отраву надлежит рассыпать в центре города, а также распускать панические слухи, дабы спровоцировать отток горожан к крепостной стене. После чего шпионам должно под видом беженцев разбить палатки у городских ворот и ждать, когда они откроются и подле них завяжется схватка. Далее отряду следовало объединиться и убивать спешащих к воротам стражников, пока в город не ворвется конная тысяча. Что и было сделано. Попутно мы выяснили, что изгнанные из столицы тунеядцы заключили с Графом Нарлунгом договор, согласно которому они захватывают ворота для его войска, а взамен получают неприкосновенность. Свитки, её подтверждающие, подписаны Графом Нарлунгом и ханом Чен Им Пахом, сыном великого хана Кил Им Паха, который возглавляет полчища к'Зирдов, находящиеся на территории Редонии. Всё это также устроил некромос.

— Подлые трусы! — сквозь зубы процедил кто-то. — Обменяли свои жалкие жизни на наши!

— Свои обязательства и шпионы, и изменники выполнили в точности, — подытожил Виконт Вэйдин. — Нас спасло то, что мы смогли пробиться к поворотному механизму надвратной башни и опустить решетку. Сие стало возможным исключительно благодаря боевым чарам, наложенным Его Величеством на мой клинок! — Главнокомандующий обнажил меч, взял его в руки и склонил голову в поклоне пред тускло мерцающим черным заклятьем клинком. — Удар сего оружия не способны выдержать ни щит, ни броня! Клинок проходит сквозь них, словно сквозь бумагу! Вряд ли Некромант или Нарлунг предвидели такое. И потому решетка была опущена, и войско неприятеля, вместо того чтобы разрушать Арзанну, готовится к штурму. — Виконт вернул клинок в ножны. — Решение же пленить Её Высочество принял командир шпионского отряда, желая получить дополнительную награду. Он организовал засаду на дороге заранее, предполагая, что Принцесса обязательно пожелает присоединиться к битве. Граф Нарлунг не давал ему такого указания, но среди шпионов ходил слух, будто сам Некромант внушил этому негодяю сию мысль. Но в его распоряжении было слишком мало людей, и потому засада не удалась.

— На что же Граф Нарлунг рассчитывает теперь, когда ворваться в Арзанну не удалось? — нахмурился Лорд Тэрвис. — Блокады с моря не случилось, голод нам не угрожает. В численности наше войско уступает его армии, но мы за крепостной стеной, и в наших рядах полсотни волшебников и Белый Маг! Ему не взять столицу!

— Сие загадка, — задумчиво изрёк Виконт Вэйдин. — Я полагаю, что он надеется либо на помощь Некроманта, либо на то, что его метательным машинам удастся разрушить давшую трещину надвратную башню. Но ему неведомо, что у нас есть семь боевых жезлов Некроса, оставленных Его Величеством после победы над некромантами в Белом Дворце. Мы храним их для к'Зирдских полчищ, но если башня окажется под угрозой обрушения, пустим в ход. Это явится Некроманту ещё одним неприятным сюрпризом от Короля.

Внизу, в долине, затрубили сигнальные рога, ознаменовывая начало штурма, и Виконт обратил взор на неприятельское войско.

— Вскоре всё выяснится! — изрёк он с мрачной решимостью. — К оружию, Милорды! Будем же стоять насмерть за Редонию, как подобает верным сынам и дочерям её! Лорд Тэрвис! Оставайтесь подле Её Высочества. Других волшебников для её защиты я дать не могу, но батальон самых лучших наших воинов будет защищать Принцессу и эту башню до последнего вздоха!

Один из окружающих Главнокомандующего легатов отсалютовал Принцессе и занял место рядом с ней. Остальные поспешили к лестнице, и Айлани окликнула Главнокомандующего:

— Виконт, если где-либо случится обрушение, или враги сломают решетку, словом, бой вспыхнет там, где я не смогу увидеть схватку, отправляйте туда сражаться тех воинов, что бились с неприятелем у ворот сегодня утром. Их жизненные потоки мне знакомы, и я смогу поддерживать их не глядя. Ступайте, Главнокомандующий, и да поможет вам Олдис Покровитель!

— Да поможет он всем нам! — отсалютовал Виконт Вэйдин и скрылся в недрах башни.

— Ваше Высочество, прошу вас спуститься внутрь башни! — легат батальона телохранителей бросил быстрый взгляд на приближающиеся к крепостной стене неприятельские полки. — Сейчас лучники неприятеля обрушат на нас совместный залп!

— Из башни я не смогу видеть наших воинов, — заявила Принцесса. — Я должна настроиться на их жизненные потоки и потому останусь здесь.

— Это весьма рискованно, Ваше Высочество! — поддержал легата Наставник. — Разумнее переждать обстрел в безопасности и подняться наверх позже!

— Очень разумное предложение! — немедленно подхватила Лимми. — Первая дельная мысль Наставника за всё время его существования! Ваше Высочество, извольте спуститься внутрь!

— А если обстрел не прекратится вовсе? — Айлани подошла к ближайшему башенному зубцу и встала вплотную к мощной каменной кладке. — Если стрелять не перестанут даже тогда, когда солдаты неприятеля приставят к стенам города штурмовые лестницы и полезут вверх?

— В это время плотность обстрела всегда падает, штурмующие и обороняющие сходятся в схватке, и стрелки не делают массированных залпов, дабы не поразить своих! Именно тогда вы сможете находиться наверху с меньшим риском! — тревожно возразил легат и выглянул из-за зубца, сверяясь с обстановкой, но тут же отпрянул. Мимо него со свистом пронеслась пара арбалетных болтов. — Ваше Высочество, молю вас поторопиться! Сейчас будет залп!

— Именно тогда мне придется рисковать много больше! — отрезала Принцесса. — Ибо наши воины и вражеские солдаты смешаются друг с другом, как это было утром, и мне придется неотрывно наблюдать за боем, дабы отличать своих от чужих! Укройте меня щитами, легат! Я остаюсь здесь и буду изучать жизненные потоки, пока их ещё можно различать, не глядя!

— Да вы что, Ваше Высочество?! — возопила Лимми. — Вас поразит стрелою! Ударит камнем! Продует сквозняком! Какие жизненные потоки?! Скорее вниз, пока не поздно! — Она обернулась к Наставнику: — Тэрвис, никчемный великовозрастный детина! Что ты стоишь, как истукан?! Захотелось в войну поиграть?! Немедленно объясни Её Высочеству, что она не может рисковать собой столь нелепо, Белый Маг — это сокровище для всего…

— Принцесса права, — коротко оборвал Первую Фрейлину старый чародей. — Сейчас, пока армии ещё разделяет расстояние, она может настроиться на нужные жизненные потоки. Потом будет поздно. Ей придется высовываться меж зубцов, что весьма опасно, ибо вражеские стрелки станут пускать стрелы во всех, кого увидят…

— Залп! — рявкнул один из воинов, из-за щита наблюдающий за полем боя. — В укрытие!

— Стену щитов вокруг Принцессы! — скомандовал легат, и полдюжины воинов мгновенно образовали вокруг Айлани стальную коробку. — Остальные — в укрытие!

Он подхватил под локоть Лимми и, прикрываясь щитом сверху, потащил её к лестнице.

— Ты за это ответишь, старый маньяк! — бушевала старушка, весьма бодро спускаясь по ступеням. — Подвергнуть беззащитного ребенка смертельной опасности! Ты, одиозный недееспособный тип!

Лорд Тэрвис спешил следом, на ходу объясняя в своё оправдание, что как только Принцесса изучит жизненные потоки всех защитников Арзанны, она сможет укрыться внутри башни насовсем и более не выходить на открытое место. Его слова потонули в свисте рассекающих воздух стальных наконечников, и едва спина Наставника исчезла в люке, на башню обрушился ливень стрел. Метательные снаряды ударяли всюду, вонзаясь в щиты и отскакивая от камня, отчего вокруг стоял нескончаемый дробный стук, скрежет металла о камень и дребезжание кувыркающихся древков. Айлани невольно сжалась, слыша, как смертоносный дождь барабанит по щитам в нескольких ладонях над её головой, и вздрагивала, зажмуриваясь, при каждом особенно громком ударе. Грохот металла о металл оказался много страшнее звука стрел, вонзающихся в деревянные щиты, к которому она успела привыкнуть за время морских сражений.

Откуда-то неподалеку послышался короткий вскрик, вероятно, один из наблюдателей получил рану, и почти сразу захрипел от боли ближайший телохранитель. Стрела угодила ему в ступню, пробив кольчужный сапог, но воин остался стоять, удерживая щит. Принцесса зашептала заклинание, вызывая Око Целителя, но создать Биение Жизни никак не получалось — магическая сфера гасла, касаясь сомкнувших вокруг неё ряды телохранителей.

— Воины! Мне необходимо немного свободного места! — воскликнула Айлани. — Я не могу сотворить заклятье! Вы находитесь ко мне слишком близко!

Телохранители переглянулись, и находящийся средь них десятник отдал короткую команду. Воины расступились, отодвигаясь от Принцессы, и сдвинули щиты над её головой, оставаясь без защиты. Непрекращающийся дождь из стрел захлестнул телохранителей, и один из них упал, пронзенный стрелою в основание шеи. Айлани тихо вскрикнула и сплела Биение Жизни едва ли не мгновенно. Погруженная в смертоносный дождь действительность сменилась бесконечностью жизненных потоков, и сознание Принцессы бросилось сразу ко всем угасающим капелькам. К её огромному счастью, телохранитель был ещё жив. Иссыхающая струйка его бытия стремительно таяла, но разум Белого Мага много быстрее Смерти. Айлани сорвала с привычного курса самое крупное из ближайших магических течений, и направила его к умирающим жизням. Крохотные капли и струйки ударили сильными ровными родниками, и скованное стужей сопереживания сердце Принцессы потеплело, разливая по телу приятную эйфорию. На один удар сердца она закрыла глаза. Не умер никто. Как это приятно, когда ледяное дыхание Смерти остается ни с чем…

Айлани тяжело вздохнула и заставила себя прекратить изливать целительный водопад повсюду. Она вновь спасла и своих, и чужих. Более этого допускать нельзя, но ей столь сильно требовалось вновь пережить это чувство… Чувство, когда никому не угрожает Смерть. Принцесса взглянула через призрачный мир чистого волшебства на раненого телохранителя. Воин уже стоял на прежнем месте, удерживая над ней щит, и лишь в глазах его читалось великое изумление. Ещё несколько стрел вонзились в окружающих её телохранителей, но непреодолимая мощь Белого Мага вытолкнула их из тел и залечила раны прежде, чем воины успели пошатнуться. Нет, на это лучше не смотреть. Слишком сильно терзает душу. Принцесса подавила тяжелый вздох и вновь закрыла глаза, сосредотачиваясь на изучении жизненных потоков, истекающих со стен Арзанны. Течения целительной магии хлынули от неё вдоль крепостных стен, и обороняющие их воины обрели неуязвимость. С каждым ударом сердца Айлани привязывала к своему сознанию всё большее количество человеческих жизней, и находящиеся на её стороне пульсации множества сердец струились с удвоенной силой — охваченные целительной мощью Белого Мага люди испытывали прилив сил.

Приближающееся же к городу море жизненных родников, напротив, трепетало, охваченное смятением и страхом перед смертью. В его передовых потоках один за другим истончались и гасли ручейки обрывающихся жизней, и рваными брызгами вяло пульсировали кривые струйки раненых. Айлани изо всех сил старалась не смотреть туда, убеждая себя, что это враги, и так надо, и иного выхода нет, ибо лучше спасти часть, нежели потерять всех… Но не видеть пожираемые Смертью человеческие жизни не получалось. Когда Орки Его Величества в меньшинстве сражались с армией Дарнэта, или в битвах с пиратами сходились вообще не Люди, но Вакри, ей не было столь мучительно, как сейчас. Тогда казалось, что сие неизбежное зло творится во благо и продлится недолго, стоит лишь одержать победу в нескольких сражениях, и после все обретут мир и покой… Но всё оказалось иначе. Жутко. Кроваво. Мучительно…

Движущееся к Арзанне море жизней приблизилось к неподвижному морю, и вибрации магических потоков усилились. В дело вступили волшебники, испуская в ряды неприятеля смертоносные заклятья. Ударили башенные катапульты, громко защелкали установленные на стенах баллисты, в небо взвились стрелы ответного залпа, засверкали вспышки взрывов и кривые разряды Молний. Движущееся море жизненных потоков затрепетало, словно множество свечей, попавших под порыв ветра, и составляющие его ручейки начали распадаться на испаряющиеся брызги. Сердце Принцессы исполнилось невыносимой болью. Она смогла обуздать порыв немедленно исцелить всё живое, до чего может дотянуться, но совладать с текущими из глаз слезами сил не оставалось. В памяти всплыл разговор с Наставником посреди моря, случившийся сразу после одного из морских боев. Лорд Тэрвис тогда сказал, что верит, будто она сможет победить саму Смерть, ибо так предсказано Нэйвиром, великим и непревзойденным Белым Магом древности. Но как ей победить Смерть, если она не имеет возможности противостоять смертоубийству? Тогда, в порту Арзанны, она пыталась сохранить жизни всем, но в результате лишь едва не потеряла свою. Она, могучий целитель, оберегала всех, но все желали отнимать жизни у себе подобных… Как победить Смерть в этом мире?! Если чудовищное кровопролитие здесь можно остановить лишь угрозой ещё более чудовищного кровопролития?! Не Белый Маг, ратующий за любую жизнь, прервал то безумие. Король Трэрг, Черный Рыцарь, с легкостью сеющий смерть, едва представится такая возможность, — вот кто пресек кровопролитие, грозившее стать бесконечным! И как?! Весьма быстро и успешно. Попросту пообещав убить абсолютно всех и подкрепив обещание умерщвлением экипажа целого корабля… Изгнанники, не желавшие рисковать жизнями в битве с к'Зирдами за будущее Людей, согласились рисковать собою и убивать соотечественников, вступив в сговор с песочниками. Ради собственной безбедной жизни они не пожалели никого, обрекая почти полтора миллиона таких же, как они сами, редонийцев на гибель. А победившие и пленившие их люди первым делом создали из них живой щит, пылая жаждой мести и крови. Если бы не её присутствие, изгоев даже не стали бы брать живыми… Не говоря уже о к'Зирдах, истребляющих Людей миллионами… Нужны ли такому миру Белые Маги вообще?

Неожиданно для себя Айлани поняла, что неподвижно взирает посредством магических потоков на кипящую внизу битву и не исцеляет никого. Брызги затухающих жизней обильно заполнили оба моря сражающихся сердец, но сознание её не желало вмешиваться, будто спрашивало само себя: «Зачем? Убийства никогда не прекратятся… Всё суть тщета и тлен…» Принцесса пришла в ужас от своих мыслей, и от испуга вновь обрушила целительные водопады на всё, что хладное дуновение Смерти уже считало принадлежащим себе. Истекающие кровью воины обеих армий воспряли здоровьем и силами, и Айлани закусила губу. Она опять уступила собственной слабости, и из-за её никчемной мягкости и никому не нужной доброты сия битва продлится дольше, а вместе с нею и её душевные муки… Однако едва сотни израненных и умирающих, уже распрощавшихся с жизнью, вскочили на ноги, как атакующее море отхлынуло от моря обороняющегося. Принцесса торопливо поправляла жизненные струи защитников Арзанны, устраняя мелкие шероховатости и ожидая нового витка кровавой трагедии, но штурмующее войско явно прекратило военные действия и торопливо отступало, укрываясь щитами от летящих вдогонку стрел.

— Колоссальная целительская мощь! — донесся до неё голос Наставника, горячо объясняющегося с кем-то. — Вы видели, каков охват?! Не менее двух миль во все стороны! Магические вибрации невероятной силы! — Оказывается, Лорд Тэрвис уже был рядом, и подле него стоял донельзя потрясенный Лорд Ирлин. — Вот что я имел в виду, уважаемый коллега, когда говорил вам, что целительный потенциал Принцессы невозможно описать словами! Сам Его Величество однажды упомянул, что её сила превосходит возможности Великого Кэлорна! Теперь вы понимаете?

— Клянусь Олдисом Покровителем, я со всем вниманием отнесся к вашим объяснениям, но ожидать такого… — Лорд Ирлин задохнулся от обилия нахлынувших эмоций, — …не смел даже в мечтах! Это поистине невероятно! Я бы сказал, это невозможно и антинаучно, но я видел всё собственными глазами! Убитые становились живыми прежде, чем жизнь успевала покинуть тело…

— Ваше Высочество! — рядом с Айлани появилась Лимми. — Как вы себя чувствуете? Извольте испить водицы, бой закончился и… Олдис Покровитель! — сердобольно прошептала старушка, глядя на появляющуюся из гаснущего Биения Жизни Принцессу. — На вас лица нет! Вы вся в слезах!

Первая Фрейлина всунула ей в руки чашу с водой и засеменила вокруг, ощупывая её ладонями.

— Вы не ранены? Что произошло? Кто посмел обидеть Белого Мага?! — возмущалась она, хлестая гневными взглядами опешивших от неожиданности телохранителей.

— Со мной всё хорошо, Лимми, — Айлани торопливо утерла слезы. — Я не пострадала. Это пройдет. — Она прошептала заклинание, приводя себя в порядок, и прильнула к кубку, стремясь свежею водою успокоить царящее на душе смятение. — Мне надо побыть одной. Извольте оставить меня ненадолго.

Принцесса отошла к западному краю башни, выходящему на Арзанну, и замерла в задумчивости, невидящим взглядом взирая на кипящую на крепостных стенах суету подготовки к новому штурму. Потревожить Белого Мага никто не посмел. Лимми тихо ругала Наставника за очередное преступление против человечества, телохранители, бросая исполненные благоговейным трепетом взгляды на Принцессу, подсчитывали количество окровавленных пробоин, густо испещривших их доспехи, и негромко возносили хвалу Олдису Покровителю за то, что тот послал Белого Мага Редонии в столь трагическое для всего Парна время. Лорд Ирлин вполголоса обсуждал с Лордом Тэрвисом возможности Айлани, повергшие в изумление не только простых Людей, но и каждого чародея на множество миль вокруг, ибо не почувствовать Биение Жизни не смог бы даже малый ребенок, наделенный силою первой ступени Красного ранга.

— Лорд Тэрвис! — на вершину башни ступил воин в легких доспехах. — Милорд! Извольте спуститься вниз, вас просит к себе Главнокомандующий!

Наставник покинул башню, и Лимми принялась изливать своё негодование его поведением Лорду Ирлину, косясь на Принцессу. Но Айлани не шевелилась, будто высеченная из камня, взор её был где-то весьма и весьма далеко от окружающего бренного мира. Внезапно она вздрогнула и посмотрела вниз. На лице Белого Мага возник отпечаток страданий.

— Наставник! — воскликнула она. — Что происходит? Почему на стенах вновь сражаются?

Она беспомощно оглянулась, не находя рядом Лорда Тэрвиса. К ней немедленно устремились все присутствующие. Принцесса вызвала Око Целителя и в нерешительности остановилась, тотчас понимая суть происходящего.

— Как печально… — прошептала она, закрывая глаза. — И вновь я потворствую Смерти…

— Что случилось, Ваше Высочество?! — Лимми оказалась подле Айлани прежде всех.

Старушка бросила взгляд на крепостную стену, где то тут, то там небольшие группы воинов разили мечами одиноких солдат, бестолково размахивающих оружием во все стороны в безумной злобе. Первая Фрейлина тихо охнула и заключила Принцессу в объятия, заботливо утирая платком слезинку, выступившую в уголке глаза Айлани. Она что-то шептала, успокаивая девушку, и остальные, посмотрев вниз, молча отходили прочь, дабы не мешать ей. Вскоре на вершину башни вернулся Наставник, следом за ним шел Главнокомандующий в сопровождении военачальников. Он сделал вдох, собираясь что-то произнести, но тут же осекся, увидев жест старой Фрейлины, приложившей палец к губам. Однако Принцесса услышала шаги облаченных в доспехи воинов и открыла глаза.

— Их… много? — Айлани болезненно прикрыла глаза и посмотрела на Вэйдина. — Я… Это моя вина, я слишком увлеклась сохранением жизней. Вместо разума мною руководили чувства… Печально…

— Чуть менее двух десятков, — ответил Виконт. — Но вины вашей в том нет, Ваше Высочество! Сие неизбежно! В каждом крупном сражении такое случается. Вы спасли тысячи жизней, помимо этих Зомби, в нашем войске не погиб никто! Это величайшее из чудес, которые мне доводилось видеть! Ни единого убитого! Невредимы даже те, кого раздробило валунами, выпущенными катапультами! Армия ликует, Принцессу сейчас восхваляет каждый! Вы сотворили небывалое!

— Ваше Высочество, — вторил ему Наставник, — не стоит столь близко к сердцу принимать появление этих Зомби! Их весьма немного, мозг сих воинов был пронзён стрелами и разрушился мгновенно, в пылу битвы вы следили за десятками тысяч жизней и не могли отвлекаться на единицы!

— Могла, — с тяжелой безысходностью выдохнула Айлани. — Если бы подумала об этом… Но мысли мои были лишь о прекращении кровопролития…

— И надо признать, в этом вы весьма преуспели! — воскликнул Виконт Вэйдин. — Ваше решение в разгар боя внезапно исцелить всех, даже солдат неприятеля, оказалось в высшей степени оригинальным! Когда испускающие дух воины Графа Нарлунга вдруг получили от вас столь драгоценный подарок, как жизнь, сие произвело на них неизгладимое впечатление! Войско неприятеля тотчас начало отступление, оставив без внимания приказы и угрозы командиров. Демонстрация возможностей армии, поддерживаемой Белым Магом, лучше всякого кровопролития убедило их в тщетности штурма. Противник осознал, что лишь бессмысленно погубит у стен Арзанны свои жизни и обратился в бегство!

— И что же теперь будет? — Принцесса с надеждой посмотрела на Главнокомандующего.

— Скоро увидим, — ответствовал тот. — Полагаю, затяжная осада. Вряд ли Граф Нарлунг продолжит штурм. У него слишком много конкурентов, желающих занять его место. Граф убоится больших потерь, сие неизбежно вызовет ропот среди солдат. Сегодняшняя баталия и без того стоила ему целого полка. А потерять власть над армией сейчас — это для него смерти подобно.

Главнокомандующий подошел к башенным зубцам, обозревая вражескую диспозицию, и Айлани присоединилась к нему. Неприятельское войско отошло за защитные заграждения и теперь выстраивалось для проведения смотра, подгоняемое злобными криками младших командиров. С высоты башни можно было разглядеть, как агенты Тайной Полиции хватают отдельных солдат, вероятно, объявленных виновными в бегстве с поля боя, и связывают их по рукам и ногам. Вскоре перед войском наспех соорудили с полсотни дыб и колодок, в которых принялись истязать паникёров, при этом остальным воинам разойтись для отдыха дозволено не было. Замершим в строю полкам надлежало стоять неподвижно и наблюдать за муками паникёров.